— Мы идем на лотерею цветов,— доверительно прошептала Марита, нагибаясь к Моргане.— Вы пойдете с нами?
Моргана встала:
— С удовольствием.
Внимательные темные глаза сеньоры Акуарас придирчиво осмотрели дочь, хотя было совершенно очевидно, что Мануэль получает полное одобрение. Однако непринужденная атмосфера праздника, видимо, не вполне соответствовала ее понятиям о благопристойности.
— Мы идем показать мисс Кэрол лотерею цветов,— объяснила Марита, и сеньора Акуарас одобрительно кивнула и улыбнулась Моргане, видимо, сочтя и ее «экскорт» в день праздника достаточным. Так был найден компромисс между ее собственными воспоминаниями юности (побеги от дуэний в день праздников) и нежеланием оставить молодых наедине, пусть даже в преддверии помолвки.
Они не сразу добрались до павильона цветов. И дело было не в том, что тот действительно находился на другом конце заливчика. Расстояние было не столь велико, но Марита и Мануэль все время останавливались, чтобы поздороваться с друзьями и познакомить их с Морганой, и под конец ее голова опять переполнилась многочисленными португальскими именами.
Они вошли в шатер. Ароматы тысячи цветов были необыкновенно сильными и кружили голову. Цветы были повсюду — в больших закрытых корзинах с дыркой в крышке, куда можно было просунуть руку и выбрать цветок. Вдоль стен лежали груды всевозможных призов, как на ярмарке в Англии, где их можно было выиграть, ловко бросив обруч.
Чуть поодаль она заметила черноволосую голову Фелипе де Альвиро Риальта, который разговаривал с немолодой сеньорой, следившей за порядком на лотерее. Как бы ей хотелось, чтобы его здесь не было! Но возможность скрыться отсутствовала, как и предлог отказаться. Можно было бы только сказать правду: что она не хочет вытаскивать цветок на глазах у Фелипе, потому что наверняка в них будет насмешка. Придется утешать себя мыслью, что он их не заметит, но при этом знать наверняка, что это маловероятно. Кажется, Фелипе всегда все замечает, особенно тогда, когда бы вам этого не хотелось.
Марита подвела ее к одной из закрытых корзин.
Возле каждой стояла девушка в нарядном костюме, чтобы вручить подарок, соотвествующий полученному цветку. Ни Марита, ни Мануэль не заметили Фелипе.
— Вы будете выбирать первой? — предложила Марита, но Моргана покачала головой.
— Я бы хотела посмотреть, как это надо делать.
Марита охотно кивнула:
— Хорошо.
Подойдя к корзине, она повернулась спиной и потянулась к ней левой рукой. Дежурная девушка помогла ей найти отверстие в крышке — и вот уже рука Мариты показалась обратно с огромным золотистым цветком гибискуса.
Она мило надула губки и кинула сверкающий взгляд на Мануэля.
— Очень обидно. Я надеялась на розу, но… Она разочарованно пожала плечами, но с удовольствием получила яркий вышитый шарфик, хотя у нее, наверное, было их множество. С другой стороны, к призам в лотерее всегда особое отношение.
— Ну, теперь ваша очередь,— весело предложила она Моргане.— Вы должны взять первый цветок, до которого дотронетесь.
Не успела Моргана послушаться, как кто-то что-то сказал по-португальски, и Марита повернулась, быстро отвечая на том же языке. Все молодые люди, бывшие в компании сеньоры Акуарас, пришли в павильон, во главе с Ренато и его сестрой.
— Похоже, мы успели увидеть, как мисс Кэрол выберет свой цветок,— сказал он, не спуская с нее смеющихся темных глаз.
Быстро осмотревшись, чтобы определить, здесь ли еще Фелипе, и не заметив его, Моргана более спокойно подошла к корзине. Она была уверена, что в обществе веселых молодых португальцев она не растеряется, какой бы цветок ей ни достался.
Ей помогли просунуть руку в отверстие корзины. Когда ее пальцы прикоснулись к толстому жесткому стеблю, она, памятуя о наставлении Мариты, взяла первый попавшийся цветок, вытащила руку — и услышала, как все окружающие ахнули:
— Ум роса!
Даже произнесенные по-португальски эти слова нельзя было не понять. Ее растерянность еще усилилась, когда за ее спиной новый голос проговорил:
— Не бойтесь, сеньорита. Это еще не конец света.
Она медленно повернулась: Фелипе наблюдал за нею с почти злой насмешкой. Потом он перевел взгляд на огромную красную розу, которую она едва держала в слабо сжатых пальцах.
— Похоже, судьба не ответила на ваши мольбы,— прибавил он, и в голосе его тоже слышна была насмешка.
— Да, похоже,— ответила Моргана, стараясь казаться спокойной.
— Вы говорите загадками,— вмешалась Марита.— Как это судьба не ответила? — У вас — роза.
— Разве ты не помнишь, что сеньорита — англичанка?— невозмутимо объяснил Фелипе.
Марита озорно засмеялась, обращаясь к Моргане:
— Но ведь и англичане целуются, разве не так, мисс Кэрол?
— Не на людях,— ответила Моргана, надеясь, что это выведет ее из затруднения.
— Португальцы тоже этого не делают,— сказал Мануэль. Он тоже улыбался, но не обидно.— Но эта роза — часть праздника.
— А бьехо,— сказала ничего не понимающая девушка-португалка, обращаясь к Моргане.
— Поцелуй,— перевела Марита с озорной улыбкой.— Немало людей сочтет это за честь, а, Ренато?
Очень привлекательный Ренато поклонился и сказал что-то по-португальски, не оставив Моргане сомнений относительно того, как он к этому отнесется. Она ничего против него не имела, но не хотела никого целовать, а делать это на людях — значило пойти вопреки всему, что она считала правильным. Ее природная скромность восставала при одной мысли об этом. Она никогда не раздавала легких поцелуев и не видела, почему должна сделать это сейчас. Кроме того, насмешка во взгляде Фелипе только усилила ее решимость не сдаваться. Она покачала головой.
— Извините. Я не имею ничего против кого-то из вас, но я просто не могу целоваться при всех.
С этими словами она кинула розу по направлению к корзинке, надеясь, что этим все решится, но Фелипе стремительно протянул руку и поймал цветок. С презрительным полупоклоном он вручил ей розу.
— Где же британская отвага, о которой мы так наслышаны?
Эти слова оказались последней каплей. Они разожгли в ней таящуюся ярость, так что она едва понимала, что делает — и что намерена сделать.
Быстрым гневным движением она повернулась и выхватила розу у него из руки. Ее обычно улыбающиеся губы сердито сжались, в глазах пылала ярость. Так он хочет унизить ее…
С таким движением, словно намеревалась его ударить, она резко протянула руки, собираясь быстро поцеловать его в щеку и столь же быстро отступить.
