«Простила, она простила ее, все правда!»
– Я тут вспомнила, мне надо срочно сделать кое-что, я попозже приду. – Света, не дав, Валерии задать вопрос и вообще сказать ни слова, быстро вышла из палаты и выбежала из больницы.
Вэл смотрела с недоумением за тем, как девушка выходит из палаты. «Что вообще происходит? Откуда эти вопросы и такое поведение»?
***
После разговора с девушкой, Юля чувствовала себя удовлетворенной. «Что бы там у них не было, а что-то есть – это точно, то сейчас удача на моей стороне. Я сумела посадить зерно сомнения в голову этой девушки, и оно даст плоды. Теперь мне надо решить главное. Вэл. Как заставить ее вернуться? Она непреклонна. Почти выгнала меня из палаты утром. Главное не останавливаться». Купив букет цветов, Юля решила опять ее навестить.
С лучезарной улыбкой на лице она прошла к постели Вэл и стала ставить букет в вазу, вынув оттуда уже чуть подвявшие розы.
– Красивые были розы, ты пользуешься популярностью. – Юля посмотрела на хмуро молчавшую Валерию. – Не надо на меня так угрожающе смотреть. Вэл, перестань дуться, правда. Или у тебя что-то болит?
– Ничего у меня не болит, я же просила не приходить больше.
– Оставь, ты не можешь мне запретить приходить к любимому человеку, я слишком долго была без тебя, что бы твое «не приходи больше» остановило меня. Ты знаешь меня лучше всех и должна понимать, что я не остановлюсь, потому что хочу быть с тобой.
– Значит ты никого не нашла больше, что б провести весело время в Питере? – Язвительно спросила женщина.
– Да ладно тебе, я сказала это от обиды и досады. Я приехала сюда ради тебя, ради себя, ради нас.
– Нет никаких нас, ты заблуждаешься.
– Нет, но ведь мы можем все исправить. Я скучаю по тебе, слышишь? Неужели ты ничего не чувствуешь, я не поверю в это.
– Юль, поверь в то, что все прошло, я не буду скрывать, что безумно скучала по тебе, только невероятные усилия не позволили мне встретиться с тобой, набрать твой номер телефона. Но у всего есть своя критическая точка, понимаешь? Я просто стала жить дальше без тебя.
Юля присела на край постели и начала потихоньку касаться руки, а потом лица Валерии.
– Я виновата, очень виновата, но ведь все мы совершаем ошибки, ты тоже совершала, неужели в тебе нет ни капли сожаления, что у нас все так закончилось. – Девушка склонилась, и губы сменили ее пальцы.
Губы скользили и ласкали лицо, они были такими знакомыми, что Валерия непроизвольно зарыла глаза. А потом она почувствовала поцелуй на своих губах. «Не те губы, знакомые, но не те». Она уперлась руками в грудь Юлии и отстранила ее, насколько смогла.
– Юля, нет. Я не могу и не хочу. Давай оставим все. Просто услышь меня.
– У тебя кто-то есть? – Она выпрямилась, но не ушла с постели.
– Да, думаю есть. Я хочу верить, что есть.
– Понятно, если ты говоришь о той черноглазой стройной и красивой девушке, которую я вижу постоянно рядом с тобой, то думаю – ты ошибаешься.
– Что ты имеешь в виду под словами «ты ошибаешься»? – Валерия вся напряглась.
– Ничего особенного не имею в виду. Просто знаю, что она относится к этому не так как ты. Вэл, прекрати, сколько было таких у тебя до меня и после меня? Одной больше, одной меньше.
– Что ты ей сказала? – Ее голос был похож даже не на шепот, а на угрожающее шипение.
– Правду и ничего кроме правды. Что я люблю тебя, что ты меня простила, ведь все это правда, не так ли? И знаешь, она поверила, а как тут не поверить. Только со мной ты была верной и постоянной. Я так подозреваю, что она уже имеет кое-какую информацию о твоей непостоянной натуре.
– Черт тебя побери, Юля! Ты постоянно приносишь мне неприятности! И ты после всего этого думаешь, что мы сможем начать все сначала?
Дверь в палату открылась, вошел лечащий врач.
– Что тут происходит? Девушка, я попрошу вас покинуть палату. – Обратился он к шатенке. – Вы доставляете ненужное волнение моей пациентке – а это, при ее состоянии недопустимо.
Юля встала.
– Простите, доктор, этого больше не повторится. Я зайду позже, – обернула она к Вэл.
Доктор посмотрел на встревоженное и пылающее гневом лицо Валерии.
– Вы правы – это больше не повторится. Я дам распоряжение, что бы Вас ни пускали больше в палату. Если Валерия Александровна посчитает необходимым с Вами встречаться, то придется это делать после того, как она выпишется, а пока я беру на себя право запретить ваши встречи в этих стенах.
Когда дверь за Юлей закрылась, Валерия чуть расслабилась. «Надеюсь, что Света не поверила ей. Или поверила? Она так быстро ушла от меня. Светочка, просто доверься себе и поверь в меня». Она посмотрела на врача, который измерял ее давление и осматривал повязки.
– Спасибо Вам.
– Не благодарите. Есть еще кто-то, кто будет выводить Вас из себя и ухудшать Ваше состоянии?
– Надеюсь, что нет, – тяжело вздохнула Вэл.
– И я надеюсь. Отдыхайте. – Врач вышел, оставив ее наедине со своими мыслями и ноющей болью от ранений. А потом она заснула, от усталости, нервного напряжения и лекарств.
***
Олег утром вез Свету на работу.
– Все уже хорошо? – Прервал он молчание.
– В каком смысле? – Света не повернулась, отвечая вопросом на вопрос.
– Ты решила прервать свой отпуск. Значит у Валерии все хорошо?
– А, ты об этом. Да, все хорошо, ее скоро выпишут, да и народа у нее там достаточно. Мое присутствие уже вряд ли так необходимо.
В тот день Света так и не вернулась в больницу. Не пришла она и на следующий, провалявшись в кровати, рисуя себе ярке картины воссоединения Вэл и Юли. Убежденная, что Валерия не звонит именно потому, что у нее Юля, и они обсуждают их дальнейшие отношения, она тоже не решилась набрать ее номер. На душе скребли кошки, заставляя сомневаться в своей правоте, а потом боль от уверенности, что все именно так, как она себе представила. Эти скребущие кошки постепенно сменились опустошением и апатией. А к ночи она приняла решение выйти на работу, что бы ни зацикливаться на этой ситуации и чем-то себя занять.
– Свет, а Свет? Мне показалось, что у вас все наладилось.
– Мне тоже так показалось. Я ошиблась. Наверно я уволюсь, Олег. Буду искать работу потихоньку. Не смогу я работать с ней. Да и не в ней даже дело – во мне, я не уверена, что смогу все это вынести. Я не уверена, что готова к таким отношениям. Да какие там отношения, у меня чувство, что я просто заменитель более важно человека в ее жизни. Сама виновата, она делала все, что бы меня остановить, оттолкнуть, но моя настойчивость вынудила ее ответить на мои порывы.
