смешанными чувствами. И сложной дилеммой.
Надо ли предупредить их о грядущем конце света? А вдруг, если я расскажу, то это наоборот вызовет панику и хаос, и конец света наступит именно из-за того, что я рассказала.
Правду говорят, меньше знаешь, крепче спишь.
Не буду пока им ничего говорить, это всегда успеется. Тем более, время есть. Ещё целых сто лет впереди.
Я лопнула пальцем гипнотический мыльный пузырь.
— Что это было? — первой подала голос Лита.
— Менталистка развлекалась, — соврала я.
После сеанса внепланового гипноза все были слегка заторможены. И поэтому, когда заглянул магистр Шам, проверявший студентов в нашем вагоне и разгонявший всех по местам, никто не сопротивлялся.
Только Мик шепнул мне:
— Мы ещё придем.
Кто мы? Надеюсь, только они с Кейлером, а не все присутствующие парни.
— Какие-то менталисты слишком сильные пошли, — сказала Лита, когда все разошлись и остались только мы втроём. — Я до сих пор отойти не могу.
Она полезла за своим сундучком и пояснила:
— Нам всем нужно принять что-то тонизирующее. А то после этих менталистов одни проблемы. Как бы не отправиться открывать какую-нибудь нежить, как ваша однокурсница.
— Здесь нет клеток с нежитью, — возразила я.
Дверка снова открылась и показался магистр Шам с немного виноватым видом.
— Девушки, — начал он. — Вот этому, — он втащил внутрь нашего водника, — действительно не хватило места. Не спать же ему в коридоре. А последнее свободное оказалось только у вас.
— Но это же очень-очень неприлично, — Белус прижала ладошки к порозовевшим щекам.
А Лита сразу сориентировалась:
— Только если он примет фирменный антидот моей тётушки.
Магистр Шам ушел, а водник тут же взлетел на верхнюю полку и ушел в глухую оборону.
— Не буду я ничего принимать! Я слышал, от зелий твоей тётушки у людей вырастает непонятно что! Вдруг у меня рога вырастут.
— Какие рога, ты же не козлик, — уговаривала его Лита.
— Иногда он действительно козлик, — шепнула я Белус.
— Тем более его уже принимал Мик, — продолжала Лита свои увещевания, безбожно привирая о свойствах зелья, — это самое обычное снотворное. Оно ещё никому не повредило.
— Ага, — не соглашался загнанный в угол, то есть на полку, водник. — Не повредило. Этому вашему Мику оно как раз таки мозги и повредило. Случайно, не после этого снотворного его переклинило на некромантках?
— Некромантках? — переспросила я, делая акцент на множественном числе.
— Да-да, — неизвестно чему обрадовался Ал. — Идите, проверьте своего Мика и этого вашего целителя, вдруг они там с какими-то некромантками обжимаются. Или ещё с кем-нибудь. А мне не мешайте! Я и так спать буду, без ваших сомнительных снотворных! И нечего на мне эксперименты ставить! И так после той вашей менталистки никак голова не отойдет!
— Давайте и правда сходим к Кейлеру, — сказала Лита. — Не проверять, нет. Просто посмотрим, как ребята обустроились. Элина, ты пойдешь с нами?
Белус никак не могла решить, что будет хуже и неприличнее — пойти в купе к нескольким парням или остаться наедине с одним. Подумав, она выбрала нескольких. Принять быстрое решение ей помог водник. Он неожиданно свесился к ней и выдал:
— Не волнуйся, конфетка, пока твои подружки не опоили меня своими снотворными, некромантки меня не интересуют.
Белус подпрыгнула и выскочила из купе раньше нас.
Мик с Кейлером ехали в компании двух уже знакомых нам по отработке огневиков. А ещё в их купе торчала Микаэла с одной из своих "усатых" подружек.
Белус ойкнула и хотела попятиться. Наверное, она уже пожалела, что не выбрала компанию водника.
Но мы её уже втолкнули внутрь.
Микаэла собиралась было что-то сказать, но вовремя поймала предупреждающий взгляд брата.
А вот ее подругу остановить было некому.
— Что вам здесь надо? — противным голосом спросила она, глядя на меня.
— Вообще-то мы пришли к жениху! — ответила ей Лита и выпихнула девчонку с сиденья, сама усаживаясь на ее место.
— Что все сразу? — ядовито отозвалась та. — Неужели вы все невесты Кейлера?
Огневики смотрели на это представление с интересом, Мик сделал жест рука-лицо. Микаэла явно хотела что-то сказать, но молчала.
И тут Лита вдруг ляпнула:
— А тебе очень шли те усы. Надо было оставить их. Хотя стой, что это у тебя над губой? Похоже, они снова начинают расти. Или это твои собственные?
И девчонка, оказавшаяся на поверку психованной огневичкой, завизжала и бросила в Литу огненным шаром. Наверное, в словесных пикировках она была не сильна, и только это могло быть её аргументами. Хорошо, что в купе было полно других огневиков, некоторые из которых умели останавливать чужой огонь! И хорошо, что Кейлер — все-таки довольно сильный целитель.
Потому что полыхнуло довольно-таки нехило.
Но, видимо, даже в состоянии психоза, девчонка могла посылать свой огонь вполне направленно. Потому что опалило только Литу, меня, ну и задело ни в чем не виноватую Белус. Её-то за что, кстати? За компанию?
Потому что пузырек с зельем для роста волос она не теряла, никаких комментариев по поводу чужих усов не отпускала. Так зачем ей юбку-то сжигать? Чтобы угодить Микаэле?
Лите опалило лицо и волосы. Мне — не знаю. По-моему всё. Жуткая боль была буквально по всему телу.
Кейлер сразу окутал и Литу, и одновременно меня золотым сиянием, и боль отступила.
Мик собрал весь огонь, не давая ему распространяться, и схватил подружку сестры за локоть.
— Ката, ты рехнулась? — тряхнул он её.
Но девчонка, похоже, и сама была в шоке.
Тьен и третий огневик вывели Кату и потащили прочь. Надеюсь, к преподавателям.
А Мик побежал за другими целителями. Потому что одному Кейлеру было трудно лечить одновременно двоих.
И только Микаэла сложила руки на груди и спокойно сидела, взирая на все это.
А нам с Литой, наверное, все же придется испытать на себе зелье для роста волос. Вовремя тётушка Агата его изобрела.
Глава 21. ВЕСЕЛАЯ ПОЕЗДКА
Магистр Шам ни за что бы никому не признался, но иногда он очень завидовал некоторым своим коллегам. Тем, которые не были кураторами стихийников. Или вообще не были ничьими кураторами.
Целители и даже некроманты доставляли своим магистрам куда меньше проблем, чем его стихийники.
Что уж говорить о менталистах. Вот и сейчас эти менталисты сидели в отдельных купе, вместе со своим куратором, как обычно отведя глаза всем остальным студентам.
И это они очень правильно делали.
Потому что, например, его стихийникам, пожалуй, вообще лучше не показываться на глаза, если не хочешь лишних хлопот.
Вот целители наоборот всегда академии только пользу приносили, в госпиталях подрабатывали. И
