Он всматривается в мои глаза и спрашивает:
— Как тебя зовут?
Я не могу ответить. И не отвечаю. Я крепко закрываю глаза и выгибаюсь под его пальцами, которые продолжают поднимать меня на вершины блаженства. Не получив ответа, Логан рычит, падает передо мной на колени и раздвигает мне ноги. И потом лижет меня снизу вверх.
Я впиваюсь руками в его волосы, притягивая его повыше, и он понимает намёк.
Его губы и язык захватывают мой клитор; нежно посасывая его, он пристально смотрит на меня, его глаза такие же голубые как море. Я рассматриваю его лицо, а он всё ускоряется, ускоряется, ускоряется, пока наконец я не вскрикиваю. Но он не останавливается, когда я начинаю кончать. Вместо этого его палец проскальзывает внутрь, и он касается меня изнутри, пока его рот впивается в меня снаружи.
— О Божебоже! — кричу я.
Мое тело содрогается, меня неудержимо потряхивает, и я прижимаю его лицо ближе, пока кончаю. Он замедляет все свои движения, и я затихаю. Мне нравится, когда он снова проводит языком снизу вверх, и я дрожу, когда он задевает мой клитор. Он делает так снова и снова, пока моё тело не успокаивается. Я обессилено приваливаюсь к зеркалу и поднимаю его лицо к себе.
— Твоя очередь, — говорю я и снова тянусь к пуговице на его джинсах.
Он качает головой.
— Нет.
— Что? — Я не понимаю.
Он приподнимает меня и ставит перед собой.
— Ты не хочешь меня? — спрашиваю я.
— Чёрт, девочка, я хочу тебя больше, чем когда-либо хотел кого-то или что-то. — Он прижимается своим лбом к моему, тяжело дыша. Его губы нежно касаются моих, но с настойчивостью. Логан наклоняется, поднимает полотенце, заворачивает меня в него и затыкает кончики между моих грудей. Затем он открывает дверь, выпроваживает меня в коридор и запирается в ванной.
Глава 15
Логан
Твою мать!
Я провожу рукой вниз по лицу, потом пробегаю пальцами по волосам и сжимаю голову обеими руками, как будто она сейчас взорвётся. Но кое-что ещё тоже готово взорваться.
Я ещё никогда не был так возбуждён. Кит была влажной, тёплой и желающей. Она позволила бы мне трахнуть её прямо здесь, в ванной, если бы я согласился. Знаю, что позволила бы. И потом она бы не стала сожалеть. Но я бы стал. Пусть даже сейчас я сомневаюсь в своём решении выставить её за дверь. Я тянусь к дверной ручке, готовый повернуть её, чтобы Кит вернулась в ванную, но тут же отдёргиваю руку.
Я так отчаянно хотел стереть это выражение с её лица, и единственное, что мне пришло в голову, так это отвлечь её чем-то другим. Но теперь я не могу забыть другое выражение на её лице, появившееся в тот момент, когда она кончала. Или как крепко она сжимала мой палец, когда дрожала. Боже правый, эта девушка может меня погубить.
У меня такой сильный стояк, хоть гвозди забивай.
Дверь вибрирует от того, что кто-то стучится. Наверное, это Пол, который хочет, чтобы я поторопился и не опоздал на работу. Но мой член такой твёрдый, что я едва могу прямо стоять, не говоря о том, чтобы ходить.
Я снова пробегаю руками по волосам. Дыши глубже.
Дерьмо! Так я никогда отсюда не выйду.
Я беру полотенце из-под раковины и кладу его перед собой, потом расстёгиваю джинсы. Это займёт секунду. Потому что я буду думать о ней, когда буду это делать. Плюю на ладонь и беру в руку головку члена, крепко сжимая, начинаю двигать ею от себя.
Боже, я никогда не смогу выбросить из головы картинку, когда она кончала. И она кричала. Я уверен. Я чувствовал своей щекой, как двигалось её горло. Мягкая вибрация, появившаяся, когда она начала сжиматься вокруг моего пальца.
Несколько движений, и я встаю на цыпочки, изливаясь на полотенце на раковине. Я думаю о том, на что похоже оказаться внутри неё, и мои яйца врезаются в моё тело, когда я кончаю. О боже. Боже, я так сильно хочу оказаться внутри неё.
Опустошённый, я опускаюсь обратно на пятки. Тяжело прислонившись к двери, стараюсь выровнять дыхание. Дверь трясётся от мощных ударов кулака. Я мою руки, кидаю полотенце в корзину. Дерьмо. Я рад, что сделал это. Но мне бы хотелось, чтобы это случилось по-другому.
Застёгиваю джинсы, хоть мой член по-прежнему в полутвёрдом состоянии, но ходить уже можно. Я открываю дверь, и Пол приветствует меня выгнутой бровью.
— Лучше? — спрашивает он, ухмыляясь.
Иди на хер, придурок, показываю я.
— Сам иди, — смеётся он. — О, подожди. Ты только что оттуда. — Он склоняет голову набок. — Ну и как оно?
Я втягиваю его к себе в ванную. Я не трахал её.
Он закатывает глаза.
— Расскажи об этом тому, кто не слышал, как она тут кричала. — Он шутливо пихает меня в грудь. — В следующий раз предупреди парня, чтобы он смог уйти. Это было громко.
Что было громко? Я растерян.
Он очень театрально изображает:
— О боже! О боже! О боже! Логан! Логан! Логан! — Пол снова пихает меня. В этот раз мне больно. Я потираю ушибленное место. — Это было бы даже горячо, если бы за дверью не стоял мой брат. А так было неловко.
Я не слышал её. Прости. Ну да. Как-то так.
— Да ну нахрен, — говорит он. Потом внимательно смотрит на меня. — Ты в порядке?
Я киваю. И тут же мотаю головой. Чёрт, я не знаю.
— Что такое?
Она сводит меня с ума, чувак. Чертовски сводит с ума.
— Ты только что трахался, и ещё жалуешься? — Он вскидывает руки вверх. — Я даже слышать ничего не хочу. Знаешь, как давно у меня этого не было? Чёрт, придурок, не стоит тебе расстраиваться, когда у тебя только что был трах.
У меня ничего не было.
— Заткнись. И хватит уже об этом.
От бессилия я провожу рукой по волосам и закрываю глаза.
Пол хлопает ладонью по моей груди, чтобы я их открыл.
— Подожди-ка. Ты это серьёзно.
Я киваю. Я сказал ей какую-то глупость. Она очень расстроилась. И это была моя вина.
— И… — подсказывает Пол.
И мне захотелось, чтобы ей стало лучше. Но я не собираюсь вдаваться в подробности.
— Да ты как будто снова лишился невинности. Какая-то грёбаная чушь. — На его лице выражение притворного стыда.
Я не могу не ухмыльнуться. Ага, расскажи мне об этом.
— Ты опоздаешь на работу, — предупреждает Пол.
Чёрт. Да, я опоздаю на работу. Выбегаю из ванной как раз в тот момент, когда туда вбегает Хайли. Пол поднимает её и начинает танцевать с ней на руках. Он проводит с ней время по пятницам раз в две недели. И наслаждается каждой секундой этого времени.
