— Это очень великодушно с вашей стороны, но моя версия не имеет значения, так что забудьте о ней. — Лазар вкрадчиво улыбнулся.
Его слова застали Аллегру врасплох. Впрочем, чему тут удивляться? Ведь этот человек использует любую возможность, чтобы изводить ее.
— Но я готова выслушать без осуждения.
— А мне больше не хочется ни о чем рассказывать вам, сеньорита Монтеверди. Сегодня вы поужинаете со мной в кают-компании, ровно в восемь. А после ужина, что ж… — Лазар взглянул на девушку с двусмысленной ленивой улыбкой. — Тогда посмотрим, сдержите ли вы свое слово.
Аллегра побледнела.
— Вы обещали не принуждать меня.
— Вы не верите моим словам, так с какой стати поверили этим?
Сердце Аллегры заколотилось, когда она с полной ясностью осознала, что находится в его власти. Девушка не знала, что делать — то ли с криком бежать прочь, то ли начинать раздеваться.
Лазар рассмеялся:
— Я шучу. Перестань бояться меня. Пойдем, я покажу тебе кое-что. — Он взял ее за руку и повел через каюту к балкону. На пороге Аллегра застыла в тревоге.
Качка здесь ощущалась гораздо сильнее — корабль высоко поднимался и опускался на волнах.
— Боже милостивый! — воскликнула девушка.
— Иди и посмотри.
— Н… нет, спасибо. Я останусь здесь.
— В чем дело?
— Я не могу. — Аллегра с трудом проглотила комок в горле. — Я упаду.
— Упадешь? — с недоумением спросил Лазар. — В воду?
Она еще раз тяжело сглотнула.
— Я не могу подойти к краю.
— Сеньорита Монтеверди, если вы упадете, я нырну и спасу вас без малейших колебаний.
Она оторвала испуганный взгляд от волн, увидела его дерзкую ухмылку и тут же забыла о своих страхах.
Когда Лазар направился к ней с дьявольским блеском в глазах, она отшатнулась, уверенная в том, что сейчас он схватит ее и будет держать над водой, лишь бы испугать. Наверняка у него именно такие представления о развлечениях. Но Лазар остановился, вероятно, напуганный ее бледностью.
Он всматривался в лицо, в глаза Аллегры, потом его взгляд скользнул по ее волосам и остановился на губах. Смущенно облизнув их, она заметила неприкрытый голод в его глазах и поняла, что он скоро овладеет ею.
Сейчас же Лазар решительно отвернулся и подошел к поручням один. Опершись на них, он глядел вниз, на воду; ветер надувал просторные белые рукава его сорочки.
— Дельфины, — небрежно заметил Лазар.
— Правда? — Аллегра привстала на цыпочках в дверях, пытаясь разглядеть животных. Ей всегда нравились эти веселые создания. Однако она так и не увидела их.
Внезапно Аллегра поняла, что глупо расспрашивать Ла-зара, какие планы у него на ее счет. Если затронуть эту тему сейчас, он наверняка что-то выкинет.
Пожалуй, разумнее всего принять его предложение о дружбе, иначе гнев подтолкнет Лазара к чему-нибудь непредсказуемому. Да и она сама едва подавляла желание — так искушал ее каждый его взгляд.
Если проявить осторожность, возможно, ей удастся продержаться до тех пор, пока она не найдет способ выпутаться из этой ситуации или не наскучит ему.
А Аллегра умела быть осторожной. Ей никогда не нравились крайности.
— О чем ты хотела поговорить со мной? — спросил Лазар, не оборачиваясь.
— Я хотела не столько говорить, сколько слушать.
— Как же вы мудры.
— Моя мама всегда утверждала, что Господь не зря дал человеку два уха и только один рот.
— Ах да, леди Кристина. Прекрасная женщина. Я однажды засунул жабу в ее сумочку.
— Откуда ты знаешь об этом? — удивилась Аллегра.
Посмотрев на нее через плечо, он отвернулся.
Девушка нахмурилась. Этот человек уже не раз показывал, что умен и находчив. Если уж он нашел древние пещеры Фиори, то легко мог разузнать несколько историй о шутливых проделках кронпринца. Совершенно очевидно, что капитан хорошо подготовился к своему обману.
Не оборачиваясь, Лазар холодно обратился к ней:
— Вы, похоже, пришли к определенному выводу относительно меня, сеньорита Монтеверди. Однако позвольте задать вам один простой вопрос, моя дорогая.
— Да?
— Если я самозванец и моя цель — использовать легенду о Пропавшем Принце, чтобы захватить власть на острове Вознесения, почему же я покинул остров, достигнув этой цели?
Она открыла рот, но поняла, что не знает ответа.
Лазар обернулся и приподнял бровь.
— Ну?
Аллегра гордо расправила плечи.
— Не знаю. Возможно, вы решили, что это не сойдет вам с рук. Пожалуй, будь вы настоящим принцем, вы не покинули бы остров.
Лазар скрестил руки на груди.
— Как это так?
— Это же очевидно. Принц не покинул бы свой народ, когда он более всего нуждается в нем, когда народ голодает и томится под гнетом. Он сделал бы все, чтобы помочь людям.
— А что, если он уже изучил ситуацию и, обнаружив, что ничего не в силах сделать, решил не вмешиваться?
— Ну тогда он так же эгоистичен, как и вы.
— М-м-м… А что, если он не видел смысла пытаться, зная, что никто не поверит ему?
Аллегра покачала головой:
— Это невозможно. Народ сразу узнал бы его.
— А вдруг за прошедшие годы с ним произошло нечто такое унизительное… что он не может показаться на глаза своему народу? — пробормотал он.
— Тогда он трус.
Лазар грустно усмехнулся:
— Признаюсь, вы слишком умны для меня, сеньорита Монтеверди. У вас на все есть ответ.
— Но сын Альфонса не может быть трусом. Среди Фиори не было трусов. — Увидев его несчастное, растерянное лицо, Аллегра отвела взгляд. — Нельзя ли переменить тему, капитан? Мне не нравится ваш обман.
Лазар обернулся:
— Почему у тебя такой интерес, вернее, пристрастие к семье Фиори, Аллегра?
Она пожала плечами:
— Король Альфонс и королева Юджиния были самыми близкими друзьями моей матери. А я в детстве играла с принцессой Анной, хотя сейчас едва помню ее.
Боль промелькнула на его прекрасном лице.
Аллегра нахмурилась:
— Мать много рассказывала мне о жизни при дворе и о Фиори. Мне кажется поэтому, что я лично знаю каждого из них, особенно кронпринца. Так что вам не обмануть меня.
— Особенно его? Но почему?
Она нежно улыбнулась:
— Наверное, потому, что я всегда так старалась быть хорошей и послушной, а он был настоящий сорванец. Истории, которые мама рассказывала мне о нем… поражали мое воображение. Я никогда не баловалась, а принцу Лазару все всегда сходило с рук.
— Неужели?
— О да! — Аллегра рассмеялась. — По словам мамы, мальчик был невыносимым.
— Уверен, это просто живость характера.
— И… пожалуй, я всегда гадала, что это значит: иметь старшего брата, такого, как был у принцессы Анны. — Аллегра смущенно взглянула на него.
