— Ну, как тебе сказать. Просто она не знает, что вы существуете. В мире людей почти никто о вас не знает, как и о нас, ведьмах.
— Хорошо. А если она хвост увидит?
— Вот это незадача, — чешу голову. — Если увидит, так ведь и в обморок хлопнется. А ты его можешь спрятать? Как твой отец?
— Нет, — мотает головой. — У меня так не получается. Я много раз пытался, не вышло.
— Может, ты как-то не так пытался?
— Может, — пожимает плечами. — А как надо?
— Что б я знала, — теперь уже хватаюсь за голову. — Кажется, я придумала. Ну-ка, встань. Подними кофту.
Отис поднимается, задирает толстовку, а я беру его хвост и обматываю вокруг живота чертенка, а кончик просовываю в шлевку на джинсах.
— Не больно? — смотрю, как он хмурится.
— Щекотно.
— О, — опускаю кофту, — теперь ничего не видно.
В этот момент из кухни как раз выходит Мария Федоровна и тотчас расплывается в улыбке.
— У нас гости? — смотрит на Отиса.
— Да. Знакомая попросила посидеть с сыном.
— И как тебя зовут? — подходит к нам.
— Олежка его зовут, — выпаливаю быстрее чертенка.
— Ну, приятно познакомиться, Олежка. Перекусить не желаешь?
— Мне тоже приятно, госпожа Мари. А что есть?
— Ух ты, госпожой меня еще не называли. А есть вкусные булочки с корицей, в них можно засунуть сыр с колбасой. Ум отъешь.
— Можно две? — тут же подскакивает он.
— Да хоть три. Пойдем. Я тебе чаю наведу.
Ну, славно… За суетой мне даже полегчало. И, честно говоря, вдруг захотелось обратно, в этот огромный пыльный чертов дом. Возможно, тому причиной мое отвратное состояние, а возможно, я просто наконец-то открыла глаза. Когда я последний раз спокойно, не торопясь, ходила с дочкой гулять? Когда хоть что-то вообще делала, не торопясь?
В этот момент смотрю в окно и вижу его… Артема. Эх, начинается. Но объясниться с ним придется, хочу я того или нет. Тогда накидываю пальто и выхожу на улицу.
— Привет, — осторожно закрываю дверь, чтобы не скрипела.
— Здравствуй, — уверенным шагом подходит ко мне. — Карин, у меня к тебе будет один-единственный вопрос. Вот это вчерашнее нечто и есть твой бывший муж?
— Ну да, — а уверенности в моем голосе ни на грош. Слишком уж суров Артем.
— Угу… ясно. А я-то уж было подумал… — Он как-то резко успокаивается, расслабляется.
— О чем подумал?
— Да так, не важно. Что ж, до свидания.
— Прости меня за вчерашнее, все вышло так… скверно.
— Тебе не за что извиняться, — снова берет меня за руку. — Совершенно. А я, к своему стыду, не могу похвастаться столь внушительными габаритами, чтобы противостоять твоему бравому мужу. Сила в нем большая, природа как-никак. Не каждому суждено таким родиться.
— Да уж.
— Спасибо за все. Надеюсь, еще свидимся.
А мне остается только пожать плечами да скромно улыбнуться. Я бы, может, и присмотрелась к Артему получше, но Адам не позволит, да и у меня нет особого желания. Пусть все остается как есть.
Вдруг Артем разворачивается:
— Насте понравился подарок? — смотрит таким взглядом, что мне становится не но себе.
— Очень. Спасибо.
— Это главное, — кивает, после чего садится в джип.
Я же возвращаюсь в мастерскую. Так, пора браться за дела. Сегодня к вечеру мне как раз привезут все необходимое для сложного свадебного торта. Заодно попрактикуюсь в работе с прозрачной карамелью. Как минимум наделаю леденцов для детей, причем как для своих, так и для Ленкиных.
И все то время, что я занимаюсь тортами для смежного мира, которые предстоит раздать частично ночью, частично завтра, Отис крутится рядом. И не просто крутится — помогает, причем довольно умело. То наполнит мерный стакан сахарной пудрой до нужной отметки, то поднесет чашки, то, подумать только, приподнимет металлический стол, под который периодически закатываются ягоды или насадки от кондитерского рукава. Мама мне рассказывала, что черти невероятно сильные, но чтобы восьмилетний чертенок спокойно поднимал такой вес? Какая же сила тогда в его отце?
Заканчиваем мы только поздним вечером, и остается нам проводить тетю Машу, навести порядок в кухне, ну и дождаться покупателей с грозным комиссаром. Надеюсь, он придет вовремя. Возвращаться домой с рассветом не хотелось бы.
Однако подходит полночь, а Гаспарыча все нет. Я открываю портал, начинаю раздавать торты. Бедняжка Отис тем временем уже вовсю зевает, утомился мальчишка. Но почему-то меня даже не удивляет отсутствие его нерадивого папаши. Я, конечно, понимаю, работа у него ответственная, только мне-то что делать? А до закрытия портала остается всего-навсего десять минут.
— И где носит твоего отца? — начинаю откровенно психовать.
На что Отис пожимает плечами, и на его лице я совершенно не наблюдаю расстройства.
Три, два, один! Отлично! Вот и портал закрылся. И что теперь? Как быть? Сидеть до утра в ожидании? Какой же он все-таки безответственный черт. В итоге сидим еще час, но без толку.
— Ладно, Отис. Поехали.
— Куда? — сразу оживляется.
— Ко мне. А завтра напомни мне превратить твоего отца в таракана.
— Ой, а ты можешь?
— Ради такого очень постараюсь.
И когда мы выходим на улицу, Отис резко меняется в лице, хватается за меня.
— Я хочу обратно, — смотрит испуганно на машины, высоченные здания.
— Чего ты боишься? — приходится опуститься на корточки, взять его за руки.
— Здесь страшно.
— Но я ведь рядом с тобой, Отис. Неужели тебе неинтересно, как живут люди? Обычные люди, без магии, без такой невероятной силы, как у тебя? Неужели не хочешь посмотреть, где мы с Настей живем?
— Хочу, — кивает.
— Тогда идем. А то времени уже очень много, всем давно пора спать.
— А Настя тоже дома одна? — все-таки набирается храбрости и уже смелее шагает за мной.
— Нет, она у моей хорошей знакомой.
И пока мы едем в такси, Отис с небывалым любопытством рассматривает дома, широкие проспекты, машины. В Ксантиппе нет таких пространств, он скорее напоминает один из европейских городов с узкими улочками, темными переулками, черепичными крышами домов. Правда, Ксантипп куда колоритнее, ярче, а главное, город пропитан магией.
Адам
Не успел… Как неудобно-то вышло.
Осторожно заглядываю в темный зал мастерской, а вот и записка на прилавке: «Я забрала Отиса с собой. Учти, завтра я тебе все выскажу!»
Тогда засовываю грозное послание в карман, после чего беру ее колпак, вдыхаю аромат духов, которыми тот пропитался. Кейна сногсшибательно пахнет, аж скулы сводит от ее запаха, да и не только скулы. Что-то мне подсказывает, под одной крышей нам придется очень и очень нелегко. И да, стоит признать, я ее хочу. Каждая наша ссора, словно игра. Может, Кейна и вправду играет со мной, как было совсем недавно прямо на этом прилавке? В конце концов, я свободный мужчина, она свободная женщина. Что нам мешает… Так… куда-то меня не туда понесло в своих хотелках. Сейчас важнее Отис. Он впервые испытал чувство привязанности, и я не имею права все портить.
А вот за опоздание придется извиниться. Мэр вызвал к себе за час до конца рабочего дня, не поехать я не мог. На сей раз в его просторнейшем кабинете собрались лучшие из лучших — комиссары округов со своими следователями, Арон Гедель с командой и еще несколько криминалистов.
Де Брок «обрадовал» нас очередной своей гениальной идеей: сплотиться воедино, создать временный штаб и сообща дать отпор маньяку. А в силу того, что наш мэр в прошлом посол доброй воли, то и представления о работе правоохранительных органов у него весьма поверхностные. В итоге после общения с де Броком мы собрали уже свое совещание, где было решено оставить все как есть, разве что согласовали более тесное взаимодействие и немедленный обмен данными по душителю, ну и дали зеленый свет Геделю. Теперь именно он стал главным судмедэкспертом в деле нашего маньяка.
