- Вот так, жемчужинка моя, сдавайся, - приговаривал он, начав снова терзать мою шею и мочку уха поцелуями и покусываниями, - Сдава-а-айся, какой смысл бороться, если победы ни за что не одержать и поражение я сделаю слаще, чем все что ты когда-то испытывала?
- Да тебе то откуда знать, что мне случалось испытывать? – прорычала в досаде на свое проклятое тело, что просто умоляло прекратить борьбу, но продолжить все эти заставляющие всхлипывать и вздрагивать движения.
- Уверен, что ничего стоящего, учитывая, что подо мной ты еще не побывала. – хмыкнул мне на ухо наглец.
- Смотри не взорвись от самомнения, скотина озабоченная! – начиналось все как гневный крик, но вот резкий маневр внизу и почти до грани терпения стиснутый сосок выше и превратилось в позорный протяжный стон.
- А вот ругаться тебе позволяю только когда мы наедине, я же все понимаю, избыток чувств, -обхватив как стальным обручем свободной рукой вокруг талии, сделал шаг назад, утягивая меня за собой. – Ты только взгляни, полюбуйся как смотришься в моих объятьях! И представь, как будешь выглядеть, насаженная на мой член и кончающая раз за разом.
Все же нужно отдать должное этой маньячке и её пристрастию ко всему цвета благородного, потому что сейчас действительно мы представляли собой завораживающую картинку. Вода и выступивший на коже пот, создавали в отражениях эффект, словно мы были облиты с ног до головы этим жидким металлом, только на мне он был очень светлым, как сплавленный с изрядной частью серебра, а вот загорелая кожа Алево имела гораздо более насыщенный оттенок. Все так же сцепленные наши руки, накрывающие мое самое интимное место и заставляющие меня содрогаться, как под током. Его вторая здоровая конечность, нагло лапающая мою грудь, пощипывающая жутко чувствительные соски, дерзко торчащие соски, отчего к низу живота лилась дополнительная волна жара. Объединяясь и смешиваясь с тем потоком, что и так бесновался там, они бешеным фонтаном устремлялись обратно наверх, пробивая навылет мое грохочущее сердце и врываясь прямо в разум, делая его пространством дурмана и пламени. Господи, я сдавалась, реально плыла или скорее уж тонула в вожделении, что будит этот поганец и мне не за что было зацепиться, спасать меня было некому и да-да-да, я сейчас бы послала куда подальше любого спасителя, если бы он появился здесь тогда, когда я балансирую в одном вдохе от оргазма.
- Раз за разом? – оскалилась я его пожирающему меня взглядом отражению, принимая решение уступить. Не ему, моим желаниям. По моей же воле, а не его усилиями. – Смотри не прообещайся, любовничек.
Схватив руку Алево под моей грудью, я оттолкнула её и, как ни странно, он подчинился, подумав, видимо, что одержал окончательную победу. Но хрен тебе, мужик, нельзя победить того, кто не собирается с тобой бороться, а лишь намерен использовать для взаимного удовольствия. Подавшись вперед, я уперлась ладонями в гладкую поверхность, прогнувшись в спине и потершись ягодицами о его стояк, позволила сцепиться нашим глазам в отражении.
- Ну же! – хлестнула его словами, - Раз за разом. Ты обещал!
- Нравится думать, что это ты тут чем-то еще управляешь? – ухмыльнулся Алево, запуская пятерню в мои волосы, натягивая, заставляя прогнуться еще больше, - Я не против, если от этого ты возбуждаешься сильнее, жемчужинка моя.
Разорвав наш визуальный контакт, он посмотрел вниз, между нашими телами, как-то нервно облизнулся и его лицо на мгновенье исказила болезненная гримаса, будто вид меня открытой и насквозь мокрой для его вторжения буквально резал ему по нервам. Мою выдержку его медлительность уж точно добивала. Теперь, когда я решилась, сиганула со скалы, отсрочка полного погружения в безумие бесила. Нахально провоцируя, я вильнула задницей и со злорадством ощутила, как задергался член Алево, явно не одобряя затянувшуюся театральную паузу своего обладателя.
- Так ты все это время только посмотреть хотел? – насмешливо фыркнула сквозь рваное дыхание и повторила свой дразнящий маневр.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
- На тебя и смотреть – чистый кайф, - сквозь зубы процедил мой неторопливый любовник и наконец стал вдавливаться в меня, чувствуясь так шокирующе интенсивно, переполняюще, неумолимо, горячей меня настолько, что просто невозможно вытерпеть.
И я терпеть не стала. Зажмурилась и закричала, взлетая почти к самой грани оргазма еще до того, когда он вошел полностью и замер. Никогда ничего подобного не испытывала. Как будто все мои органы чувств и нервные окончания переселились сейчас туда, где в меня проникала чужая плоть, познавая, запоминая её во всех возможных смыслах. Словно я могла видеть этот процесс изнутри и снаружи, как бы дико это не казалось, слышать звук принимающей твердость влажности, ощущать каждую вену и контур очертания, объем, жесткость, ловить ритм именно этого пульса. Все так отчетливо и остро, что удержать впечатления разуму точно было не под силу, даже в таком как сейчас, невменяемом от вожделения состоянии.
Распахнув глаза, я содрогнулась всем телом от той сногсшибательной картинки что представлял собой Алево. Он стоял позади, такой огромный, великолепный, со вздувшимися мускулами, настоящий агрессор, готовый немедленно рвануть вперед и растерзать без жалости, но при этом голова у него поникла, лицо искажено каким-то шоком и невозможным наслаждением, едва ли не благоговением, рот распахнут, а глаза плотно закрыты, как только что у меня. Будто всего лишь одно первое проникновение стало для него таким же откровением и взрывом сознания, как и для меня. Но долю секунды спустя глаза его распахнулись, он похотливо и вызывающе оскалился моему отражению, совершенно меняясь и начал вгонять себя в меня с такой мощью и скоростью, что я зашлась в безостановочных стонах и почти сразу кончила под его торжествующее ворчание. Ноги подогнулись, но упасть он мне не дал, хотя толкнул ниже, на колени, разворачивая от зеркала и нажав между лопаток, укладывая щекой на гладкую плитку пола. Огромной лапищей он накрыл мое лицо, лишая возможности хоть что-то видеть и устроил дикую скачку, не позволяя сдвинуться ни на миллиметр, но долбясь как одержимый, заставляя меня снова и снова надсаживать горло в воплях запредельного удовольствия. И лишь на миг в моем напрямую имеемом им мозге мелькнула мысль, что он нарочно выбрал такую позу…как если бы спрятался от меня. Не желал дать увидеть, что же с ним происходит от нашей близости в полной мере. Но она была быстро смыта новым разрушительным оргазмом, в который Алево последовал за мной, укусив за плечо, пока содрогался и судорожно выдыхал и фыркал в мою кожу между своих зубов, хотя я прекрасно ощущала, что его грудь за моей спиной вибрирует, как от рвущегося наружу крика.
Отстранился он сразу же, только что не шарахнулся и без единого слова подхватил с пола и плюхнул обратно в ванную, забираясь и сам. Стал деловито мыться, демонстративно не глядя на меня и корча невозмутимое лицо и это при том, что его дыхание все никак не приходило в норму и я заметила, как подрагивают у него руки.
- Все, секс родео закончено? – усмехнувшись прокаркала я, прочищая горло. – Как-то быстро.
Алево метнул на меня нечитаемый, но явно недобрый взгляд и поднялся из воды.
- Быстро не значит плохо, - огрызнулся он, нацепляя свою извечную маску похабника, - Не досуг мне просто пока ублажать тебя, жемчужинка. Вылезай давай!
Он протянул мне полотенце и другим начал вытираться сам, все так же не смотря на меня. Ну да, я в курсе о существовании мужиков из разряда «когда я кончил – я закончил». Один из ним мой единственный друг и случалось быть мне свидетельницей этих сцен, когда девушки еще непонимающе пялятся на обратившегося в кусок равнодушного льда засранца, что вроде прям умирал от страсти каких-то полчаса назад. Я уж стоять и вопрошать взором растерянным точно не собираюсь. Много чести. Возвращаемся к первоначальному плану – пора бежать.
- Эта твоя одежда достаточно удобна для пешего путешествия в несколько дней? – деловито спросил Алево, отвлекая меня от обдумывания вариантов слинять от него максимально эффективно.
