СССР – маршал Советского Союза Михаил Дмитриевич Бонч-Бруевич, частенько меня посещал во время «долгой и продолжительной» болезни - к счастью закончившейся «скоропостижным» выздоровлением. Незадолго до этого события, рассказав ему за чаем выкладки из «Военного дневника» Франца Гальдера, спрашиваю:
- Что делать будем, товарищ маршал? Как супостата то бить? Может, так сказать – «превентивным ударом»? Я даже название операции придумал красивое: «Гроза».
Надеюсь, Резун не обидится за сей наглый плагиат. А если и обидится – то и хрен с ним, с терпилой.
Тот, сняв очки в старомодной по моим понятиям оправе, взглянул на меня умными глазами и, с едва уловимым оттенком превосходства профессионала над дилетантом в голосе, отверг такую стратегию:
- Превентивный удар надо было наносить в конце мая прошлого года, когда германская армия была занята во Франции. Вот тогда – да: эффект бы был потрясающим. А в данной ситуации я не вижу никакого смысла: по хорошо известным Вам причинам-обстоятельствам - в случае вторжения, РККА ждёт судьба армии Самсонова в четырнадцатом году.
Кивком дав понять, что разделяю его точку зрения, интересуюсь:
- Чисто из любопытства, Михаил Дмитриевич: были ли у нашего Генштаба планы ударить в спину Гитлеру, в случае если Вермахт завязнет на «Линии Мажино», как Красная Армия на «Линии Маннергейма»?
- Нет, Иосиф Виссарионович. Таких планов я пока в архивах не нашёл.
Не мог не подумать про советских генштабистов и про политическое руководство заодно:
«Лабухи конченные! Эх… Мне бы попасть на годик-полтора раньше, я бы так Адольфу вдул – шары бы у него из орбит выскочили и, через Атлантику - к товарищу Рузвельту перелетели».
Вслух же:
- Понятно… Значит, нам остаётся лишь глухая оборона с короткими, неглубокими контрударами при благоприятных обстоятельствах.
Мой Заместитель с готовностью подтвердил:
- Конечно! Наступательную войну можно вести лишь при следующих условиях…
- Пункт «а»: обладая большей чем противник, или хотя бы такой же маневренностью. Маневренность позволяет выбирать время и место удара.
- Пункт «б»: обладая господством или же хотя бы равенством в воздухе. Это условие, позволяет скрытно производить сосредоточение сил перед переходом в наступление и наносить удар внезапно. Имеется ещё множество условий, но эти два – главные.
«Разжёвывать» мне не пришлось, я и так всё прекрасно понимаю.
Первое относительно успешное наступление Красной Армии под Москвой, было возможно по причине катастрофического снижения маневренности Вермахта по причине осенне-зимнего бездорожья и нелётной погоды. Коренной перелом под Сталинградом, по большей части, стал возможен тоже из-за этих же двух условий. Ну а летние наступления РККА второй половины войны, стали возможны благодаря поставкам автомобильного транспорта по Ленд-Лизу - из-за чего маневренность советских войск превысила таковую же у германских и, советские генералы получили возможность выбрать место и время для удара. Везде быть сильным - невозможно в принципе и, брешь в обороне всегда отыщется. И, тогда с десяток лёгких «Т-70» на коммуникации – будут сильнее, чем сотня тяжёлых «Тигров» на переднем крае.
Ну и из-за снижения активности «Люфтваффе» на Восточном фронте, в свою очередь - из-за массовых бомбардировок германских городов авиацией союзников.
Не забываем: против Третьего Рейха воевала Антигитлеровская коалиция, а не один единственный Советский Союз.
***
Отодвинув в сторону самовар, вазочку с печеньем и кружки-чашки, расстилаю на столе карту западных районов СССР:
- И что мы с вами оборонять будет, товарищ маршал СССР? Укрепрайоны «Линии Сталина»?
Как известно, строительство расположенной непосредственно на границе «Линии Молотова», в «текущей реальности» прекращено моим волевым решением.
Тот, открыто пренебрежительно усмехнувшись:
- Прошлогодняя компания во Франции показала, что «топтаться» перед «линиями» – даже носящие столь высокие имена, германская армия не будет.
Догадываясь про что он, но тем не менее «включаю тупого»:
- А перед чем она – германская армия, будет «топтаться»?
Тот в свою очередь достаёт из имеющегося при нём «совнаркомовского» портфеля старинную, ещё российско-имперских времён карту Брест-Литовска:
- А вот будьте любезны посмотрите сюда, товарищ Верховный Главнокомандующий… Что Вы здесь видите?
Не выходя из образа, тычу пальцем в карту:
- Я вижу здесь Брестскую крепость-герой, которую наши оставленные без всякого руководства воины - обороняли едва ли не месяц в окружении. Германцы тогда впервые получили звонкий щелчок по носу и поняли…
Побольше пафоса, побольше:
- …Что здесь вам, не там!
Бонч-Бруевич с ехидцей:
- Не прикидывайтесь идиотом, Иосиф Виссарионович! Вам это не идёт.
Махнув рукой:
- Я не Сталин, мне можно! Да к тому же прикидываясь - как Вы выразились «идиотом», легче спровоцировать на откровенность. Что у меня вроде бы неплохо получается в данный момент.
Посмеялись, затем мой Заместитель спросил прищурившись:
- А германцам, чтоб взять ту «Брестскую крепость-герой», приходилось прибегать к применению тяжёлых систем вооружения? Или они по нашему обыкновению – взяли её «на штык», как суворовские чудо-богатыри - Измаил?
«Образ» куда-то моментально исчез и, я неподдельно возмущаюсь:
- Какой-такой, к такой-то матушке Геббельса, «штык»?! В Вермахте уже давно даже штыковому бою не учат. По крепости херачила тяжёлая артиллерия – включая старые чешские 305-мм мортиры «М-11» и новейшие германские 600-мм мортиры «Карл». На неё скидывали 1800 килограммовые авиабомбы и обстреливали из шестиствольных реактивных установок… И это не считая полевой артиллерии и миномётов и, взрывчатки закладываемой в уже развалины, сапёрами.
Мощь германской артиллерии, произвела на старого маршала неизгладимое впечатление. Достав платок, он вытер вспотевшую от духоты в помещении и горячего чая лысину и, переспросил:
- Шестьсот миллиметров? Это сколько в дюймах…? Не может быть!
Двуперстно крещусь:
- Крест на пузе! Часть мортир «Карл» даже, имела стволы все шестьсот сорок миллиметров. Но я не уверен, что они использовались против Брестской крести в сорок первом году… А вот против Севастополя в сорок втором – это точно.
В который раз уже протирая очки, мой собеседник задумчиво:
- Калибр шестьсот миллиметров – это очень серьёзно!
- Куда уж серьёзней…
Затем, показывая на район самого города Бреста, товарных станций на севере и мостов через реки на юге:
- Как Вы думаете, товарищ Верховный Главнокомандующий: если наши воины будут оборонятся здесь – будут ли германцы применять против них все эти – старые и новые мортиры, почти двухтонные авиабомбы и реактивные установки?
Не задумываясь:
- А что им ещё остаётся делать? Не брать же всё это, как Вы выражаетесь «на штык». Снесут всё это до уровня фундаментов и двинутся дальше на восток.
- И сколько им времени потребуется, чтоб «всё
