слишком одурманена. Получила ли моя пара сообщение? Подумает ли она, что я бросил ее?
Я уже приближался к озеру, когда вдавил педаль газа до упора в пол. Песок под моими шинами превратился в гравий, а затем в камни покрупнее. Скоро начнутся валуны, по которым «Хаммеру» придется карабкаться, прежде чем спуститься в долину, где располагалась крепость.
Солнце садилось за скалистые холмы, но каждый удар сердца приближал меня к моей омеге.
Когда я вел свою машину через каньон, где мы прятали Тавию во время ее течки, моя голова закружилась от осознания. Аромат течки омеги заполнил мои ноздри и превратил мой член в сталь. Инстинктивно мои глаза осмотрели местность в поисках каких-либо признаков жизни, но здесь были только я и исчезающий свет в каньоне. Должно быть, это воспоминание о том, что произошло, когда я был здесь в последний раз. Я моргнул, мое зрение затуманилось. Я покачал головой, пытаясь прогнать этот запах из своей головы. Но он становился только сильнее, чем дальше я продвигался по каньону. И, к моему полному ужасу, он был пропитан ароматом, который я уже любил.
Лаванда и мед.
Шарлет.
— Какого хрена…
Я вдавил педаль в пол, не обращая внимание на камни, взлетающие вверх и ударяющиеся о днище автомобиля. Опустив окно, я вздохнул воздух, позволив своим волчьим инстинктам руководить мной. Запах течки Шарлет был сильнее, и это сказало мне все, что мне нужно было знать.
Во-первых, я был очень близко к крепости.
Во-вторых, у моей женщины была течка.
Я зарычал, выжимая из машины все, что мог. Я не позволю ей пройти через это в одиночестве. Или, что еще хуже, с каким-нибудь случайным мужчиной, которому на нее наплевать.
Некоторое время спустя — возможно, прошли минуты или часы, я с трудом различал разницу из-за своих инстинктов, бушующих под поверхностью, — я остановил машину в переулке, где была дыра в заборе. Выйдя, я понюхал воздух, чтобы получить представление о местонахождении моей пары, но запах почти исчез. Она нашла бункер.
Не теряя времени, я протиснулся через проем в заборе и перелез через завалы, отделявшие меня от помещений омег, где находились Джун и Аликс. Они могли помочь мне найти Шарлет.
Я быстро нашел Джун, не обращая внимания на то, как омеги настороженно посматривали на мое оружие.
— Моя пара, — прорычал я, чувствуя себя скорее животным, чем человеком.
И она сразу поняла серьезность ситуации, потому что не произнесла ни слова, пока мы не оказались внутри лифта, поднимающегося вверх.
— Они привезли ее сюда из центра переливания крови.
У меня кровь застыла в жилах.
— Неужели они…
— Нет. Никакого сока. У нее началась течка, и она отбилась от них прежде, чем они смогли попытаться.
Я с облегчением вздохнул. Отлично. Моя омега была жесткой и храброй. У этих ублюдков не было ни единого шанса.
— Она в старой комнате для допросов. Комната в основном герметично запечатана. Но я не могу гарантировать конфиденциальность. У людей повсюду камеры.
Когда двери лифта открылись, я почувствовал, что течка Шарлет становится сильнее, и сквозь стены ее комнаты я услышал ее нуждающиеся крики.
«Я здесь, пара».
Я помчался по коридору, остановившись у широкого окна, через которое можно было увидеть мою извивающуюся омегу. Она лежала на полу, где в беспорядке были разбросаны одеяла и подушки. У нее были закрыты глаза, и пока она спала, ее голова моталась из стороны в сторону.
— Она в лихорадочном бреду, — сказала Джун, сохраняя дистанцию. — Она находится в сильном напряжении, и может видеть вещи, которых нет на самом деле.
— Ты знаешь по опыту.
— Да.
Джун повернулась обратно к лифту.
— Делай то, что нужно сделать. Мы будем держать ухо востро.
Я кивнул в знак благодарности и наблюдал, как она начала спускаться, прежде чем снова посмотреть через окно на Шарлет. Она извивалась и стонала, но именно крик «нееееет», сопровождаемый моим именем, подтолкнул меня к действию. Этот звук… то, как звучал, когда она кричала «Касиан». Он был наполнен потерей. Бред это или нет, я никогда не хотел, чтобы она снова испытала такие чувства.
Я ворвался в дверь, падая на колени рядом с ней.
— Шарлет. Шарлет, очнись.
Я снял свое оружие, небрежно отбросив его в сторону, стянув футболку через голову.
— Касиан?
Она с трудом села, ее глаза дико блуждали по мне.
— О, слава богу… Касиан!
Шарлет бросилась ко мне, и я поймал ее, когда она залилась слезами.
— Я здесь, пара. Прямо здесь.
— Мне-мне приснилось…
Ее рыдания не остановились, даже когда она придвинулась и прижалась своим телом к моему.
— Я думала, что ты умер.
— Нет, маленькая мятежница, — прошептал я, прижимая ее к себе. — Ты не сможешь так легко от меня избавиться.
Глава 19
Шарлет
— Я думала ты умер.
Я едва могла видеть Касиана сквозь слезы. Моя течка, возможно, вызвала у меня галлюцинации, но, когда я вдохнула его глубокий землистый аромат, я поняла, что он реален. Он должен был быть таким. То, что он был здесь со мной, дало мне надежду, что мы переживем это ужасное испытание.
— Я думала, что больше никогда тебя не увижу.
Касиан обнял меня своими большими, сильными руками и нежно покачивал взад-вперед, проводя рукой по моим волосам. Всплеск моего желания взлетел до небес, и я сжала губы, чтобы подавить стон.
— Я всегда буду возвращаться к тебе. Всегда.
Его голос был мягким и хриплым, когда он крепче прижал меня к своему телу. У меня ослабли колени. Каждый дюйм его тела был твердым, как камень, и невозможно было не заметить его гигантскую эрекцию, которая прижималась к моему животу.
Альфа знал, что у меня течка. Не могло быть такого, чтобы он не чувствовал этого запаха, не чувствовал каждой клеточкой
