закончена, а я была полностью вымотана, поэтому отправилась тут же принять расслабляющую ванну. Оказалось, что тут делают всё, чтобы гости чувствовали себя в блаженстве. Я лежала в тёплой, ароматной ванне и переварила ту информацию, которую услышала от Пэврена. «Интересно, а чтобы я чувствовала, если бы была рождена из цветка?», — и вдруг в моей голове появилась ещё одна мысль, от которой я чуть не захлебнулась в воде. «А что, если я родилась из цветка, и именно поэтому я не помню своих родителей!?», — я засияла и подумала, что срочно нужно рассказать об этом Старейшине и Пэврену. Я быстро оделась, слегка подсушила волосы полотенцем и направилась в обеденный зал.
— Ты как раз успела к ужину, — приветливо встретил меня Даромир.
— А я думал, ты сегодня кружкой чая обойдёшься, — усмехнулся Пэврен.
— Мне нужно вам срочно кое-что сказать! — я села за стол с лицом, выражающим необычайное озарение. Старейшина, Пэврен и Аза-лоро смотрели на меня с любопытством и нетерпением. — Мне кажется, что я родилась из цветка!
— Что!? — Пэврен, который пил сок из стакана, выплеснул его фонтаном. — С чего ты это вообще взяла?
— Ну, у меня нет родителей…
— Нет, Кана, — помотал головой Даромир. — Я чувствую, когда передо мной находится человек, рождённый из цветка.
— Может, я исключение? — не верилось мне. Я считала свою теорию самой логичной.
— Это невозможно! — оборвал меня он.
— Я поражаюсь! — заворожённо произнёс Пэврен. Мы удивлённо глянули на него. — Ты делаешь такие глобальные выводы просто из ничего! Типичная женщина… — я хотела что-то возразить ему, но у меня уже не было сил. Поэтому я спокойно встала, отошла к повару и взяла себе на ужин филе лосося с овощами и стакан сока, а затем вернулась обратно к своей компании и стала спокойно есть.
— Надо же… — просвистел Пэврен. Я вопросительно посмотрела на него, — ты даже ничего не ответила мне на мои колкости.
— Значит, ты специально меня выводишь на конфликт?
— Да-а, — улыбался он, — мне нравится, как ты злишься на меня. Настоящая хищница! — Даромир и Аза-лоро засмеялись. А я просто решила в этот раз улыбнуться и промолчать, глубоко вздохнув при этом. Возможно, сегодня я просто немного устала.
Глава 12 «Лови мгновение»
Я проснулась слишком рано, и спать больше не хотелось. Немножко поворочавшись в кровати, я встала и вышла на балкончик, осматривая окрестности Вервейна. На улице был туман, утренние пташки ещё не пели, а солнце только-только начинало всходить. Затем я увидела, как во дворец заходит Пэврен. «Что-то он рано сегодня…». Я немного испугалась, что он может опять тихо прокрасться ко мне и облить холодной водой или выкинуть ещё какой-нибудь фокус. Я моментально спохватилась, накинула свой нефритовый плащ и тихо спустилась вниз, останавливаясь на каждом углу. Я хотела неожиданно появиться перед своим наставником, перехватив его. Но он мне всё не встречался. Тогда я поплелась обратно к себе. Проходя мимо кабинета Старейшины, я услышала громкие голоса, доносящиеся оттуда. Я подошла ближе и прислушалась.
— Но Старейшина, что если это правда? — с озабоченностью в голосе громко говорил Пэврен.
— Мы не можем заявиться к ним и сказать: «Мы нашли вашу дочь!» — с опасением говорил Даромир.
— А что, если можем? Я могу! — уже кричал наставник.
— Нет, Пэврен! Мы не должны мешать ей! Бедная девочка… на неё и так много свалилось в жизни. Пусть она разберётся сама с собой для начала, — умоляюще говорил Старейшина.
— И что вы предлагаете, Старейшина? — с подавленностью отозвался Пэв.
— Ждать. Мы можем только подтолкнуть её, но не более, — вздохнул Даромир.
— Не знал бы я вас так хорошо, — я услышала, как он встал со стула, — подумал бы, что вы сумасшедший, — затем от направился к выходу. — Ждать и надеяться — отличный способ сойти с ума, — я отстранилась от двери и сделала вид, что я прохожу мимо. И тут дверь резко открылась, и меня чуть не снёс с ног Пэврен. Мы стояли друг напротив друг и переглядывались. Он тяжело дышал, а его щёки были слегка розоватыми от напряжения.
— Привет, — тихим и дрожащим голосом начала я.
— Привет. Что ты здесь делаешь? — немного раздражённо говорил он.
— Мне не спится, я просто проходила мимо, — как можно правдоподобнее говорила я.
— Давно ты здесь стоишь?
— Я только что подошла сюда, проходила просто мимо. В чём дело? — я сделала удивлённый вид.
— Ни в чём, — отмахнулся он. — Раз тебе не спится, то через час жду на арене, — он быстро ушёл, а я даже не успела ничего сказать. Я пыталась осознать, о чём Старейшина и мой наставник разговаривали, но мне даже не было понятно, о ком шла речь. Они могли говорить о любой девушке.
Через час я была на тренировочной арене. На этот раз Пэврен не тренировался, а сидел на большом камне в задумчивой позе, смотрел вдаль и думал, скорее всего, об утреннем разговоре с Даромиром. Он выглядел чересчур серьёзным, что не было похоже на него. Как бы мне хотелось залезть в его голову, прочитать мысли и выгнать причудливых тараканов из его мозгов. Как только я закончила разминку, он, наконец, отвлёкся от своих мыслей.
— Чем сегодня займёмся? — улыбнулась я.
— Сегодня я обучу тебя некоторым магическим приёмам, — совершенно спокойно отозвался Пэврен, даже не меняя выражения лица, оставаясь таким же угрюмым.
Мы продолжили нашу тренировку. Я выучила пару новых заклинаний. «Глубокий укол» заставляет противника впасть в ступор и не двигаться в течение некоторого времени. «Разлом» создаёт в земле небольшие неровности и впадины, которые сбивают противника с ног или откидывает в сторону. «Печать бешеного волка» накладывает на союзников некую защиту от сильных заклинаний. Когда я применила этот навык, то надо мной нависла алая тень оскалившегося волка и тут же исчезла, а выемки на кинжалах с душой водного дракона стали подсвечиваться таким же оттенком, как и сама печать. «Аркан убийцы» замедляет противника, увеличивает скорость атаки. «Прыжок сквозь тень» моментально перемещает меня за спину противника. «Укус дракона» наносит сильнейший удар, используя при этом языки пламени.
Мы хорошенько отработали все удары и приёмы, устроили магические поединки, а в конце тренировки просто расслаблялись, сидя на трибунах и глядя на пейзаж, окружавший стадион. Мы не разговаривали, мы просто молчали. Иногда мы молчим, потому что хотим сказать намного больше, чем кто-то сможет понять наши слова.
Я посмотрела на Пэврена, а он смотрел вдаль уходящему закату, и его лицо было слишком напряжённым. Я придвинулась к нему и взяла его руку
