Система отличалась восхитительной простотой, но действовала слишком медленно. ГКК не хотел форсировать дополнительные заказы, опасаясь наследить; вместо этого он постепенно начал развивать собственную промышленность. В обширных пустотах межзвездного пространства он устроил базы и сделал так, что они не фигурировали ни на одной имперской карте. Люди, работавшие на базах, были уверены, что трудятся над вполне законными, но секретными правительственными проектами; ускоренными темпами они начали претворять в жизнь сложную задачу производства боевых кораблей для заговорщиков. Оружие ГКК добывал путем подчистки счетов и инвентарных списков армейских интендантств, но, кроме того, основал промышленную базу на безвоздушной планете Слаг.
Однако боевые корабли и вооружение сами по себе не решали проблему; ГКК нуждался в опытных экипажах. С этой целью он начал поощрять пиратские вылазки. Это позволило организации создать резерв живой силы, а командам — набираться опыта в боевых операциях. Кроме того, возросшая активность пиратов отвлекала на себя силы Имперского Флота, который был так занят прочесыванием пространства, что не мог решать более серьезных проблем.
Во всех этих созидательных программах Эймия Аморат доказала свою незаменимость. Она обладала мобильностью, которой был лишен ГКК. Человеческие существа в своей деловой активности сильно зависят от личных контактов — сфера, полностью закрытая для ГКК. Эймия Аморат привнесла в заговор свою личную коммуникабельность, командуя и распоряжаясь, что заставляло многих думать, будто именно она руководит организацией. Ее ум, расчетливостью не уступавший компьютеру, порой забраковывал некоторые идеи ГКК, и она частенько давала ему советы, если речь шла о загадках человеческой психологии.
Их отношения достигли такой стадии, что ГКК больше не мог скрывать от нее свою тайну. Он слишком много знал и обладал слишком большой властью для простого смертного, а Аморат начинала что-то подозревать. После долгого спора с сами собой ГКК, наконец, решил довериться ей; в ее же собственных интересах было хранить его тайну. В итоге смертная узнала правду.
Сначала Аморат отреагировала с шокирующим скептицизмом — но чем больше она об этом размышляла, тем чаще находила в этом единственное объяснение происходящего. Она даже начала понимать преимущества собственного положения. Женщина постоянно беспокоилась, что ее таинственный партнер может постараться забрать себе всю славу после того, как они завоюют трон, но теперь знала, что этого не случится. ГКК не сможет сидеть на имперском престоле, ему всегда будет нужен у власти человек, зримый символ Империи; этим человеком могла стать она или ее сын. ГКК сосредоточит в своих руках все скучные, рутинные функции управления государством, она же сможет безмятежно наслаждаться всеми преимуществами, которые дает титул Императрицы. Она будет носить сверкающие платья, и слуги будут склоняться перед ней, стараясь угадать ее желания. Ее будут обожать, уважать и бояться триллионы людей во всей Галактике. Какая разница, кто станет принимать бюрократические решения? Ей достанется та власть, о которой она мечтала. Через несколько дней она от всего сердца согласилась сотрудничать с ГКК; так родился их подлинный союз.
Единственной слабостью Аморат, с точки зрения ГКК, было все возраставшее нетерпение. Она то и дело подвергала себя и всю организацию ненужному риску просто ради того, чтобы выиграть немного времени. ГКК неоднократно пенял ей за это, пока она, наконец, не взорвалась. Компьютер может позволить себе подождать, заявила она. У него в запасе масса времени. У нее времени нет. Ей уже за шестьдесят; хотя для женщины своего возраста она была в отличной физической форме, но ей прекрасно известно, что даже в случае успеха ей не удастся долго наслаждаться плодами победы, которой она отдала столько сил. При мысли об этом Эймию охватывала нестерпимая горечь, и она не считала нужным скрывать это.
Поскольку их замечательные деловые отношения дали трещину, ГКК начал лихорадочно искать выход из положения. И нашел его, неожиданно для себя, в опубликованных трудах невропатолога и хирурга по имени Уильям Локснер. В своих статьях доктор Локснер рассуждал о возможности записать мозговую схему личности в компьютерную память и таким образом предохранить разум индивидуума от неизбежной смерти. Большинство современников доктора проигнорировали его идеи, но ГКК мгновенно оценил их потенциал.
Эймия Аморат разыскала доктора Локснера и вступила с ним в переговоры. В обмен на определенные услуги для ее организации он должен был получить неограниченную финансовую поддержку своих экспериментов, а кроме того, доступ к самой современной медицинской информации и оборудованию. Доктор Локснер был на седьмом небе.
Восемь лет напряженной работы потребовались ему, чтобы разработать и довести до совершенства свой проект. После многочисленных лабораторных испытаний процесс можно было опробовать на человеке, и Эймия Аморат, которой в свои семьдесят с лишним было уже нечего терять, жаждала стать «подопытным кроликом». Локснер со своим ассистентом, доктором Эммануэлем Рустином, создали для нее совершенное и прекрасное тело зрелой, но неотразимо привлекательной женщины. Искусственное тело во всех отношениях превосходило творения из плоти и крови; его чувства были более тонкими, оно было сильнее, не нуждалось в еде или сне, никогда не уставало — и, самое главное, не старело. При должном техническом уходе такое тело могло существовать сотни, если не тысячи лет, да и после этого разум Аморат мог быть перемещен в еще одно новое тело.
К изумлению многих, эксперимент удался с первого раза. Разум Эймии Аморат получил новое жилище, так родилась «Леди А». Она приказала уничтожить старое тело, место которого занял новый бессмертный вариант. С этого момента Леди А стала настоящим партнером ГКК. Ее компьютерный разум, хотя и уступал ГКК в мощности и возможностях доступа к информации, был столь же быстр и проницателен. Она больше не зависела от биологических предрассудков, вызываемых гормональным дисбалансом, и могла смотреть на вещи с подлинной беспристрастностью. Поскольку время уже не торопило ее, она могла принимать участие в долговременных проектах ГКК.
Некоторое время спустя доктор Локснер был арестован за преступления, которые он периодически совершал по приказу организации, — пластические операции криминальным авторитетам, находившимся в розыске. Ордер на арест пришел из неизвестного ГКК источника в СИБ, и организация не успела предупредить Локснера или спрятать его; сделать это означало навести СИБ на мысль о невероятно высоком положении врага в собственной иерархии. Локснеру пообещали, что его пребывание в тюрьме будет недолгим и довольно приятным, и ГКК удалось так подделать доку ментально, что арестованному вынесли относительно мягкий приговор. Доктор Локснер смирился со своей участью, а его помощник, доктор Рустин, отправился на планету Колоков для работы с другим заговорщиком, герцогом Федором.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
