— Ну…, - Кэрри незаметно для себя стал нещадно теребить от волнения волосы.
— Расскажите мне, чему вы их учите, — предложила девушка.
Об этом Кэрри мог рассказывать бесконечно. Лил с улыбкой слушала его.
— Вы учите их всему один?
— Да. Других учителей нет. Зарплата слишком маленькая, практически никаких учебных пособий и книг…
— У вас хорошая библиотека. Небольшая, но очень содержательная, — похвалила Лил.
В карих глазах Кэрри вспыхнула благодарность за тёплые слова.
— Обычно школы создают при церквях, но ваша стоит далеко от местного прихода.
— Мы не в ладах с пастором Рерихом. У нас слишком разные взгляды на религию.
— Как интересно. Расскажите мне об этом подробнее, — присаживаясь за парту и подпирая кулачком щёку, попросила Лил.
— Это скучно, — снова засмущался молодой человек.
Девушка подумала, что Кэрри не хочет распространяться о своих, способных показаться вольнодумными взглядах и перевела разговор на другую тему:
— Зимой вы с детьми тоже занимаетесь?
— О нет! Это невозможно, здесь очень холодно. Дует из всех щелей.
— Как же вы сами здесь живёте? — удивилась девушка.
— Я живу в другом месте. В маленьком домике неподалёку отсюда. А это здание моей матери подарил герцог Каунти, ещё до того, как был лишён своего титула и наследственных владений.
— Ах, да, я слышала эту историю, — Лил вспомнила, как её гости обсуждали возвращение нынешним королём опальному герцогу его титула и земель. Правда, воспользоваться королевской милостью смогли лишь дети Барета Каунти. Сам герцог умер несколько лет назад, так и не вернувшись из-за границы, куда вынужден был бежать от королевского гнева.
— Пока была жива мама, дом был тёплым и крепким. После её смерти я надолго покинул Коэн, а вернувшись, обнаружил, что здание сильно обветшало, — Кэрри вздохнул и тут же спохватился: — Только не подумайте, что я жалуюсь!
— Ни в коем случае, — заверила молодого человека Лил. — Ваша мама тоже была учительницей?
— Да. Как вы догадались? — удивился Кэрри.
— Это её портрет? — девушка кивнула на висящую над классной доской небольшую картину, с которой приветливо смотрела миловидная девушка с гладко зачёсанными рыжими волосами. В углу портрета виднелась надпись: «Малена Вурс, выпускница пансионата сестёр Рошер».
— Да.
— Здание ещё довольно крепкое, просто нуждается в хорошем ремонте, — оглядываясь, заметила Лилиана. — Я помогу вам, мистер Кэрри.
— Но…, - возразил, было, учитель.
— Никаких но, — девушка встала. — Завтра я вернусь сюда с нужными людьми, мы составим смету и приступим к работе. Дети не могут заниматься в подобном сарае. Простите за прямоту. Ах, мистер Кэрри! Вы счастливый человек. Делиться с другими своими знаниями. Что может быть лучше?
Лил подошла к мужчине и подала ему затянутую в перчатку руку. Кэрри хотел поднести пальчики девушки к губам, но маркиза ему этого не позволила, ограничившись рукопожатием.
— Как мне вас благодарить? — молодой человек глядел на Лилиану таким преданным взглядом, что девушке стало не по себе.
— Моя лошадь, должно быть, соскучилась, — пошутила она и вышла за дверь.
Кэрри пошёл следом, придержал кобылу, пока Лилиана садилась верхом. Удивился тому, что седло оказалось мужским.
— Ох, уж эти юбки, — вздохнула девушка, подбирая подол. Внизу на ней оказались надеты мужские брюки. Легко вскочив на лошадь, Лилиана расправила юбку, прикрывая стройные ножки, и подобрала поводья. — До свиданья, мистер Кэрри. До завтра.
— До свиданья, — учитель долго стоял у изгороди и смотрел девушке вслед.
* * *
Поверенный Виктора Стейна Морис Пен изнывал от жары и жажды. Всю остававшуюся воду он выпил во время вынужденной остановки, которая случилась из-за поломки колеса наёмного экипажа. До Стейнаута, куда он держал путь, оставалось не более двух часов, но как же тянулось время. Лошади еле двигались, кучер не поддавался ни на какие уговоры — ехать быстрее, а солнце нещадно палило, вконец испортив настроение мистера Пена. Но вот вдалеке показались знакомые старые липы подъездной аллеи, сулившие такую долгожданную прохладу. Интересно, какова она, новая хозяйка поместья? Леди Аделина была очень доброй и скромной в запросах. А про Мариану Стейн Морис был наслышан от бывшего поверенного маркиза Ральфа, что она любила драгоценности и наряды. В любом случае, не повредит взять отчёт о расходах миледи с приложением к нему всех чеков.
Мистер Пен достал из нагрудного кармана сюртука платок и протёр им вспотевшую лысину. Карета остановилась. У фонтана Морис увидел девушку в простом ситцевом платье с корзиной, полной грибов, в руках. Рыжие волосы девушки были заплетены в тугую косу. Вместо чепца на голове красовалась аккуратная соломенная шляпка, очевидно подарок госпожи.
— Эй, милая! Принеси мне, пожалуйста, воды и доложи миледи, что приехал поверенный мистер Пен.
— Добрый день! Поверенный? Мы вас ждали, — оживилась девушка. Она взбежала по ступенькам парадного крыльца и скрылась в дверях.
Морис, кряхтя, выбрался из экипажа, сунул кучеру оговоренную плату и отругал за проволочку в пути из Коэна в Стейнаут. В холле его ожидала долгожданная прохлада. Послышались лёгкие, стремительные шаги. Это вернулась обратно встреченная им у фонтана девушка. С собой она несла поднос, на котором стояли два стакана, один с водой, другой пустой, и запотевший кувшин.
— Я подумала, что вы захотите холодного морса, мистер Пен, — ставя поднос на стол, пояснила изобилие посуды девушка.
— О, это было бы кстати.
— Ну, что ж, давайте знакомится, — когда Морис утолил жажду, предложила хорошенькая девица.
Как бы мистер Пен не устал, он расплылся в игривой улыбке.
— Мариана Стейн.
И вот тут морс чуть ли не попросился обратно.
— Миледи? — закашлялся Морис.
— Она самая. Не хотела вас пугать.
— Простите, — пролепетал мистер Пен, склоняясь в учтивом поклоне.
— За что? — удивилась Лил. — Вышло забавно. Но вы, наверное, устали и голодны? Я позову горничную, она покажет вашу комнату.
— Вы очень добры, — мужчине до сих пор с трудом верилось, что стоящая перед ним бойкая девушка и есть маркиза. Но дорогое обручальное кольцо на её пальце окончательно убедило его в этом. И как он раньше его не заметил?
Вечером Морис удивился ещё больше, когда прогуливаясь по дому, зашёл на кухню и обнаружил там маркизу в испачканном ягодами переднике. На пару с дородной поварихой они варили варенье.
— Заходите, мистер Пен, — приветливо обратилась к нему девушка. — Вы довольны комнатой? Отдохнули с дороги?
