— Езжай в аптеку и закупи все необходимое для кормления новорожденного. Смеси, бутылочки, соски, стерилизующий раствор. Спроси у фармацевта. Он должен все знать. Возможно, это и не пригодится, но лучше, чтобы все было под рукой. Всегда можно обменять любую покупку на другую. Следующее кормление в два часа, но Джоанна, возможно, проголодается раньше.
— Я уже иду.
— Постой. Если Дороти положат в больницу, ты сможешь взять на себя Джоанну?
— Конечно! Я отвезу ее к себе домой. И Дороти тоже, если доктор лишь пропишет ей лекарства. Я позабочусь об обеих.
— Ты уверен, что справишься?
— Они — моя семья. Спасибо, что дала мне знать, Трейси.
— Я оставляю с малышкой мою секретаршу. Они в квартире Дороти. Я позвоню ей из больницы, когда мы точно будем знать, что делать.
— Я еду туда сейчас же, только куплю принадлежности для Джоанны.
— Хорошо. Пока!
Джоанна. Он назвал ее Джоанной! Это, несомненно, добрый знак, сказала себе Дороти, слышавшая их разговор. И то, как тепло он произнес «моя семья»… Да, у Неда самые лучшие намерения! Но почему она плачет? Слезы катились неостановимо.
Бросив трубку, Трейси заявила:
— У твоего Неда сердце на нужном месте. Я встречала бессчетное количество женихов на тернистом пути организации свадеб и должна сказать, что Нед даст сто очков вперед любому из них.
— Спасибо, Трейси. — Дороти еле выдавливала из себя слова. Как жаль, что она не обратилась к подруге раньше! А сейчас уже потеряно столько времени!
— А теперь мы пойдем к доктору!
Все уже не в моей власти, думала Дороти. Судьба снова сделала поворот, которого она никак не могла предвидеть. И никто не знает, когда же кончатся все эти испытания. Теперь только Нед сможет все поправить.
Если у него есть сердце.
15
Девочка Джонни орала во всю глотку, не слушая слов Неда. Он носил ее из угла в угол гостиной, поглаживая и похлопывая по спинке, но результата это не приносило. Ребенка невозможно было ни убедить, ни успокоить. Нед уже отчаялся услышать что-то новое о Дороти и дополнительные инструкции, когда зазвонил телефон.
— Я отвечу! — крикнул он секретарше Трейси Келли и быстро сунул ей в руки девочку. — Отнесите ее в спальню и закройте дверь. Я не хочу, чтобы Дороти услышала в трубке ее плач и расстроилась. Поспешите!
Как только дверь закрылась, он схватил трубку.
— Это Нед. Как Дороти? — с тревогой воскликнул он.
— Наихудший сценарий. Абсцесс. Доктор ввел ей внутривенно антибиотики и выписал направление в госпиталь. Я сейчас везу ее туда. Хирург обследует ее днем.
— Хирург? — Неда охватила тревога.
— Ничего особенного. Это называется надрез и дренаж. Ей дадут общий наркоз.
— Проклятье! Это, должно быть, очень больно! — обеспокоился Нед. Все у него внутри перевернулось, когда он представил, через что придется пройти Дороти.
— Ей и сейчас очень больно! Ее, возможно, оставят в госпитале на пару дней. Ты все купил для Джоанны?
Известие, что ему предстоит пару дней провести наедине с ребенком, поразило Неда как молнией. Не час или два. Пару дней! И ночей! И никакой поддержки со стороны Дороти. Вся ответственность лежит на нем. Нед попытался справиться с паническим настроением. Разве не он недавно говорил, что маленькому ребенку его не сломить?
— Все приобретено и приготовлено, — сказал он, стараясь придать голосу уверенность. — Скажи Дороти, чтобы не волновалась. Скажи ей, что Джоанна не могла бы иметь более компетентного отца. Я обо всем позабочусь.
Джоанна… Так называет ее Дороти. Поскольку ему приходится быть для ребенка одновременно и мамой, и папой, лучше тоже использовать это имя. Благодаря этому он обретет двойное могущество.
— Хорошо, — одобрительно отозвалась Трейси. Казалось, она прочитала его мысли. — Я приеду к вам вечером и посижу с Джоанной, пока ты будешь навещать Дороти. Ее нужно подбодрить. Договорились?
Нед с облегчением вздохнул. Оказывается, он не один. Трейси придет на помощь, если потребуется. А есть еще Джим и Флоранс и несколько друзей, которым он мог бы позвонить. Паника немного улеглась.
— Это было бы прекрасно, Трейси! Передай Дороти, что я люблю ее. И еще раз спасибо, — сказал он с искренней благодарностью.
Положив телефонную трубку, Нед несколько раз глубоко вздохнул, чтобы унять внутреннюю дрожь и снабдить мозг необходимым количеством кислорода. Теперь ему как никогда необходимы ясная голова и железная выносливость. В его руках жизнь и благополучие ребенка.
Внезапно его осенило, что зависимость от друзей в этой чрезвычайной ситуации с ребенком может быть расценена Дороти как провал. Да это и был провал!
Джоанна — его ребенок. Он ведь сам сказал Дороти, что не признает никаких нянь. Он не собирается спихивать своего ребенка на кого-то другого. Это важно! Почва для доказательств. Он должен достичь успеха, иначе Дороти будет его презирать и выставит вон, теперь уже навсегда. Именно так! Если он не способен быть ответственным отцом в кризисной ситуации, он не заслуживает доверия и в дальнейшем!
Исполнившись железной решимости, он вошел в спальню. Джоанна по-прежнему вопила. Нед взял ее у Келли и устроил на своем плече так, чтобы ухо ребенка приходилось прямо напротив его рта. Придав своему голосу, как ему казалось, убедительное звучание, он отдал срочный приказ.
— Слушай, ребенок!
Ор сменился задыхающейся икотой. Нед с нежным одобрением похлопал дочку по спине и изложил проблему:
— Мы с тобой должны договориться. Просто помни, что мы остались вдвоем. Ты и я, ребенок! Мы причинили вред, и теперь твоя мама вышла из строя. И, что очень важно, мы должны сдать этот экзамен на отлично.
Звук срыгивания раздался у его шеи.
— Хорошо, — одобрил Нед. — Только не начинай снова плакать. Ты опять зря наглотаешься воздуха. Переход на бутылочку после груди твоей мамы может показаться не…
Крик во все горло известил Неда, что его сообщение не понравилось. Волосы поднялись у него на затылке: неприкрытый террор электризует. Нед сделал все возможное, чтобы исправить свою ошибку, и потерпел поражение.
Похлопывание не успокаивало Джоанну. Укачивание не помогало. Она абсолютно не обращала внимания на уверения отца в том, что все будет хорошо, если она просто доверится ему. Маленькие ножки дрыгались, крошечные кулачки сжались и двигались агрессивно, лицо морщилось в постоянной плаксивой гримасе, тельце изгибалось при каждой попытке устроить его поудобнее. И Нед еще шутил со своими друзьями о детках из ада! Его охватил страх.
С новым приступом решимости он заставил себя абстрагироваться от парализующего шума. Оставался только один выход. Друзья говорили ему, что прогулки на машине действуют на детей как снотворные пилюли. Он должен погрузить Джоанну в «ровер» и выехать на дорогу. Если и в этом случае она не успокоится, у него нет никаких шансов покормить ее из бутылочки.
