теперь не скоро снова займемся ею.
Но так будет лучше.
Эми должна осознать, что я люблю ее. А я люблю. Безумно люблю.
И уже скучаю. Хочу сейчас прижимать ее к себе в постели. И целовать. Признаваться в чувствах.
Но ночную смену никто не отменял.
Синее небо сегодня особенно звездное. Я знаю, о чем говорю, ведь каждую свою смену в этом баре под открытым небом я только и делаю, что пялюсь на звезды.
Звезды, как и рассветы, всегда напоминали мне об Эммелин. И даже когда я понял, что упустил свой шанс, я все равно чувствовал особую связь с ней сквозь небо. Ведь в те моменты, когда я любовался сиянием звезд, я точно знал, что и она в эти мгновения смотрит на небо. Мы делали одно и то же. И это казалось чем-то интимным.
Но сегодня я смотрю на звезды иначе. Сегодня на моих губах улыбка, ведь теперь я знаю, что у меня есть шанс. И мне не терпится проскользнуть в окно бунгало Эми и крепко прижать ее хрупкое тело к себе.
До закрытия бара остается десять минут, но он все еще переполнен людьми. Из колонок звучит что-то из Викенда, пьяные туристы покачиваются в такт песне и громко кричат слова. Клэй, наш вышибала, сегодня выходной, а потому именно мне придется заниматься тем, чтобы выпроваживать эту толпу и закрывать бар. А это значит, что мне нужно задержаться, и к моему возращению Эми скорее всего уже будет спать.
Наливаю Зандерсу джин, а затем закручиваю пробку, мысленно моля Господа помочь мне сдержаться и не начать читать другу нотации об алкоголизме. Он ведь взрослый мальчик. А я ему не мамочка.
– Ну, давай же, – опрокинув джин, морщится Зандерс. – Начинай читать лекцию о вреде алкоголя.
– Я не собирался, – пожимаю плечами.
– Чувак, за те пятнадцать лет, что мы дружим, я научился считывать все твои лекции, лишь единожды взглянув тебе в лицо.
Усмехаюсь и делаю вид, что очень занят попыткой оттереть пятно на каменной столешнице.
– Я в порядке, – продолжает Зандерс. – Плесни еще абсента.
С губ срывается вздох. Где помощь Господа, я не понимаю?
– Ты все это время пил джин, – устало произношу.
– Какая, к черту, разница?
– Абсент зеленый, Зандерс. – Я вскидываю бровь. – Это как минимум.
– Зачем я пришел пить к тебе? Это было моей худшей идеей.
– Потому что я наливаю тебе бесплатно?
– Ладно, идея не самая плохая.
Убираю тряпку в сторону и опираюсь вытянутыми руками на край столешницы.
– Когда ты в последний раз был трезвым?
– Я не могу разобрать, что налито у меня в бокале, а ты действительно думаешь, что я шарю, какой сегодня вообще день?
Качаю головой и шумно выдыхаю. Как бы глупо это ни звучало – если ты профессиональный серфер или дайвер, тебе необходимо контролировать свой режим. Да, вечеринки, алкоголь, девушки – это здорово. Но не для спортсмена. Режим превыше всего: питание, запрет алкоголя и дисциплина.
Зандерс отличный технодайвер, который погружается на большую глубину в самых сложных условиях. Затонувшие объекты, пещеры, плохая видимость – все это ерунда для такого профессионала, как Зандерс Тайс. И если этот кретин не протрезвеет и вдруг решит погрузиться в таком состоянии, это приведет к полной заднице. И под полной задницей я подразумеваю то, что этот придурок просто не выплывет с глубины.
– Зандерс, и ты здесь, – доносится голос подошедшего к нам Арчи, который тут же показывает нам шаку.
Зандерс игнорирует его приветствие, проводит рукой по своим светлым взъерошенным волосам, а затем упирается локтями в столешницу и прикрывает ладонями лицо.
– Только не начинай, – со стоном просит он.
– Не начинать напиваться в очко, как ты? Ну я как раз таки не собирался. Это твое хобби в последнее время.
– Ха. Ха. Смешно.
– А кто смеется? – фыркает брат Зандерсу, а затем обращается ко мне: – Я закончил в отеле пораньше и вспомнил, что ты сегодня без вышибалы. Тебе помочь с закрытием?
– Как это мило, – кривляется Зандерс.
Скептически смотрю на друга, который выглядит сейчас так отвратительно, что я даже не вижу смысла как-то ерничать ему в ответ, а потому пропускаю эту его реплику мимо ушей. Арчи наверняка думает о том же самом, поэтому просто поджимает губы, стоит мне ему кивнуть. Он тянется за барную стойку к рупору, лежащему на одной из полок с внутренней стороны, после чего его громкий голос эхом проносится по пространству вокруг:
– Дамы и господа, наш бар закрывается через пару минут, поэтому сейчас для вас прозвучит финальная песня, под которую вы просто обязаны выложиться на полную. Вы готовы?
Толпа принимается визжать, и Арчи дает команду диджею включить что угодно, лишь бы эти люди после этой песни свалили отсюда.
– Ты лучший, – выдыхаю признательно я, закрывая кассу.
– Я не могу слушать ваши нежности без алкоголя, – снова вставляет свою бестолковую фразочку Зандерс. – Макс, не будь занудой, плесни еще чего-нибудь.
– Может, плеснуть ему холодной воды в лицо, чтобы чуть пришел в себя? – усмехается брат, и я тоже не сдерживаю смешок.
– А, к черту вас. – Зандерс вскакивает с барного стула и плетется куда-то. – Пойду отсюда куда-нибудь, где мне рады.
– Ну, выход в другой стороне, Зандерс, – смеюсь я. – А там, куда ты идешь, находится туалет. Не знаю, кто именно будет там тебе рад, но, когда вернешься, расскажи.
Арчи пытается сдержать усмешку, но не выходит. Зандерс показывает ему средний палец, а затем резко замирает, и меж его бровей появляется складка, а глаза темнеют. Я хмурюсь и устремляю взгляд туда же, куда смотрит друг, и с моих губ срывается стон, ведь там стоит новый парень Вики.
Твою мать. Мне только драки сейчас не хватало.
– Так, ладно, Зи, нам уже пора, – встает перед Зандерсом Арчи. – Уверен, Макс разберется с закрытием бара сам, а я пока подвезу тебя…
Вот только есть одна проблема: рост моего брата около ста восьмидесяти сантиметров, в то время как Зандерс – двухметровый амбал. И эта реплика Арчи теряется где-то в воздушном пространстве, ведь Зи легким движение одной руки отодвигает его от себя и направляется в сторону Диего.
И в тот момент, когда кулак моего друга летит в лицо нового парня его бывшей, я просто прикрываю веки и мечтаю о том, чтобы воспользоваться теориями Чарльза Форта и телепортироваться куда-нибудь на Карибы, ведь очевидно – это надолго.
К сожалению, я оказываюсь прав. Следующие полчаса происходящее в баре напоминает съемки одного из боевиков с Джейсоном Стэтхэмом. Повсюду летают стулья, размазывается
