Читаем без скачивания Просто мусор (ЛП) - Фантом Стило

— Только ты. Только из-за тебя. Только ты. Арчер, я так близко. Очень близко.

— Очень близко, — прошептал он.

Он сжал пальцы на ее бугорке, и Джо разлетелась на части. Закричав, она ударила рукой по стене. Следующая огромная волна удовольствия заставила ее рухнуть лицом в подушки, сведя все источаемые ею звуки к стонам и хрипам. Джо всхлипнула и дернула одеяло на себя, не в силах справиться со всеми ощущениями, пробегавшими по телу. Каждое нервное окончание горело огнем от кульминации размером с цунами, и она не могла отдышаться. Член Арчера вывернул ее наизнанку. Сам он совершенно не сбавлял обороты, продолжая трахать ее во время оргазма.

— Бл*дь, это было потрясающе, — прорычал он у нее за спиной.

— Очень... хорошо, — удалось выдохнуть ей, а затем она застонала, когда Арчер снова отвесил шлепок ее заднице.

— Идеальная задница, — прошептал он, поглаживая рукой ягодицу, прежде чем снова шлепнуть.

— Идеальная, — согласилась Джо, все еще не совсем уверенная, на какой планете находится, не говоря уже о том, что несет.

— Бл*дь, Джо, ты… это… так слишком… я не могу... бл*дь, я сейчас кончу.

Задницу жгло, бедра пульсировали, и она была почти уверена, что ее киска не поддается восстановлению. Больше она не принесет никакой пользы ни одному мужчине, никогда. Поэтому, когда он в последний раз врезался в нее, а затем крепко сжал бедра, дергаясь и издавая стоны, ей на ум пришло лишь одно слово:

— Спасибо.

5:22

День второй

Арчер аккуратно соскользнул с кровати, затем оглянулся через плечо. Джо лежала на боку, глубоко дыша, очевидно, она спала. Он ее не разбудил.

Отлично.

Ее спина была обращена к нему, простыня плотно обернулась вокруг талии и ног. Он знал, что если обойдет кровать, то взору предстанет великолепное зрелище — ее грудь. Потом он вспомнил, как проснулся рядом с ней на рейве, тогда она спала на животе, и ее зад прикрывала только его футболка. У нее явно не возникало проблем с тем, чтобы спать обнаженной.

Да благословит ее Господь.

Покачав головой, Арчер с усилием отвел от нее взгляд. Переспать с Джо было плохой идеей. Пи*дец какой глупой. Не померещилось ли ему, или она собиралась признаться ему в любви!? Определенно так и было. Он остановил ее, потому что… не смог бы вынести этих слов. Не сейчас или, по крайней мере, пока нет. Не раньше, чем сможет ответить ей с чистой совестью.

А для этого ему нужно приступить к делу.

Забрав заряжающийся ноутбук, Арчер направился с ним в ванную и осторожно закрыл за собой дверь. Быстро одевшись, сел на унитаз и открыл лежащий у него на коленях компьютер. Загружаясь, машина издала громкий звук, когда на экране вспыхнул логотип Windows. Арчер поморщился и посмотрел на дверь ванной, молясь, чтобы Джо не проснулась. Когда из спальни ничего не донеслось, он принялся копаться в программах и файлах.

«Почему ты следил за Джо, Краков? И почему гадил своему боссу, продавая дерьмовый кокс?»

У Бернарда Кракова обнаружилось несколько записей, из которых становилось ясно, что он не единственный, кто замешан в содококсовой афере. У него был напарник. С кем он довольно регулярно переписывался по электронной почте, обсуждая сделки и поставки. Все строго по делу — унции, платежи, дозы. Партнер нигде не светил свое имя, подписывая сообщения буквой «Р».

Когда электронные письма ни к чему не привели, Арчер продолжил копаться в личных файлах Кракова. Поначалу компьютер казался почти пустым. Затем Арчер наткнулся на золотую жилу — целую тонну дерьмовых фоток. Он нашел их среди мусорных файлов, в папке с именем «налоги», потому что, конечно, кто будет рыться в чужих налогах? Скукота.

К счастью, Арчер был не из таких людей, поэтому открыл папку и нашел несметное количество фотографий. Сначала он решил, что это порно-тайник Кракова. Немного странно, взрослый мужик, жил один и прятал порно на собственном ноутбуке.

Но примерно после пятого снимка Арчер начал кое-что замечать. Все фотографии очень специфичны. Женщины выглядели так, будто их избили и привязали к креслу, одежда была разорвана в разных местах. БДСМ уже был не последним писком моды, но здесь крылось что-то другое. Порнозвезда стонала бы или улыбалась от удовольствия перед камерой. Ни одна из этих женщин не казалась счастливой. Все они выглядели испуганными.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

Но помимо этого Арчера напрягла обстановка. Затаив дыхание, он блуждал глазами по заднему фону фото. Затем встал и осторожно приоткрыл дверь, заглядывая в спальню.

Джо все также спала на обычной двуспальной кровати. По обе стороны от матраса стояли тумбочки, а у стены возле двери — комод. На противоположной стороне комнаты, между тумбочкой и стеной, уместилось мягкое кресло. Совершенно непримечательное, с деревянными подлокотниками.

Арчер посмотрел на экран ноутбука. Потом на кресло. Снова на экран. Его охватила такая ярость, что он подумал, что сейчас разорвет ноут пополам. Глубоко дыша, он попятился в ванную и снова сел.

Этих женщин привязывали в спальне Бернарда Кракова к этому самому креслу, на который только что смотрел Арчер. Краков избивал их, а потом фотографировал. Арчер пролистал еще несколько фотографий, но стало только хуже. Одни женщины сидели топлесс, а другие — полностью обнаженные. Некоторые выглядели нормально, другие рыдали. Но всех их одолевал испуг.

И под каждой фотографией была подпись. «Июльская работа — Тоня. Отпущена». «Апрельская работа — Мари. Отпущена». «Октябрьская работа — Сэмми. Снята». «Июньская работа — Роксана. Отпущена». «Мартовская работа — Ханна. Снята».

С отпущенными женщинами все было ясно — их освободили. Но снятые? Что, нахрен, это должно было означать? Просматривая фото, «снятых» он видел чаще, чем «отпущенных». У Арчера было общее представление о том, что означает «снятый», но он решил уточнить. На случай, если ошибся.

Снять. Глагол. Избавиться от чего-то, что больше не нужно или не потребуется, например, от деловых партнеров или инвестиций.

Арчер не ошибся. Некоторым женщинам на фотографиях разрешили вернуться домой, но большинство из них были убиты. Сняты. Предположительно Бернардом Краковом. Но почему? Кто он — наркоторговец и серийный убийца?

Нет, может, немного не дружит с головой и явно лишен сочувствия, но не психопат. Под каждой фотографией значилось слово «работа» — удерживать этих женщин было его работой. Арчер уверенно предположил, что где-то в конце цепочки стоял босс, приказывающий Кракову заниматься подобными вещами. Чтобы... вероятно... следить за этими женщинами. Изучить их повадки и привычки, и, когда придет время, с легкостью их похитить. Возможно, в начале, он с ними знакомился. Усыплял бдительность, скажем, покупая им выпивку и танцуя с ними.

«Господи, мать вашу, Джо. Так близко. Я был так чертовски близок к тому, чтобы потерять тебя!»

Арчер зарычал и захлопнул ноутбук. Он больше не хотел видеть эти образы. Хотел выжечь их из мозга. Он расхаживал по крохотной ванной, пытаясь успокоиться, прежде чем вернуться в постель.

Итак, Бернард Краков преследовал и наблюдал за Джо, скорее всего, в надежде похитить ее, пытать и, возможно, убить. Теперь главный вопрос — по чьей просьбе? Кто «нанял» его для этой конкретной работы? И зачем? Почему именно Джо? С миром наркотиков у нее не было никакой реальной связи, к чему ее похищать и подвергать пыткам, она не должна была стать чьей-то «работой» или типа того.

Никакой реальной связи...

Арчер на цыпочках прошел по ковру и забрался в постель. Лег на бок и некоторое время смотрел на Джо. Она что-то пробормотала во сне и перевернулась на спину. Зевнув, продолжила устраиваться, натянув простыню до подбородка, и повернулась к нему лицом. Он не двигался, пока не убедился, что она все еще спит.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

— Джоджо, — прошептал он, протягивая руку и убирая прядь волос с ее лица. Она всегда выглядела юной — всякий раз, когда они куда-нибудь выходили, у нее требовали удостоверение личности. Но она действительно была юной… и хрупкой. Он столько лет пытался быть ее защитником. Ее защитником. Ее лучшим другом. Парнем, которому она всегда могла довериться. Парнем, который, возможно, когда-нибудь будет достоин ее.