существа, как Леармиэль, слыша чужое имя, видят больше, чем просто слово – они воспринимают историю того, кто носит это имя. И вот, слово «Сетамилис» открыло для эльфа историю становления сатлятага бессмертным. Эта история прошла через него потоком тьмы и смерти. Это можно сравнить с кошмарным сном. Когда человек пробуждается от кошмара, то видение какое-то время ещё стоит перед его глазами, медленно растворяясь в окружающей действительности. Проходит время – и пробудившийся окончательно избавился от этого неприятного чувства. Леармиэль сейчас испытывал то же самое. История Сетамилиса прошла сквозь него и оставила в его воспоминаниях свой след, так что высокий чародей сейчас ждал, когда этот след остынет. А мы следили за этим. Когда же действительность вернулась к нему, разорад подхватил этот момент, чтобы задать вопрос:
- И после этого ты до сих пор будешь отрицать свою нечеловечность, Леармил? Или, может, мне произнести твоё имя правильно?
- Достаточно. Что ж, я понял: несмотря на мои изменения, ты всё-таки видишь, кто я на самом деле. Я недооценивал нежить. Мне казалось, что вы – какие-то безмозглые марионетки в руках искусного кукловода.
- Вот видишь, ты позволяешь человеческой сущности формировать тебя. Ведь, пока ты не связался с людьми, ты даже не подозревал о тех, кто существует после смерти, хотя и говоришь, что тебе кажется, как будто бы, в самом деле, ты видел нас.
Эльф призадумался над этим, и мысль Сетамилиса показалась ему достаточно здравой. А он и не замечал этих изменений.
- Мне пришлось, понимаешь? Пришлось. Это всё из-за проклятых Лардадорои́на и Ларзаэда́са! О Далармиэль, за что мне ниспослала такое суровое испытание?!
После этого эльф рассказал нам историю того, как он оказался тут, а вместе с этим он поведал немного о своём народе.
«Наш мир – это прекрасная гармония природы и жизни. Вечноцветущие леса Молдала́ли были домом не только для нас, далров, но и для множества животных. И в то же самое время наш мир – это хаос тьмы и смерти. Холодные пустоши Теосси́ра были домом только лишь для них, для наших тёмных братьев и сестёр – э́сров. Ночи Мордалали спокойные и мирные, когда как в Теоссире даже день сумрачен и опасен. И всё-таки, несмотря на это, мы жили в мире с нашими братьями и сёстрами. Да, мы были полностью противоположны друг другу. Но мы были детьми одних родителей. Далармиэль – высокая, статная эльфийка со светлой кожей. Её рыжие волосы были символом тепла, жизни и любви. А её одежда – это лепестки орту-аравов, которые подарили ей, чтобы укрыть её прекрасное тело от взоров всех, кроме лишь её мужа – Эсертиола. Тот был таким же высоким и статным, но на этом их с женой сходства заканчивались, потому что кожа его бледна, а волосы черны. Он носил чёрную одежду и был олицетворением холода, жестокости и смерти. И всё же, несмотря на все эти отличия, они с Далармиэлью любили друг друга. И от этого союза родились мы, светлые и тёмные эльфы, которые взяли себе названия в честь одного из родителей. Все светлые назвались далрами в честь Далармиэли. Все тёмные – эсрами в честь Эсертиола. Раз уж родители смогли жить в мире, то сможем и мы. Но это оказалось не так-то и просто. В отличие от нас, от светлых, тёмные эльфы не чтили жизнь – они могли с лёгкостью оборвать чужую. Они не чтили любовь – они лишь занимались блудом, а детей, рождённых от такого союза, родители бросали на произвол судьбы, так что сироты росли в полном одиночестве, учась выживать в этом беспощадном мире. Уж не знаю, насколько это правда, ведь сам я никогда не был этому свидетелем, но я склонен верить, что это было в действительности так. Это сложно представить. Наверняка, были и такие, кто не переживали этого испытания и погибали, так что про таких говорить что-нибудь на подобии: «Не выжил, значит, был слаб, а нам слабые не нужны». И всё бы ничего, пусть живут в своём Теоссире и занимаются такими тёмными делишками. Но нет, им не хватало собственного мирка. Их непрестанно влекло к нам. Мы, конечно же, не позволяли им совращать наших девушек и парней, мы пресекали их попытки что-нибудь воровать и проникать туда, где им не следовало находиться. Но они не могли удержать этого гнетущего порыва.
Когда я был молод, то не мог удержаться от того, чтобы путешествовать по нашим просторам. Помимо меня, у моих родителей были ещё и две дочери, мои прекрасные сёстры: милашка белокурая Балазиэль и обворожительная черноволосая Терзаидэль. Я так ими гордился, они такие искусные садоводы, что у меня не находилось слов, чтобы хвалить их. И, каждый раз возвращаясь из какого-нибудь дальнего странствия по Мордалали, я лицезрел очередной их шедевр, как они украшали наш родной дом своим многообразием цветов и растений. Это было просто завораживающим зрелищем. До сих пор не могу в толк взять, почему же нашим девушка не даётся эсталиа́л (так далры называют магию природы). Ведь мы, мужчины, с помощью него можем и растения выращивать, и специальные деревья, внутри которых мы живём. Мужчины, пользуясь даром нашей богини, возвели все деревни и города нашего славного мира. А вот девушкам приходилось работать своими руками, сажать семечко, поливать его, ухаживать за ним, чтобы оно прорастало и становилось полноценным растением. Но это и делало все их творения ещё более ценными. Ведь они выращивали все эти произведения искусства своими силами, без эсталиала. И я так гордился моими сёстрами. А ещё я видел, как с каждым моим возвращением подрастали их малышки-орту-аравы. Да, девчонкам, в отличие от пацанов, в детстве позволено брать себе питомцев, а нам не было позволено, потому что мы с самого своего рождения должны быть сосредоточены лишь на одном – чтобы углублять своё понимание природной магии.
- Каждый далр-мужчина, - говорил мне отец, - Обязан углубиться в понимание сущности Далармиэли настолько, чтобы уподобиться в этом ей.
Поэтому я всё своё детство углубленно изучал эсталиал. Но моё обучение этому ремеслу не заканчивается и по сей день. Уже столько времени прошло, а я продолжаю узнать что-то ещё новое о своей силе.
Фаламасфа́ль – это удивительнейшее место нашего мира. Прекрасная цветущая поляна, окружённая редколесьем. Здесь находились врата в другие миры. Каждый далр мог использовать эсталиал, чтобы отварить врата и пуститься в увлекательное путешествие по другим мирам. Мы ими никогда не пользовались,
