Читаем без скачивания Дайте мне меч, и я переверну мир! Том 4 - Стас Кузнецов

class="p1">Я всё-таки нашел в себе силы и буквально в последнее мгновение вышел из девушки, залив ей живот.

Мы еще какое-то время лежали переплетенные друг с другом, моя рука автоматически перебирала ее белокурые волосы. Они были хороши, но им не хватало благородного золотого блеска волос Стеллы.

Я вздохнул и откатился от Полумны. А в висках продолжало биться имя Стеллы. Пожалуй, сейчас я мог бы сформулировать для Полумны, почему нет. Потому что не Полумна волнует меня…

— Стелла, это твоя невеста? — словно читая мои мысли, спросила Полумна.

Я молчал, говорить про Стеллу я не хотел. Поднялся и стал быстро одеваться.

— Теперь ты можешь жить нормальной жизнью, теперь ты чиста от скверны мротов. Ты чиста и свободна, — сказал я.

Полумна поднялась и тоже стала одеваться, но в отличие от меня не спешила, движения ее были плавными, лёгкими. Я невольно залюбовался ей.

— Нет, спаситель, нет мне пути в прежнюю жизнь, — тихо проговорила Полумна. — Благодарствую за оказанную честь, я теперь чиста от скверны, но от мести я не откажусь никогда.

Я увидел, что к поясу девушка пристегнула добротную саблю, видимо, взятую у кого-то из мертвых мротов.

— Значит, считай, что загубила ты свою жизнь, Полумна. Ты создана для любви, а не для мести, — покачал я головой.

Девушка поджала губы, но промолчала. Было очевидно, что убедить девушку словами не удастся, а девушка с оружием, выбравшая месть, хороша только в голливудских фильмах, на деле — это вскорости, мертвая девушка. Просто, потому что в бою с мужчиной, девушка редко когда выстоит из-за ее природного устройства.

Я подошел к Полумне и поцеловал в лоб. Протянул, ей перо из своего соколиного хвоста. Не знаю зачем, просто подумал, что так нужно.

— Возьми на память обо мне. Береги себя, девочка, — тихо посоветовал я. — Надеюсь, что ты оставишь свои планы мстить и вернешься к любви.

— Перышко сокола? — её бровь вновь сломалась в удивлении.

— Перо из моего хвоста, — усмехнулся я.

— С тобой, сокол, это могло быть возможным — отпустить прошлое и стать тебе любовницей, — тихо призналась Полумна. — Но твое сердце принадлежит некой Стелле. Счастливица она. Да и не по статусу я тебе, спаситель. Не сводят племенных жеребцов с деревенскими кобылами.

Я смущенно опустил глаза. Отрицать её слова было глупо. Девушка грустно улыбнулась и развернувшись пошла прочь из шатра.

Я еще немного постоял, собираясь с мыслями, и вышел вслед за ней.

Солнце уже ушло с неба. На землю ложились невнятные сумерки. В разных местах горели костры. Завтра утром лагерь двинется в путь. Нам же пора было отправляться в полет незамедлительно, итак целую ночь потеряли.

При одной мысли, что нам опять предстоит сесть на распроклятый ковер, становилось не по себе. Но ничего другого не оставалось.

Я нашел Фила, Венди и Томаша. Под восхищённые взгляды детей, я развернул ковер. Один мальчик, тот самый, которому я заново вырастил язык, даже решился спросить, можно ли прокатиться. Я со вздохом объяснил ему, что эта штука неуправляема и унесет его чёрт знает куда.

Мы сгрузили на ковер свой убогий скраб. В свете костра, я заметил, как Полумна отвязала добротного жеребца, села в седло и скоро тьма поглотила девушку.

Мы тепло попрощались с людьми. И взлетели к звёздам, точнее к своим мукам.

Минутки растянулись в вечность. Нас вновь всех выворачивало наизнанку, в этот раз скрутило даже неподверженную укачиванию Венди.

С превеликой радостью мы увидели, как солнце поднимается из-за хищного оскала горной гряды. Но радовались мы недолго, так как выяснилось, что спускаемся мы прямо на эти горы. Благо ещё, что ковер посадил нас не на зубец, а на горное плато.

Минут пятнадцать мы лежали пластом, пытаясь прийти в себя. Однако лежать на голых камнях, открытым всем ветрам, было холодно и неуютно.

— Надо поискать какую-нибудь пещеру, и там отдохнуть, как следует, — поднимаясь, пробормотал я.

Остальные нехотя последовали моему примеру. В целом, разгуляться здесь было особо негде, но я нашел какую-то тропку густо укрытую кустарниками и стал по ней спускаться. Однако обувь моя, явно не заточенная на лазанье по горам, меня подвела, нога соскользнула, и я сорвался вниз.

Если бы не моя соколиная реакция, то я наверняка свернул бы себе шею. Вместо этого, пролетев метра три-четыре, я смог скоординировать своё тело так, что как кошка мягко приземлился на все четыре лапы. Лапам, конечно, стало больно, но лапы выдержали.

Снизу я поорал своим, обозначив себя, чтоб не потеряли.

— Эрик, ау, ты там живой? — вскоре взволнованно позвал Фил.

— Живой, — откликнулся я, осматриваясь, куда это я угодил.

А угодил я, очень кстати, прямо к входу в пещеру.

— Может, соколом обернёшься и поднимешься обратно, — предложил Томаш. — Или ты переломался?

— Не, не переломался, — ответил я. — Давайте лучше вы ко мне. Здесь есть пещера. Верёвка в мешке.

Первым по веревке спустился Фил. Потом, осторожно ему в руки, спустилась Венди. Томаш спускался замыкающим.

Когда все были в сборе, мы зашли в пещеру и зажгли магический свет. Пещера оказалась огромной и в глубине её виднелись ещё два входа в другие пещеры. Высокий потолок украшали сталактиты.

На стенах даже обнаружилась реальная наскальная живопись. Сюжет был прост, люди сначала кланялись дракону и давали ему золото, этих дракон отпускал, а те, кто золото не давал, тех дракон сжирал.

Мы развели костёр. Немного отогрелись, поели.

После еды стало клонить в сон, но мы решили перед сном немного размяться и потренироваться. Сначала сделали разминку, потом устроили спарринг. Попервости махались лениво без энтузиазма. Потом увлеклись. Фил с Томашем обнаглели и наседали на меня с двух сторон, я как мог, отмахивался, вопя, что двое на одного — это нечестно.

Мы увлеклись и непростительно проморгали тот факт, что в нашем убежище мы не одни. и что за нами давно и пристально наблюдают.

Почувствовав неладное, сдавленно пискнула Венди, но этому никто не придал значения, так как подумали, что девочка опасается за Фила. А вот чудовищный рык, заставил нас замереть и повернуться на звук.

Первое, что я увидел, были два огромных золотых глаза. Потом, здоровенная голова, покрытая золотой чешуей. За головой тянулось тело с перепончатыми крыльями.

— Дракон, — выдохнул я.

— Попалис-с-сь! Дайте угадаю, вы приш-шли за моим золотом? — шипуче прорычал дракон,