– Мой господин, вы не поверите, что…
– Скольких из вашего рода вы продали в рабство к Млисс Эбнис?
– Рабство – тяжелейшее преступление! – прохрипел паленка.
– Я же сказал, что вы виновны в тягчайших преступлениях, – сказал Мак-Кей. – Отвечайте на вопрос.
– Вы требуете, чтобы я осудил сам себя?
– Сколько она вам заплатила?
– Кто мне должен заплатить?
– Сколько вам заплатила Эбнис?
– За что?
– За ваших братьев по роду?
– Каких братьев по роду?
– Это вопрос, – сказал Мак-Кей. – Я хочу знать, сколько паленков вы продали, сколько денег вы получили и куда Эбнис дела проданных.
– Этого не может быть!
– Наша беседа протоколируется, – сказал Мак-Кей. – Я воспроизведу эту запись Совету Объединенных Племен, и ваши люди решат, как с вами поступить.
– Вы смеетесь! Какие доказательства вы можете представить?
– У меня есть запись вашего собственного виноватого голоса, – сказал Мак-Кей. – Мы проделали анализы тона вашего голоса и вместе со снимками отошлем Совету Племен.
– Анализы тона? Что это такое?
– Это метод анализа тонких различий в интонациях и произношении, используемый для того, чтобы определить, какие слова истинны, а какие лживы.
– Я никогда не слышал о таком методе!
– Только немногие знают все инструменты, используемые Бюро, – сказал Мак-Кей. – Я дам вам еще один шанс. Сколько членов вашего рода вы продлили.
– Почему вы давите на меня? Что в Эбнис такого важного, что вы пренебрегаете всеми правилами интернациональной вежливости, угрожаете мне и отказываете в праве, которое мне…
– Я пытаюсь спасти вам жизнь, – сказал Мак-Кей.
– Кто же теперь лжет?
– Если мы не найдем Эбнис, не обезвредим ее, – сказал Мак-Кей, – то большинство разумных существ в нашей Вселенной в самом скором времени погибнет. Точнее говоря, все, кто хоть раз пользовался прыжковой дверью. Я клянусь вам, что это правда.
– Это торжественная клятва?
– Клянусь Яйцом моей руки, – сказал Мак-Кей.
Паленка фыркнул.
– Вы даже что-то знаете о Яйце?
– Так как я произнес ваше имя, вы должны дать торжественную клятву, – сказал Мак-Кей.
– Я клянусь моей рукой!
– Нет, клянитесь Яйцом вашей руки.
Паленка опустил голову, его рука извивалась.
– Сколько своих сородичей вы продали? – снова спросил Мак-Кей.
– Только сорок пять.
– Только сорок пять?
– Это все! Я клянусь вам! – маслянистая жидкость, признак страха, брызнула из глаз паленки. – Она предложила мне много дающего свободный выбор. Эбнис обещала неограниченное откладывание яиц!
– Неограниченное размножение? – спросил Мак-Кей. – Как это возможно?
Паленка бросил опасливый взгляд на Бильдуна, который, нахмурясь, сидел за письменным столом.
– Она не объяснила, – наконец сказал паленка. – Она только сказала, что нашла новые миры вне сферы влияния Объединения Разумных.
– Где эти миры? – спросил Мак-Кей.
– Не знаю! Я клянусь Яйцом моей руки!
– Как велась продажа?
– Посредником был один пан спехи.
– Каковы были его действия?
– Он предложил нам несколько уютных миров за службу в течение десяти нормальных лет.
Кто-то позади Мак-Кея свистнул.
– Когда и где проходила эта транспортировка? – спросил Мак-Кей.
– Несколько лет назад, на родине моих яиц.
– Выигрыш в десять лет! – пробормотал Мак-Кей. – Щедрое предложение и одновременно великолепная торговая операция. У вас и вашего рода едва ли останется время на то, чтобы воспользоваться приобретенным, если план Эбнис исполнится.
– Я этого не знал! Что она планирует?
Мак-Кей игнорировал его вопрос. Он сказал:
– Есть ли у вас хотя бы одно предположение, где находятся ее миры?
– Нет. Проделайте анализ моих интонаций. Вы убедитесь, что я говорю правду.
– С представителями вашей расы такой анализ невозможен.
Паленка на мгновение уставился на него, потом сказал:
– Да протухнет ваше Яйцо!
– Опишите пан спехи, который заключал с вами сделку, – сказал Мак-Кей.
– Я отказываюсь от всякого дальнейшего сотрудничества!
– Вы уже глубоко увязли, – сказал Мак-Кей, – и мое предложение – единственное, что у вас осталось.
– Предложение?
– Если вы будете с нами сотрудничать, каждый из присутствующих здесь забудет о вашей вине.
– Грандиозный обман! – проворчал паленка. – Чудовищный обман!
Мак-Кей взглянул на Бильдуна и сказал:
– Думаю, лучше созвать родовой Совет Племен и дать им полную информацию.
– Я тоже так думаю, – сказал Бильдун.
Паленка фыркнул.
– Как я могу знать, можно ли вам доверять?
– Никак, – сказал Мак-Кей.
– Но у меня нет выбора, вы это хотите сказать?
– Да, я хочу сказать именно это.
– Да протухнет ваше Яйцо, если вы меня обманете!
– Ну, ладно, – согласился Мак-Кей. – Опишите пан спехи.
– У него удален эго-орган. Я видел его шрам, но он убедил меня, что я могу ему доверять.
– У него было имя?
– Он называл себя Чео.
Мак-Кей взглянул на Бильдуна.
Бильдун сказал:
– Это имя придает новое значение старой идее. Это сокращение одного древнего диалекта. Очевидно, псевдоним.
Мак-Кей снова сосредоточился на паленке. Он спросил:
– Заключил ли этот Чео с вами договор дал ли он вам гарантии? Как он обязался расплатиться с вами?
– Он назначил двух членов моего рода по моему выбору губернаторами двух вышеуказанных миров.
– Очень умно, – сказал Мак-Кей, нахмурив брови. – Кто может возразить против такой сделки или что-то доказать?
Мак-Кей спроектировал голограмму, которую сделал охранник через прыжковую дверь. Лицо пан спехи появилось в воздухе перед паленкой.
– Это Чео? – спросил Мак-Кей.
– Шрам на месте, – ответил паленка. – Да, это он самый.
– Идентификация сделана по закону, – сказал Мак-Кей, бросив взгляд на Бильдуна.
– Чем это может нам помочь? – спросил Бильдун.
– Кажется, я знаю, чем, – ответил Мак-Кей.
Мак-Кей и Тулук аргументировали теорию регенерации времени, так они окрестили свое открытие, не обращая внимания на толпу охранников, которые, со своей стороны, проявляли мало интереса к разговору своих подопечных.
Между тем, примерно через шесть часов после допроса паленки эта теория стуча предметом разговоров во всех отделах Централи Бюро. У нее было примерно столько же противников, сколько и сторонников.
По настоянию Мак-Кея они для оценки данных перешли в рабочий кабинет и попытались перевести теорию Тулука в математическую модель, с помощью которой Мак-Кей хотел попытаться обнаружить убежище Эбнис.
– Это должно дать какой-нибудь вектор в нашем измерении, – сказал Тулук. – Вопрос только в том, достаточно ли у нас данных для верных выводов?
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
