Сейчас он отправится в каюту и получит плату за то, что проявил сострадание к ее родным.
Аллегра расплатится с ним своей девственностью, и Лазар не собирался быть нежным с ней. Ему казалось, что только так он снова утвердит свою волю, недавно сломленную ею.
Никогда еще Лазар не обладал девственницей, считая, что это слишком обязывает. Однако сейчас перспектива лишить Аллегру невинности казалась ему привлекательной. Он подчинит эту девушку себе и будет играть с Аллегрой, пока не пресытится ею. А когда она наскучит ему, выдаст ее за свою сестру или дальнюю родственницу, и на Аллегре женится один из его знакомых в Форт-де-Франс, на Мартинике.
Лазар, конечно, позаботится о том, чтобы у нее был приличный муж, не такой, как тот мерзавец Клемент, которого скоро прикончат Джефферсон и его ребята. Креольские плантаторы будут в восторге от хорошо воспитанной Аллегры. А он, Лазар, получит за нее кругленькую сумму.
Но прежде, прежде он покажет ей, как в этом мире используют прекрасных созданий с благородными душами.
Поздравив еще раз всю команду с прекрасной работой и сообщив, сколько ценностей захвачено и какова доля каждого, Лазар наградил своих людей бочками хорошего вина, взятого из подвалов губернатора, и оставил развлекаться.
Войдя в свою каюту, он на мгновение замер на пороге и устремил взгляд на девушку, сжавшуюся в комочек на его койке. Она выглядела ужасно со спутанными волосами, в рваном, запачканном порохом белом платье, с распухшим от слез лицом. Но почему же эта девушка казалась ему самым прекрасным созданием на свете?
Лазар тихо закрыл дверь и, сняв с себя оружие и камзол, умылся над умывальником.
Посмотрев в небольшое круглое зеркало, он провел рукой по мягкому черному ежику волос на голове. Еще месяц назад у него была прекрасная густая черная шевелюра до плеч, но ему пришлось сбрить ее из-за вшей, посмевших переселиться с голов простых матросов на его голову.
Взяв бритву с ручкой из слоновой кости, Лазар начал бриться, удивляясь тому, что делает все так неспешно. Он словно оттягивал момент, когда лишит Аллегру невинности. Ему хотелось, чтобы она проснулась, боролась с ним, даже оскорбляла, не желая признать в нем принца Лазара. Никогда еще он не овладевал женщиной против ее воли.
«Впрочем, возможно, это будет и не совсем против ее воли», — подумал Лазар и улыбнулся, вспомнив о том, как убедил девушку ответить на его поцелуи там, в башне.
Медленно помешивая воду, он размышлял, не спрятать ли бритву подальше, на случай, если его маленькой пленнице вдруг взбредет в голову перерезать ему горло.
Ну и что с того? Аллегра лишь окажет ему услугу. К тому же Лазар не верил, что она способна на это. Более того, убив его, Аллегра окажется в руках команды. А она вовсе не глупа.
Сбрив щетину, он сполоснул лицо, сбросил одежду и вымыл все тело. Время от времени Лазар поглядывал на Аллегру, не зная, как отреагирует девушка, когда увидит нагого мужчину.
Но она крепко спала. Надев мягкие штаны из оленьей кожи и тонкую батистовую сорочку, Лазар подошел к постели и сел на краешек.
— Просыпайся, котенок, — проговорил он, поглаживая ее шелковистое плечо. Потом наклонился и поцеловал.
Аллегра не шевельнулась. Лазар нахмурился. Сколько же опийной настойки дал ей викарий? Пощупав лоб девушки, он убедился, что у нее нет лихорадки. Значит, она просто очень утомлена.
Лазар предпочел бы, чтобы Аллегра чувствовала, как он лишает ее невинности. Поднявшись, Лазар встал над ней. Она выглядела так, словно побывала на войне.
— Дорогая, в таком состоянии ты никуда не годишься, — пробормотал он.
Аллегра не просыпалась.
Лазар начал раздевать ее. Возбуждение охватило его, когда он снял с Аллегры платье. Теперь она осталась в одной лишь тонкой сорочке. Лазар не отрывал от нее взгляда, и его снедало желание.
Девушка безвольно лежала в его руках, когда он спустил бретельки сорочки с ее плеч.
— Что же мне делать с тобой? — спросил Лазар, проводя влажной мягкой губкой по ее белой шее, груди и плечам, обтирая ароматной водой тонкие руки.
Снова смочив губку, он тяжело вздохнул при виде ее обнаженной груди, сосков, похожих на мягкие изюминки. Спустив шелковую сорочку до талии. Лазар замер и уставился на бархатистый плоский живот. Потом положил руку туда, куда ее, как она сказала, ударил Голли.
Ударил ее!
Это не укладывалось в голове Лазара.
— Бедная малышка! — прошептал он. Она действительно была малышкой. Аллегре всего двадцать лет. Она на восемь лет младше его, девственница. Лазар погладил ее щеку и удивился, когда девушка, так и не проснувшись, подвинулась к нему.
— Лазар, — вдруг прошептала она и, издав звук, похожий на стон удовольствия, снова затихла.
— О Боже! — выдохнул он, закрывая глаза; во рту у него пересохло. Лазар не мог устоять перед искушением. Он наклонился, коснулся ее губами и почувствовал, как под его ладонью напрягся сосок.
Отдать ее кому-то другому? Ты серьезно думаешь, что сможешь когда-нибудь поделить эту девушку с другим?
Лазар отмахнулся от этого вопроса, теперь уже не желая, чтобы Аллегра просыпалась, пока он гладит ее живот, грудь.
Она снова застонала, слегка пошевелившись у него на коленях и инстинктивно выгибаясь навстречу ему. Лазар впился в девушку взглядом и застыл. Только его сердце неистово стучало от возбуждения.
Лазар стянул сорочку с ее бедер, обнажив темный шелковистый треугольник, скрывавший средоточие ее женственности.
Аллегра спала, но он понял, что все ее чувства устремлены навстречу ему. Лазар провел пальцами по завиткам между ног девушки, погладил ее и закрыл глаза от наслаждения, ощутив на пальцах влагу.
Невероятное наслаждение.
Открыв глаза, он увидел, что лицо Аллегры выражает желание, а бедра слегка приподнялись навстречу его нежным ласкам. Лазар не спешил проникнуть в нее, а ждал, когда она сама этого захочет. Осознав, что она желает его, он глубоко проник в нее пальцем и задержал дыхание. Девушка была так восхитительно туга! Он смотрел, как волнующе вздымается грудь Аллегры. Ее тихие стоны безумно возбуждали его. Когда он прижал большой палец к напрягшемуся бутону, девушка приоткрыла глаза, и Лазар увидел, что ее взгляд затуманен желанием.
Когда девушка снова закрыла глаза, он решил немедленно овладеть ею. Лазар встал, чтобы совсем стянуть с нее нижнюю сорочку, и в это время увидел кожаные ремешки от своей фляжки, все еще обвитые вокруг ее изящных лодыжек.
Оторопевший Лазар заметил красную полоску кожи на лодыжке.
Аллегра внезапно повернулась на бок и снова сжалась в комочек, словно все происходящее было лишь странным сном. Спокойно дыша, она подложила руки под щеку.
