и дали по несколько капель внутрь. Они сразу уснули, и их куда-то перенесли отсыпаться.
— Ты же не думаешь, что я специально подсунула твоей сестре это зелье? — спросила я Мика.
— Я скорее поверю, что они с подружками стянули его у тебя, — усмехнулся Мик. — Не со зла, конечно, просто ради шутки. Микаэла иногда любит шутить.
Я закатила глаза.
А к тете Агате подошёл тот самый мужчина, который поднял с пола её флакончик.
— Я впечатлён, — произнес он, — целуя ей руку. Такие зелья мог создать только очень гениальный изобреталь-зельевар.
— Мои зелья создала я сама, — слегка помятая тетя Агата забрала у него свою руку и спрятала её за спину. — И, к вашему сведению, они все запатентованы.
— А вы бы хотели реализовывать некоторые из них в моем косметическом салоне?
— Мне нужно подумать, — отозвалась тетя. — Они, между прочим, очень дорогие. И все заряжены моей личной магией.
— Я уверен, что такие зелья будут покупать за любую цену! Они ведь могут вырастить и волосы на голове тоже? Не только усы?
— Это зелье, — с гордостью произнесла тетя Агата, — способно вырастить их где угодно, даже на пятке! Я сама проверяла.
Глава 19. ЛЮБОПЫТНЫЕ МАГИ
В день отъезда студентов на их первую практику провожать означенных студентов пришло огромное количество народа.
Вообще я представляла, что для нас откроют портал из академии прямиком к месту практики, но, видимо, магический прогресс до такого в этом мире попросту не дошел. А может, портальной магии здесь просто не существовало.
Так что студенты добирались на практику на поезде. И не поленились же выстроить железную дорогу до неживых земель!
Я поделилась с Литой своими мыслями о целесообразности строительства дорог до неживых земель.
— Так их уже давно выстроили! — ответила подруга. — Ещё до того, как там все это появилось.
Со студентами ехали и преподаватели. Причем, почти в полном составе. Действительно, что им делать в полупустой академии без студентов? К тому же, должен же кто-то следить за юными магами, чтобы они по пути не угробили поезд.
Поезд, кстати, был полностью забит только теми, кто так или иначе связан с академией. Обычных пассажиров здесь не наблюдалось. То ли никому больше в ту сторону не надо, то ли нормальные люди опасались ехать со студентами, то ли академия специально этот поезд нанимает.
Провожали студентов в основном их родственники, ну ещё и друзья, те которые не учились в академии, в основном не маги. Парень-не маг, уже знакомый внешне по празднику посвящения, без стеснения обнял нашу мелкую Белус. Её родители стояли рядом и даже как будто одобряли такое публичное проявление чувств.
Литу провожала решившая задержаться в столице тетя Агата. Она на днях обновила запас зелий в Литином волшебном сундучке. А теперь давала племяннице какие-то свои напутствия, нашептывая ей их на ухо. Лита только кивала.
Мик тоже был неподалеку, вместе со своей семьёй, разговаривал о чем-то с отцом, пока Микаэла болтала с матерью, поминутно проверяя область своего носогубного треугольника. Она не очень давно приобрела привычку ощупывать эту свою часть лица.
Только меня, наверное, некому было провожать. Я спокойно стояла рядом с Литой и ее тетей и держала в руках свою сумку. Большую часть заработанных ещё в родном городе и пока не потраченных монет, я все же сдала на хранение в один из столичных банков, оставив себе только то, что было необходимо. Поэтому сумка моя тяжёлой не была. Да и одежды у меня было не так много, так что я отправлялась, можно сказать, налегке.
Так вот стояла я себе, никого не трогала, и тут откуда ни возьмись взялась мама Ольта. Она что, до сих пор не покинула столицу?
К слову, с Ольтом мы после нашего памятного свидания даже почти не разговаривали.
Сначала была Литина помолвка, потом куча занятий в академии. Я все же решила ознакомиться хоть с какой-то информацией по своей некромантии и что-то выучить, а то надоело постоянно попадать впросак. Да и наше наказание трудом никто не отменил, и нас даже пустили облагородить диких умертвий, которые содержались за железной дверью.
Неужели ректору и преподавателям так пришлось по душе то, как мы вычистили обычную нежить? Там какая-то проверка была, говорят, им очень понравилось в некромантском подвале нашей академии.
А свободное время? Свободного времени у меня, можно сказать и не было! Кстати, сестрёнка так и не объявилась ни разу за эти дни перед отъездом на практику.
— Лиири! — воскликнула мама Ольта и обняла меня.
А потом выхватила у меня сумку и вручила её своему сыну.
— Что ты просто так стоишь? — пожурила она его. — Не видишь, девушке тяжело.
— Мне не тяжело, — возразила я.
— Все равно! — не сдавалась она. — Зачем что-то делать самой, когда рядом есть подходящий молодой человек?
"Подходящий молодой человек" предпочел изображать столб, опять отдав инициативу в руки своей матери.
— Берегите себя, — махала она рукой, когда мы и все другие студенты загружались в вагоны.
А сумку свою я у Ольта отобрала назад, под прищуренным взглядом Мика.
Каждое купе было отдельным, с полноценными стенками и даже дверью, и нормальной длины и ширины полками. Оно было рассчитано на четверых человек, и устроено практически так же, как и в привычных мне поездах. И в целом подходило для дальнего путешествия.
Я даже не удивилась, когда к нам с Литой подсела Белус. Мы к ней всегда благожелательно относились.
И очень удивилась, когда к нам в купе ввалился водник Ал.
Девчонки удивились тоже.
— Лита, — спросила я подругу, не сводя взгляда с водника. — А как долго нам предстоит ехать?
— Чуть больше суток, — ответила она.
— То есть нам нужно будет здесь переодеваться, спать и разговаривать о всяких девичьих секретных вещах? — сказала я с нажимом и намёком для некоторых водников, которым здесь было неуместно находиться.
Ал без малейшего стеснения плюхнулся рядом с Литой, задвинув свои вещи под сиденье и сказал:
— Расслабьтесь, чего вы так переживаете. Вы же не водницы, поэтому можете быть совершенно спокойны за свою честь. Вы для меня, можно сказать, вообще девчонками не являетесь. Вы для меня так, — он смерил взглядом сидящую рядом с ним Литу, — бесполые существа. И секретами своими можете со мной поделиться тоже. Давайте рассказывайте.
Лита от такой наглости даже дар речи потеряла.
А тихая Белус свой дар речи вообще редко использовала. А сейчас, забившись в уголок около окошка, наверное, просто надеялась, что оно само как-нибудь рассосётся, и водник
