— Я рад. — Он снова прижался к ней, его поцелуи были такими глубокими, что Энни нечем стало дышать.
Его рука продолжала ласкать ее между бедер.
Энни подумала, что сейчас сойдет с ума. Она стиснула колени, прижимая к себе его пальцы и мысленно умоляя усилить наслаждение.
Неожиданный тихий смех Оливера заставил Энни удивленно раскрыть глаза. Никогда прежде она не слышала, как он смеется. Уникальный звук его смеха был чем-то средним между низким рычанием и грубоватым мурлыканьем. Это привело ее в восторг. Она взглянула на него и увидела, как в глазах Оливера отражается лунный свет.
— Все в порядке, Энни, — проговорил он, почти касаясь ее рта. — Я позабочусь обо всем.
Она хотела спросить его, что он имеет в виду, но не могла найти нужных слов. И не успела. Оливер снова приник к ее рту в поцелуе. Услышав клацанье металла, Энни поняла, что он расстегнул ее джинсы.
Через мгновение рука Оливера была уже у нее под трусиками, нащупывая влажную, горячую и жаждущую плоть между ног. У Энни перехватило дыхание. Почувствовав, как его палец медленно вошел в нее, она и вовсе перестала дышать. Через несколько секунд сделала глубокий вдох.
— Оливер. Пожалуйста. Я не могу ждать. Я не могу ждать.
— Тебе не нужно ждать, — сказал он хриплым голосом. Он просунул ей в рот язык в то самое мгновение, как второй его палец нежно вошел в ее сокровенную плоть.
Энни застонала, когда он медленно раздвинул ее бедра, чтобы она полностью открылась под его рукой. Незнакомое, пульсирующее напряжение росло внутри нее. Она обвила Оливера руками, пытаясь теснее прижаться к нему. Его двигающиеся пальцы безошибочно нащупывали эрогенные места.
— Оливер. Боже мой, пожалуйста.
— Я хочу посмотреть, как ты взлетишь, Энни. Ты не должна бояться. Я поймаю тебя.
Что-то взорвалось внутри нее. Напряжение, такое сильное еще мгновение назад, сменилось утонченным оргазмом. Тело ее содрогалось под его настойчивыми пальцами. А затем волна удовольствия подхватила Энни, и она полностью растворилась в ней.
Бездыханным голосом, в котором она с трудом узнавала свой, Энни продолжала шептать имя Оливера.
Через минуту она обмякла в истоме. Рука Оливера тихо и нежно поглаживала ей позвоночник.
— Прекрасно. — Оливер поцеловал плечо Энни. — Замечательно. Но, впрочем, я с самого начала знал, что ты будешь именно такой.
Она взглянула на него из-под опущенных тяжелых ресниц.
— Это было чудесно. Просто чудесно.
Он удовлетворенно улыбнулся, как будто сам только что получил оргазм.
— Я рад.
— Я еще никогда в жизни такого не испытывала. Ничего похожего.
— Прекрасно!
Погруженная в мечты, Энни спросила себя, не потому ли испытанное ею ощущение было таким особенным, что она влюблена. Придя к этому выводу, ей пришлось тут же сделать и другой.
Энни в ужасе взглянула на Оливера.
— Ты даже не разделся.
— У нас полно времени. — Он поцеловал ей влажный лоб. — По сути дела, вся ночь.
— Да, я знаю. — Ее голос затих.
Что-то было не так. Она это чувствовала. Энни отыскала в полумраке лицо Оливера. В его глазах по-прежнему горела страсть. Возбужденное тело было напряжено от желания. И в то же время огромным усилием воли он сдерживал себя.
В эту же секунду Энни поняла причину своего беспокойства. С того момента, как она сказала Оли — — веру, что хочет лечь с ним в постель, он взял контроль над ситуацией в свои руки. Все происходящее тщательно направлялось им. Оливер дирижировал этим эпизодом страсти так же, как руководил всем и всеми в своей жизни.
— Разве ты не хочешь меня? — прошептала Энни, надеясь, что Оливер рассеет ее тревогу.
— Больше, чем ты можешь себе представить. И я возьму тебя, когда придет время.
— Я думала, что время уже пришло, — пробормотала она.
— Скоро. — Оливер встал и поднял ее на руки.
Энни прижалась к нему, все еще обессиленная после пережитого оргазма. Легкий холодок пробежал по ее телу, унося часть томной теплоты, которую она чувствовала. Было ясно, что, несмотря на сильное желание, Оливер не позволит себе быть заложником страсти.
Своей или ее.
Как показалось Энни, Оливер решил доказать им обоим, что полностью владеет собой и не собирается отдаться во власть даже собственного наслаждения.
Зеленый отблеск со стороны каменного сада привлек внимание Энни, пока Оливер шел к двери с нею на руках. Она посмотрела вниз и увидела изумрудные глаза леопарда, следившие за ней, уносимой в ночь.
Много позже, когда бледно-серые простыни на постели Оливера были уже влажными и смятыми от умопомрачительных ласк, которыми он осыпал Энни, Оливер наконец полностью реализовал супружеские права на свою утомленную молодую жену.
Его плечи и гибкие очертания спины неясно вырисовывались в лунном свете. Увидев, что тело Оливера покрыто легкой испариной, Энни поняла, как дорого обошлось ему самообладание. Во всяком случае, любовнику пришлось нелегко.
Однако, даже после потока трехчасовой непрерывной страсти, Оливер все еще полностью держал себя в руках. Сознание того, что она не смогла воздействовать на его чувства так же, как он влиял на ее, повергало Энни в глубокую депрессию. Он ее желал, но желал на своих условиях, по-своему и в установленное им самим время.
— Смотри на меня. — Оливер провел губами по ее лбу. — Я хочу видеть твои глаза, когда овладею тобой.
Энни послушно кивнула, слишком утомленная, чтобы спорить. Она посмотрела ему в глаза и почти полностью растворилась под его сжигающим взглядом. Он вошел в нее медленным, продуманным, очень расчетливым движением. Даже в этом завершающем акте Оливер доказывал, что все еще хорошо владеет собой.
Хотя еще ни один мужчина никогда ее так не удовлетворял, Энни чуть не выругалась от отчаяния. Но в эту секунду он оказался внутри нее, проникая, казалось, до позвоночника. Энни снова захлестнуло волной страсти. Невероятно, но ее усталое тело еще могло реагировать.
— Ты такая упругая, — прошептал Оливер. Он прижался лбом к ее лбу, дожидаясь, пока ее тело приспособится к нему. — Ты меня сжимаешь, как перчатка, Энни.
Он немного отодвинулся, а затем снова медленно вошел в нее. По телу Энни пробежала дрожь, и она теснее вжалась в Оливера.
— Как приятно. — Голос Оливера был низким и охрипшим.
Энни вонзила ногти ему в плечи. Потом она осторожно приподнялась, оценивая размеры его тела. Оливер казался таким массивным, его вес вдавливал ее в простыни.
Оливер заскрипел зубами.
— Да. Вот так люби меня. Боже мой, да. — Он опустил руку, нащупав чувствительное место среди курчавых волос между ног Энни. Та тихо вскрикнула.
Он подождал, пока женщина почти справилась с конвульсиями оргазма. Тогда и только тогда он наконец позволил себе испытать пик наслаждения.
