Баоян недолго оставался в Голссе. Как только были выгружены из повозок ящики с различными ароматическими веществами и лекарствами, тюки кружевной ткани, сушеные фрукты и другие товары, он выстроил повозки и снова направился на север, предпочитая провести ночь в открытой степи, чтобы Старым Часчам не пришло в голову сыграть с ним одну из своих шуток.
Степь была ровной, как поверхность стола, и вся заросла ароматными травами. Стоя на краю повозки, Рейш оглядывал в сканскоп окрестности, и на расстоянии примерно двадцати миль увидел большой отряд Зеленых Часчей, не замеченный разведчиками. Он сразу же сообщил об этом Баояну, который приказал повозкам занять оборонительное положение, поставив повозки с пушками снаружи круга. Зеленые Часчи скакали на своих огромных конях-прыгунках, на остриях их копий реяли по ветру желтые и черные флажки — признак того, что они полны боевого пыла и ярости.
— Они едут с севера, — объяснил Траз. — Об этом говорят их флажки. Там они обжираются камбалой и другой жирной рыбой, кровь у них сгущается, они становятся еще злее и раздражительнее. Когда у них на копьях черные и желтые флажки, даже люди Эмблемы бегут, не решаясь вступить в сражение.
Но несмотря на свои воинственные флаги, зеленокожие воины не напали на караван, а остановились на расстоянии мили. Рейш изучал их в сканскоп: Зеленые Часчи очень сильно отличались от Старых. От семи до восьми футов ростом, массивные, приземистые, с толстыми ногами и руками, с ног до головы покрытые крупной чешуей, блестящей металлическим зеленым цветом. Маленькие лица под высоким нависающим черепом свирепо сморщились. На них были передники из грубой кожи, кожаные перевязи, перекинутые через плечо, на которых висели сабли, колчаны с дротиками и небольшие катапульты или самострелы, такие же, как у людей Эмблемы. «Не хотел бы я встретиться с этими созданиями в рукопашном бою!» — подумал Рейш. Часчи неподвижно сидели, остановив своих прыгунков и наблюдая за караваном, не меньше пяти минут, потом повернули и помчались на восток.
Караван перестроился и продолжал свой путь по привычной дороге. Траз был удивлен странным, по его мнению, поведением Зеленых Часчей.
— Когда у них на копьях желтые и черные флажки, они прямо теряют рассудок. Наверное, устроят засаду за лесом.
Баоян, который питал такие же подозрения, несколько дней посылал разведчиков далеко вперед. Ночью в караване не принимали особых предосторожностей, потому что Зеленые Часчи в темноте замирали и до наступления утра сбивались в ворчащую и стонущую массу.
Впереди лежала Пера — конечный пункт каравана. Передатчик Рейша нащупал разведывательный бот на расстоянии примерно шестидесяти миль к западу. Он стал расспрашивать караванщика, который сказал ему, что в этом направлении находится Дадиче, город Синих Часчей.
— Избегай их, насколько сможешь, это самые худшие и злобные из породы Часчей — хитрые, как Старые Часчи, и жестокие, как Зеленые.
— Разве они не торгуют с людьми?
— Нет, они ведут обширную торговлю; вообще-то Пера — это центр торговли с Синими Часчами, ее ведут купцы, которые отвозят товары из Перы, только им разрешен доступ в Дадиче. Из всех Часчей я больше всего ненавижу Синих. Конечно, Старые Часчи не очень-то по-дружески относятся к людям, но они скорее коварные, чем жестокие. С другой стороны, иногда это одно и то же. — Он указал на запад, где собирались густые черные облака. — Например, дождь намочит нас не меньше, чем океанские волны.
— Из Перы ты прямо направишься в Коад, на берег Дванжера?
— Через три дня.
— Очевидно, Илин-Илан поедет с тобой и отправится в Кет морем.
— Очень хорошо. Она сможет заплатить?
— Конечно.
— Тогда все в порядке. А ты? Ты тоже хочешь поехать в Кет?
— Нет. Вероятно, я останусь в Пере.
Баоян, искоса взглянув блестящими глазами на Рейша, с сомнением покачал головой.
— Золотые яо из Кета — солидный народ. Но на Тчаи все непредсказуемо, кроме постоянных неприятностей. Зеленые Часчи, как псы, идут по нашему следу. Еще чудо, что они до сих пор на нас не напали. Я начинаю надеяться, что мы без помех доберемся до Перы.
Однако Баоян ошибся. Уже показалась Пера — город разрушенных дворцов и повергнутых наземь статуй, окружающих центральную площадь, очень похожий на другие города, мимо которых они проезжали, когда Зеленые Часчи бросились на них с востока. Одновременно разразилась гроза. Молнии обрушились на степь; на юге темные полосы дождя соединили небо с землей.
Баоян решил, что Пера будет недостаточно надежным убежищем, и приказал поставить повозки в круг. Погонщики едва успели выполнить его приказ: на этот раз Зеленые Часчи не проявили ни нерешительности, ни робости. Низко пригнувшись на седлах своих огромных верховых животных, они бросились вперед, намереваясь разорвать защитное кольцо.
Пушки издали характерный булькающий звук, едва слышный за раскатами грома; потоки дождя затрудняли обращение с обычно очень эффективным оружием. Зеленые Часчи, телепатически сообщавшиеся между собой, рвались вперед сплошной массой; некоторые были убиты песочными зарядами, другие растоптаны тяжелыми ногами прыгунков. Какое-то время в рядах нападающих царило замешательство, потом новые воины заняли место убитых, направляя своих коней прямо на конвульсивно дергающиеся тела своих поверженных товарищей. Пушкари снова с лихорадочной поспешностью зарядили орудия, не обращая внимания на ливень. Раздался залп, сопровождаемый сверканием молнии и оглушительными раскатами грома, — ужасающий аккомпанемент сражения.
Зеленые Часчи, потеряв множество воинов, сменили тактику. Некоторые спешились и, укрывшись за массивными крупами своих верховых животных, достали самострелы. Первая волна стрел смела трех пушкарей. Конные воины Часчей снова пошли в атаку, надеясь прорвать круг защитников, воспользовавшись их временным замешательством. Но место убитых пушкарей заняли погонщики, Часчей снова отбросили, в защитников каравана полетели новые стрелы, и еще несколько убитых пушкарей упали на землю.
Зеленые Часчи бросились на приступ в третий раз. Их кони хрипели и вставали на дыбы. Позади наступавших молния расколола черное небо; раскаты грома сопровождали крики нападающих и стоны раненых. Зеленые Часчи несли огромные потери, земля покрылась их телами, но вперед рвались новые воины. Наконец они пробились к пушкам и стали рубить пушкарей и погонщиков.
Исход сражения был ясен. Рейш схватил за руку Илин-Илан, сделал знак Тразу. Они бросились бежать по направлению к городу вместе с другими пассажирами, к которым присоединились погонщики и оставшиеся в живых пушкари. Караван опустел.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
