страницу, любуясь талантливой малышкой и оставляя уже такой привычный комментарий, выражающий поддержку и, пожалуй, восхищение.
Пересматриваю несколько раз, а потом замечаю, что прошлое видео она удалила. Не знаю причин, нужно будет спросить. Надеюсь, что ей никто ничего плохого не сказал по этому поводу.
Ем свой салат, листаю мессенджер, как вдруг телефон заходится трелью, и от имени Арины, всплывшем на экране, на губах расцветает улыбка.
Но тут же пропадает, когда испуганная малышка шепчет в трубку:
— Макс, прошу…
А потом сбрасывает вызов. Какого хрена?
15. Влад
Арина
Сижу на лавке, нервно сжимая телефон в руке, чтобы подгадать момент и позвонить Максу. Думать о чем-то другом просто не получается, а звать на помощь именно его у меня заложено на уровне инстинктов ещё с детства, он сам приучил, и даже два года разлуки не дали мне об этом забыть.
Влад плохой человек, я знала об этом с самого начала и никогда не питала иллюзий на его счёт. Просто у нас все было по обоюдному согласию, обоим было удобно в этих «отношениях», поэтому проблем особо никогда не возникало.
Сейчас я понимаю, что Влад считал меня своей куклой, которая всегда под боком. Куклой, девочкой по вызову, удобным вариантом для расслабления. Становится тошно, когда осознаю, что сама все ему позволяла, но больше терпеть такое отношение не намерена, и он обязательно уйдет из моей жизни.
Он зол, и это пугает. Влад сильный парень, он безбашенный и только за эти полгода учебы дрался уже раз пятнадцать. Папа называет таких людей всем известным матным словом, а я просто знаю, что, когда он зол, у него едет крыша. И сейчас мы один на один…
— Старый знакомый, значит? — он мерзко улыбается и кладет руку мне на бедро, больно сжимая кожу, а когда я пытаюсь ее спихнуть, сдавливает ещё больнее. Вот же попала. — Такой хороший знакомый, что ты сразу решила свалить к нему, да?
Он выглядит пьяным, хотя запаха нет. Не понимаю, в чем дело, но мне уже страшно.
— Влад, что тебе нужно? — я пытаюсь говорить спокойно, чтобы не провоцировать. — Нам не о чем разговаривать больше, прости, — вскакиваю с лавки, понимая, что времени у меня не много. Набираю Максу, пока стараюсь убежать, успеваю сказать только два слова, как Влад догоняет меня и тянет за руку так сильно, что я падаю на землю, разбивая колено. Самое страшное, что я даже не знаю, услышал ли меня Макс…
— Ты — маленькая шлюха, — шипит он мне в лицо, наклоняясь, и мне отчаянно хочется вцепиться в него ногтями, но страх побеждает и говорит, что лучше вести себя тихо. — Ну как тебе он? Трахается лучше меня, или прибежишь обратно?
— Прекрати, пожалуйста, — шепчу сквозь слёзы, потирая запястье с наливающимся синяком, — мы же были в свободных отношениях, ничего не обещали друг другу, даже не встречались. Я не изменяла тебе, Макс действительно просто друг, у нас не было ничего, но и с тобой я больше быть не хочу, — я плачу, как самая настоящая девчонка, сидя на траве в парке. Знаю, что сама заварила всю кашу. От этого ещё хуже.
— Меня бесит, что ты решила все сама. Я ненавижу, когда моё от меня уходит. Ненавижу, когда остаюсь в проигрыше, — он рычит, а я ёжусь. — Тебя, блядь, все устраивало всегда! — он снова тянет меня за руку и поднимает на ноги, хватая пальцами за челюсть. Больно. — Все, сука, устраивало! Что тогда?
— Поняла, что не хочу больше быть шлюхой.
Ну а что? Мы же по правде пошли… Так пусть будет так. Мне сложно признавать, но я это делаю.
— Не хочу быть той, с кем можно только трахаться, понимаешь?
— Ты на большее не способна, — шипит он мне в лицо, ещё больнее сжимая пальцы, и я не успеваю опомниться, как позади появляется Макс, оттаскивает от меня Влада и произносит:
— Она способна на гораздо большее.
Я не пытаюсь переварить смысл его слов, просто плачу и дрожу от страха, наблюдая за происходящим. Я не из тех девочек, что любят драки мужчин за свою честь, и видеть разбитый нос Влада и рассеченную бровь Макса мне не нравится. Они дерутся по-настоящему, попадая то в живот, то по лицу, и в какой-то момент Макс валит Влада на землю. Я не слышу, как кричу и прошу их успокоиться.
Бросаюсь к ним, рискуя получить по носу, моля, чтобы они остановились, но Макс все же меня слышит и отходит от Влада, поворачиваясь ко мне.
— Прости, малышка. Все в порядке, я больше не трогаю его, как и просила, — из его брови стекает струйка крови, губа кровит, кулаки сбиты, но он все равно улыбается и раскрывает руки для объятий. — Иди ко мне. Всё в порядке, я рядом.
Крепко обнимаю и утыкаюсь носом в свитер на груди. К горлу подкатывает истерика, и я плачу, не в силах удержаться.
Мы стоим спиной к Владу, и я вдруг отстраняюсь в испуге, что он может что-то сделать, пока мы не видим, но замечаю, что он сидит на траве, сплевывая кровь и потирая пальцами ушибленный нос.
— Мы все равно живём рядом, — говорит он угрожающе, и я испуганно сжимаюсь. Неужели не отстанет?
Макс не даёт ему договорить и мне дослушать, просто уводит меня к машине, усаживая вперёд, садится сам, и мы уезжаем. Не так я себе представляла сегодняшний хороший день. Не так…
— Как ты нашёл меня? — только сейчас до меня доходит, что Максу я всё-таки смогла дозвониться и уже через пару минут он был на месте. Супергерой какой-то.
— Когда ты позвонила, я был в кафе недалеко отсюда, — он стирает тыльной стороной ладони кровь, попадающую в глаз, и морщится от боли. — По времени понял, что ты должна была идти с танцев, ты вчера говорила, да и танец скинула как раз. Просто поехал в этом направлении, выглядывая тебя со всех сторон.
— Спасибо, — шепчу, прикрывая глаза. Макс подъезжает к своему дому, и мы
