Квигли-Скива явно хорошо знали, и когда мы вышли на стадион, многие болельщики окликали его. Однако, приветствия эти казались менее, чем хвалебными.
— Квигли! Как дела, старый пердун?
— Эй, Квигли! Ты снова собираешься показать тот же фокус?
— Да! Может быть, на этот раз он у тебя получится.
Каждый из этих насмешливых выкриков сопровождался, конечно же, ослиным гоготом, какой может удаться только болельщикам, начавшим пить сутки назад, готовясь к своей роли в Игре. Может, Квигли и привык к такому обращению, но с Великим Скивом давно уже никто не говорил в подобном тоне, и я заметил, как в глазах у него появляется опасный блеск, не предвещавший ничего хорошего тому, на ком он решит, наконец, сфокусировать свою демонстрацию силы.
Сама Игра оказалась довольно увлекательной. Куда забавней следить за ней, когда не тебе вышибают мозги на поле. Я обнаружил, что сам иной раз одобрительно ору при виде выдающейся игры и свищу при редких вмешательствах должностных лиц вместе с остальной обезумевшей толпой.
С другой стороны, Квигли-Скив сохранял зловещее молчание. По истечении времени, после полудня, его вид стал более пугающим. Я знал своего партнера достаточно хорошо и догадывался, что он что-то замышляет. А вот чего я не знал, так это конкретных «что» и «когда». Наконец, когда стал уже вырисовываться конец игры, я не смог больше сдерживаться.
— Скажи-ка, э, Скив, — я нагнулся поближе к нему, чтобы он расслышал меня через гам толпы. — Ты уже разработал свой план?
Он кивнул, не отрывая глаз от поля.
— Ты не против рассказать о нем мне?
— Ну, ты помнишь, как я добился увольнения из Поссилтума? — Он огляделся посмотреть, не подслушивает ли кто.
— Да. Ты обругал короля. И?
—… и я не вижу никаких причин, почему бы тот же прием не сработал и здесь. Не представляю себе Должностных Лиц Города-Государства менее напыщенными и самодовольными, чем монарх обанкротившегося королевства.
Это имело смысл. Приятно видеть, что Малыш не полностью утратил свою способность чувствовать людей.
— Так из-за чего же ты собираешься обложить их? Из-за обращения с Квигли?
Он покачал головой.
— Не соответствует характеру, — отверг он. — Квигли не из тех, кто подымает шум из-за себя. Нет, я придумал, как устроить драку из-за ключевого вопроса.
— Драку? Какую драку?
— Ту, что вот-вот начнется на поле, — усмехнулся Квигли-Скив. — Насколько я понимаю, эти две команды свыше пятисот лет соперничали между собой, и я не могу поверить, будто все их старые счеты забылись просто из-за изменения правительства.
— Не знаю, партнер. Пока игра велась весьма корректно. Да кроме того, она сама по себе уже грубый контактный спорт. С чего тут начаться драке?
— Большинство контактов происходит вокруг мяча… куба или как там его называют. Так никогда и не усвоил. После столь долгой игры все игроки на взводе и не слишком ясно мыслят — как-никак полдня стукались головами. А теперь смотри повнимательнее.
Он нагнулся вперед, пряча свои руки, и, вытянув один палец, нацелил его на поле.
Там бегали двое особенно здоровенных игрока, весь день заметно рвавшие друг другу глотки к восторгу толпы. В тот момент они медленно трусили бок о бок вдоль края главной схватки на поле, следя, не выпрыгнет ли из схватки мяч-куб. Внезапно рука одного из них нанесла резкий и злобный удар слева, хряснув соперника по лицу, сбив с него шлем и заставив его растянуться на траве. Этот ход был настолько неожиданным и ненужным, что ошеломленная толпа замолкла и застыла. Даже ударивший игрок выглядел удивленным… что несомненно было правдой. Ничто не заставляет двигаться конечности так непредсказуемо, как небольшая плотно сфокусированная левитация, если они не ожидают этого и не напряжены для противодействия.
Не застыл от этой выходки только поверженный игрок. Как я сказал, действительные участники игры, в отличие от своих потерявших форму болельщиков, сложены как кирпичные стены — с примерно таким же чувством юмора. Сбитый игрок одним прыжком вскочил на ноги и бросился на своего предполагаемого агрессора. А тот хоть и не знал точно, что за магия охватила на миг его руку, но отлично знал, что делать, когда тебя бьют, и в самом скором времени двое соперников целиком отдались мордобою.
Это могло бы сработать, но команды относились всерьез к тому перемирию, которое они заключили раньше. Под гневные крики трибун и свист судьи они навалились на членов своих команд и растащили их в стороны.
— Жалко, Скив, — подосадовал я. — Я думал, ты их достал.
Не услышав ответа, я взглянул на него. Слегка наморщив теперь лоб, он по-прежнему работал.
Товарищи по команде отпустили игрока, подвергшегося нападению. Тот, хоть и был еще взбешен, уже взял себя в руки, когда нагнулся поднять шлем. Однако, при его прикосновении шлем понесся, рассекая воздух, словно пушечное ядро, и врезался в члена команды соперников, нанесшего первый удар. Ну, шлемы в этой игре снабжаются рогами или шишаками, и этот не являлся исключением. Пораженный игрок рухнул, как марионетка с обрезанными ниточками, но не раньше, чем образовал заметную лужу крови.
Это решило дело.
При виде нового нападения на своего товарища, да еще в тот момент, когда мяч не в игре, вся команда упавшего игрока взбеленилась и бросилась к оставшемуся без шлема нападавшему… чьи товарищи в свою очередь рванулись защищать его.
Обе скамейки запасных опустели, когда на поле выскочили вступить в драку остальные игроки. Прежде, чем они успели набрать скорость, обе группы запасных попали за решетку пылающих голубых клеток магических пологов. О таком их применении я, признаться, никогда не думал. Вместо свежих команд со скамей запасных Квигли-Скив вышел на поле сам.
Я сразу не заметил, что он покинул место рядом со мной, пока не увидел, как он перемахнул через невысокий барьер, отделявший зрителей от игрового поля. Прыжок этот выглядел чересчур бойким для носимой им личины «старика», но никто другой, кажется, этого не заметил.
Смотреть, как работает Малыш, было настоящим удовольствием… Особенно учитывая тот факт, что большей части всего, что он знает, научил его я. Мне пришлось признать — за минувшие годы он стал весьма умелым.
— Прекратить!! Хватит!! — Проревел он. — Прекратить, я сказал!!!
Все еще крича, он влился в толпу игроков на поле, сцепившихся в смертельной схватке. Тех, кто стоял, он свалил на месте одним жестом… жестом, понятым мной, как простые сонные чары. Других он легко вынуждал разделиться, здраво применяя свои способности к левитации. Двух вцепившихся друг в друга игроков он не только разделил, но и держал футах в двадцати над землей. Драка прекратилась так же быстро, как и началась, и очень ловко к тому же.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
