и может позаботиться о себе сам, ведь все это время он так и делал. Я надеюсь, он жив до сих пор. Может, сделаем привал?
– Хорошо! Уговорила. Мы и вправду измотаны, мне нужен врач и тебе тоже.
– Вот видишь! – я от счастья чуть не запрыгала.
– Идем! – он протянул мне свою теплую руку и потянул на себя. Смотрю у него это стало входить в привычку, брать меня за руку. Не скажу, что меня это сильно напрягает, но хотелось бы чтоб мне доверяли. Я не дура, чтоб сбегать или он думает наоборот.
Доковыляли мы, наконец, до какой-то гостиницы, сил на еду и мытье уже не было. Вообще, ни на что не было сил. Просто, в чем были, рухнули спать, но каждый в своем номере. По крайней мере, я рухнула на мягкую постель. Даже желания не было, чтобы стянуть грязные ботинки.
Сон – это место, из которого не хочется уходить, если даже снится страшное. А если сны приятные, то хочется их продлить. Свой сон я не хотела отпускать: в двери стоял мужчина и рассматривал меня. Темнота не давала разглядеть лица, я только слышала тихое дыхание. Подойдя ко мне, он опустился на колени возле моих ног. Его рука коснулась моего колена, я замерла. Мужчина не внушал страха, я просто смотрела в темноту и чувствовала, как его руки скользят вниз к щиколоткам. Стянул с меня ботинки. Интересно, что он будет делать дальше, я напряглась в ожидании. Он отошел от кровати к выходу, развернулся и вышел, тихо закрыв за собой дверь. И все?
Когда я открыла глаза, в комнате было по-прежнему темно, я чувствовала себя отдохнувшей, правда, тело ныло. Я решила не вставать, а поваляться еще пять минут. Насладиться тишиной и спокойствием. Что не надо никуда идти, не от кого убегать, и никто за тобой не гонится. Но внутренний мой мир был со мной не согласен, поэтому пришлось встать. Интересно, как тут с горячей водой?
Я спустила ноги с кровати и ощутила прохладу. Когда ложилась спать, обувь точно была на мне, значит, это был не сон? А что за мужик тогда приходил? Может, Блэйк? Надо у него спросить! Я повернулась лицом к двери и выпучила глаза. Как говориться: вспомни г….но, вот и оно.
На пороге стоял Блэйк со свечой в руке. Увидев его, от неожиданности оступилась и упала на пол. Он моментально подскочил ко мне, поставит свечу на пол.
– Жива?
– И не такое приходилось терпеть.
– Я считал, что неприязнь ко мне уже позади…
– А ты, случайно, не знаешь, кто снял с меня ночью ботинки? – мне показалось, он дернулся.
– Феи! – он улыбнулся.
– Ха-ха, очень смешно! Может, дашь мне встать? – Эдвард подхватил меня на руки, как пушинку, но на ноги не поставил. – Ты что делаешь?
– Ничего! – Эдвард сделал такое лицо, будто и вправду ничего не происходит, а глаза выдавали все его нескромные желания или мне это показалось.
Я, конечно, не люблю издеваться над мужиками, но, вот сейчас, душа прямо требовала. Я слегка наклонила голову так, чтобы между нами оставалось минимум расстояния. Ага, я почувствовала, как участилось его дыхание. Прикоснулась подушечками пальцев к щетинистой мужской щеке и провела вниз.
Блэйк закрыл глаза и втянул ноздрями воздух. Моя рука спустилась чуть ниже и большим пальцем прикоснулась к уголку губ, он от удовольствия выдохнул. Я так вошла во вкус, что уже не контролировала своих действий. Вторая моя рука прошлась по волосам и нырнула в их теплоту. Не удержалась, моя рука сорвала резинку с хвоста Блэйка.
Черные как смоль волосы длинными и густыми спиральками рассыпались по спине и плечам. Они были такие шелковистые и густые, что выскальзывали у меня из руки и снова рассыпались. Несколько прядей упали на лоб, я слегка дунула на них.
Когда же посмотрела на Эдварда, то заметила, что он задумчиво смотрит на меня. Так внимательно и с таким интересом, что краска стыда, залила щеки.
Приехали… – растерянно подумала я.
Никогда я ничего подобного не испытывала, даже с Максом. Это чувство не передать словами, такое ощущение, что тебя укутали во что-то теплое и мягкое и оттуда не хочется уходить. Хочется остаться и наслаждаться этим!
Если бы не посторонний шум в коридоре, который безжалостно разрушил романтический момент, то мы бы уже целовались. Представила себе эту картину и у меня появилось желание сбежать отсюда подальше. Я не хочу с ним целоваться, ни капельки, я еще обижена на него… Хоть он и по-мужски извинился, но это не значит, что я все забыла.
– К-хм… я пойду… – я растерялась, сказав первое, что пришло в голову.
– Да… я тоже… – он поставил меня на кровать и вышел из комнаты.
Я осталась стоять там, где он меня и оставил, продолжая смотреть на закрытую дверь. Поиздевалась? Хорошо стало? А теперь ответь себе честно, что ты этого хотела и тебе нравилось к нему прикасаться. Ответь? Что молчишь? Я схватилась за голову. И откуда ты только выполз, мой внутренний голос?
– А! За что мне такое "счастье"? Почему именно он? Что, в мире больше не нашлось других Эдвардов?
Я подошла к окну, отодвинула тяжелые портьеры, за окном была ночь. Я прислонилась разгоряченным лицом к холодному стеклу, мурашки не заставили себя долго ждать. Этот способ мне всегда помогал успокоиться и привести мысли в порядок. Немного поежившись от прохлады стекла, я пришла в себя, решила, что не стоит себя так вести. Не стоит нагнетать обстановку и беспричинно распылять жар между нами. Ведь доиграешься, Тиль, а он мужик взрослый… Не выдержит, зажмет где-нибудь, а мне с ним еще брата искать… Это скорей всего побочный эффект от той травы, не иначе.
Желудок истошно проурчал, но сначала надо помыться. Душевую я нашла быстро, она оказалась в конце коридора. Слава богу, тут раздельные душевые. Для мужчин и женщин. Я стояла под еле теплой струей воды и не могла насладиться. Женщин немного, поэтому я могла не торопиться. Шампуня и мыла у меня с собой не было. Как и мочалки. Я как-то не подумала об этом, когда шла сюда. А когда разделась и залезла под душ, то увидела, что тут все приходят со своим. Это не в моем мире, когда в гостинице есть не только мыльные принадлежности, но и банные тапочки. Я стояла, запрокинув голову, и пыталась вымыть всю грязь из волос.
– У тебя нет мыла?
– Что? – переспросила я у молоденькой девушки, сплюнув воду. Она выглядела чуть старше
