Болгарии. Сейчас волшебные растения, выращиваемые на фермах Лонгботтомов, продавались в этих странах с гораздо большей наценкой, чем в Англии. А травки, которые активно поставлял Хагрид с полян Запретного леса, в Европе мгновенно уходили за совсем уж неприличные деньги. Причём Хагрид быстро вошёл во вкус и заготавливал ингредиенты даже зимой. Палпатину пришлось сделать под хижиной лесника подвал с расширенным пространством, куда Хагрид складывал мешки с добытой травой и шерстью единорогов. Дело в том, что Шив пообещал леснику, что на деньги, которые они заработают вместе, Палпатин со временем улучшит условия жизни для родственников Хагрида — великанов.
А ещё, к большому удовольствию полувеликана, возле одной из стен обширного подвала были пристроены прочные стеллажи, на которых, поблёскивая лакированными боками, стояли бочонки с огневиски из разных стран. Обычный человек не смог бы выпить такое количество спиртного за неделю, а полувеликану едва хватало на вечер. И даже в те моменты, когда Хагрид позволял себе основательно расслабиться, полувеликан никогда не доходил до состояния сильного опьянения. Он просто вновь чувствовал себя молодым и свободным от забот. Однажды Хагрид рассказал Палпатину, что несколько раз носил большие бочки в Запретный лес, своему брату Грохху. Тот был настоящим великаном, по сравнению с которым даже трёхметровый Хагрид выглядел маленьким ребёнком.
— Мам, я уже бегу! — крикнула чуть ли не на весь вокзал Дафна Гринграсс. Девочка наконец попрощалась со своей подругой Панси Паркинсон, за которой явился семейный домовой эльф. Поэтому белокурая слизеринка поспешила присоединиться к толпе волшебников, ждущих только её.
— Воспитанная юная леди не должна мчаться так, будто за ней оборотень гонится, — попеняла покрасневшей девочке Виктория Гринграсс.
Тут подошла очередь Малфоев, и они степенно попрощались со всеми, а потом быстро растворились в изумрудном пламени перехода. Вскоре Палпатин тоже дождался свободного камина и через несколько секунд появился с детьми в холле Лонгботтом мэнора.
— Хинки! — позвал Палпатин домовушку. — Помоги мисс Боунс устроиться в гостевой комнате.
Эльфийка тут же появилась рядом, осторожно протянула руку девочке, и через мгновение они исчезли вместе с чемоданом.
— Сынок, через час жду вас со Сьюзен в столовой, — посмотрел на Невилла Палпатин. — Бабушка тоже скоро будет дома. Покушаете, а потом можете отправляться в зельеварню.
Вечером за Сьюзен пришла Боунс, но быстро гостей не отпустили. Августа предложила поужинать, и Амелия с радостью согласилась, так как сразу после работы переместилась камином к Лонгботтомам, чтобы забрать племянницу.
— Отправь Фрэнку «Патронус», моя девочка, — попросила её леди Августа. — Сын опять умотал куда-то по делам сразу после обеда. Мне иногда кажется, что он в аврорате был меньше занят, чем теперь, когда увлёкся родовым бизнесом.
— Сейчас, леди Августа, — улыбнулась Амелия и сосредоточилась на каких-то приятных воспоминаниях. Из её палочки вылетела светящаяся полупрозрачная голубка. Женщина наговорила ей просьбу вернуться поскорей домой для Фрэнка, и та тут же улетела куда-то сквозь стены. Пока взрослые и дети рассаживались, а домовики перед каждым аккуратно расставляли столовые приборы, в прихожей из камина вышел Палпатин. Он сбросил мантию домовику, а сам поднялся в свои комнаты, чтобы подготовиться к ужину.
Через пять минут Шив, одетый в чёрные домашние брюки и белоснежную рубашку, спустился к остальным. Все ждали только его, и едва Палпатин занял своё место во главе стола, леди Августа налила гостье домашнего вина́, которое производил родовой виноградник Брейкиботтом, расположенный в восточной части Сассекса. Арендатор, сквиб Питер Холл, занимался виноделием на землях Лонгботтомов ещё с 1970 года и добился немалых успехов. Конечно, продукция с волшебной части виноградника шла на продажу только в магический мир, но обычные ви́на тоже пользовались неизменным спросом.
— Какой замечательный вкус, — поразилась Амелия, аккуратно пригубив рубиновый напиток. — Я будто и не просидела весь день в Министерстве. Прямо чувствую, как энергия наполняет источник!
— Это вино только для близких друзей семьи, — улыбнулся Палпатин. — К тому же у большинства магов просто не хватит на него золота. Наш виноградник продаёт магглам каждую бутылку обычного вина́ по цене от тридцати до восьмидесяти галлеонов.
Боунс с восхищением, а Августа с гордостью посмотрели на Палпатина.
— Конечно, это доходы в валюте обычных людей, и её, как известно, нельзя обменять на галлеоны в таком большом количестве, — вздохнул Палпатин, наблюдая за удивлением на лицах женщин. — Поэтому сначала мне приходится приобретать редкие металлы и драгоценные камни. И только потом они обмениваются на галлеоны, которые попадают в родовые сейфы Лонгботтомов. В этих операциях неоценимую помощь мне оказывают Малфои.
Когда первый голод был утолён, взрослые начали расспрашивать детей о том, что произошло в Хогвартсе за это время. И если у Сьюзен все разговоры крутились вокруг учёбы, то рассказ Невилла заставил охнуть леди Августу, а Амелию изумлённо покачать головой.
Вначале мальчик поведал, как упал с метлы, которая явно была неисправна. А ещё о том, что он неоднократно цеплялся с Малфоем, и несколько раз дело доходило до потасовок. Постоянные конфликты мальчишек вызвали у всех лишь понимающие улыбки, а вот новость о том, что Невилл расшибся на уроке полётов и сломал руку, заставила взрослых нахмуриться.
— Ты молодец, что сразу догадался спрыгнуть с метлы, пока она не улетела слишком высоко, — ободряюще кивнул Палпатин.
— Ну, я скорее упал, чем спрыгнул, — не стал ничего скрывать мальчик. — Я в тот момент сильно испугался.
— Чтобы признаться сейчас в этом, тоже нужна смелость, сынок, — Палпатин серьёзно посмотрел на младшего Лонгботтома. — Так что ты молодец.
Ободрённый словами отца, Невилл уже гораздо смелее рассказал, как они нашли в замке настоящего цербера и простояли почти пять минут рядом с ним.
— И он на нас так и не напал, хотя я стоял ближе всех к нему, — передёрнулся Невилл от ужасных воспоминаний.
— Это всё Трефор, — усмехнулся Палпатин. — Твоя жаба наделила тебя кое-какими волшебными свойствами. Из-за духовной связи с фамильяром тебе не грозят проблемы с растениями и животными. Если, конечно, совсем уж нарываться не будешь. Поверь, сынок, церберы не зря во всём мире считаются непревзойдёнными охранниками. У них крайне мало слабых мест. Если бы не твоё везение, цербер бы вас сожрал, у него ведь шеи могут вытягиваться.
Невилл испуганно побледнел и уже другими глазами посмотрел на жабу, которая при этом гордо надулась, словно понимая, что говорят о ней.
— Да, сынок, Трефор — очень полезное
