послышалось у неё за спиной. – Какими судьбами?
– Шла мимо, решила заглянуть. – Девушка попыталась убрать рукой размывшуюся от слез туш.
– Я сейчас. Присаживайся.
Михаил принес ей салфетку и стакан воды. Они сидели с полминуты, в неловком молчании. Они редко встречались в отсутствии Марка. Каждому из них было что сказать друг другу, но сделать это было не так легко.
– Я хочу развода с Марком, – внезапно сказала Кристина. – Он стал совсем чужой. Я ничего не понимаю. Михаил?
– Что ты хочешь услышать от меня?
– Ты его лучший друг. Возможно, ты знаешь его лучше, чем я. Помоги мне.
– Все не так просто, как ты думаешь.
В магазин зашел посетитель, Михаил поздоровался с ним и попросил жестом Кристину не уходить. Покупатель был полный мужчина в возрасте. Он носил большие очки, закрывавшие большую часть его лица. Его тяжелое дыхание заполнило всю лавку. Иван начал разговор с ним:
– Я могу Вам помочь с выбором?
– Вы? Мне? Сомневаюсь.
– У нас много книг. Если появятся вопросы, обращайтесь.
Посетитель даже не обратил внимания на слова Михаила и продолжил рыться в книгах. Он перекладывал их с места на место, потребительски брал в руки каждую, пролистывал страницы и оставлял книги где попало. Его поведение вызывало безумное отвращение у Кристины. Она больше не могла дышать одним воздухом с этим человеком.
– Я подожду на улице, – сказала она еле слышно Михаилу. Он кивнул в ответ.
Кристина перешла через дорогу и оперлась спиной на ограду. Сейчас она думала о Михаиле. Ей нравилось, как он держал себя во время разговоров, как строил ход своих мыслей.
Через минуты десять неприятный мужчина вышел из лавки, держа в руках книгу. Следом вышел букинист, он повесил табличку на дверь и подошел в Кристине.
– Искал Флобера, редкое издание. Забавный господин. Заходит каждую неделю, бухтит себе что-то под нос и покупает что-нибудь из французов.
– У меня вывал только тошноту и неприязнь.
Михаил улыбнулся. Кажется, он знал про этого покупателя чуть больше.
– Читаешь «Шантарам»?
– Ещё не начала, Марк подарил. Михаил, ты сказал, что все не так просто, о чем-то ты?
– Это долгая история.
– Я не тороплюсь.
Кристина взяла Михаила под руку, и они пошли вдоль набережной. В этот день лавка «Старая Книга» больше не открывалась.
* * *
Кристину разбудил скрип за окном. Это были голуби, они всеми силами пытались удержаться на покатом скате оконной рамы. Как и человек, продолжает бороться за жизнь на краю пропасти, скатываясь в её бездну. Разница лишь в том, что у человека нет крыльев, а значит, и права на ошибку.
Обернувшись одеялом, она подошла к окну. По Мойке проплывал прогулочный катер с туристами. Значит, уже не так уж и рано. Она обернулась и посмотрела на Михаила.
– Наблюдаю за тобой уже несколько минут. Доброе утро, – приятным голосом сказал он. – Кофе?
Кристина кивнула головой, не сказав ни слова. На кухне она подошла к нему, обняла сзади и сказала:
– Что будет дальше?
Что мог ответить он сейчас? Вместо ответа Михаил взял Кристину за руку и вывел на крышу. Город просыпался. Они стояли вместе, укрывшись одеялом. Белой полосой, словно хирург, орудующий пинцетом, самолет рассекал чистое небо, раскинувшееся над Петербургом. Михаил услышал звонок домашнего телефона и неторопливо пошел вниз.
– Это могут быть постоянные клиенты, я даю им домашний номер на случай срочных вопросов, – как бы оправдываясь, сказал Михаил.
Когда Кристина спустилась на кухню, она услышала окончание разговора.
– …Он жив? Я понял…Скоро буду.
Невероятно широкие зрачки Кристины смотрели на Михаила.
– Кто жив? – спросила она.
– Звонил сотрудник охраны из аэропорта. Они нашли этот номер в куртке Марка. С ним сейчас врач. В полицию ещё не обращались.
– Так что же с ним?
– Утром его нашла уборщица в туалете терминала. Он валялся в полубреду на полу, голова вся в крови. Должно быть, ударился о раковину.
– Едем скорее!
Кристина и Михаил обнаружили Марка в здании аэропорта, он расположился в кресле, рядом с ним сидел мужчина в возрасте в форме охранника. «Лев Николаевич Стокманн» – прочитал Михаил у него на груди.
– Скорая уже уехала. Сказали, ничего серьёзного, но если будут жалобы, посоветовали прийти на приём, – сказал охранник.
– Спасибо большое за помощь. Как ты, Марк? – сказал Михаил.
Марк не ответил ни слова. Его рассеянный взгляд был обращен в никуда. Вместе с сотрудником охраны Михаил погрузил Марка в такси. Он отблагодарил его, положив купюру в карман. Это освежило его память.
– Да. Чуть не забыл! – сказал охранник. – Эти бумаги, они валялись повсюду вокруг него, по всему туалету. – Он протянул их Михаилу. Кристина села спереди. В такси никто не проронил ни слова.
Автомобиль плавно подъехал к дому на Мойке, где жил Михаил. Он расплатился с водителем, и все вместе они прошли в квартиру. Марка усадили в мягкое кресло и заварили чай. Кристина прошептала на ухо Михаилу:
– Мне пора бежать на работу, но если нужно, я могу подмениться.
– Все в порядке. Приходи после, и мы все обсудим.
Перед уходом Кристина бросила взгляд на своего мужа. Тот по-прежнему смотрел в пустоту. Ей показалось, что он нашёптывал какие-то слова.
В этот воскресный день в Эрмитаже было, как всегда, очень много посетителей. Кристина пришла, а точнее, прибежала на работу с опозданием. Едва выпив глоток воды, она вышла из подсобки. Её уже с нетерпением ждала группа британских туристов, человек двадцать разновозрастных потомков англосаксов. Кристина на автомате провела экскурсию, периодически сбиваясь. Сконцентрироваться было невероятно тяжело, слишком много всего произошло со вчерашнего вечера. Она закончила экскурсию и присела в кафе на первом этаже музея, заказав себе кофе.
– Выглядишь неважно. Ты где сегодня ночевала, вернулась к Марку? – это была её коллега, у которой она жила последние три недели.
– Можно и так сказать, – нехотя ответила Кристина.
Кристина не могла больше ни с кем сегодня говорить. Она отпросилась с работы и пошла пешком по городу. Через мост она вышла на Стрелку Васильевского острова. Кристина спустилась и села в том самом месте, где она два с половиной года назад встретила его, своего мужчину, которому она изменила прошедшей ночью с его лучшим другом, пока тот корчился от невыносимых мук в общественном туалете аэропорта. Прямо сейчас она расслабит тело и ничком упадет в воду. Нева примет её и поймёт. Вода не станет задавать вопросов. Волна от проплывавшего катера ударила о берег, и несколько холодных капель попали Кристине на лицо. Протискиваясь через толпу спешивших на стадион болельщиков, выходящих со станции
