Взгляд Пола прыгает с меня на неё и обратно, он подносит палец к горлу, показывая будто его сейчас стошнит, и уходит с Хайли в сторону своей спальни. Он оборачивается и смотрит на меня, пока говорит:
— Ты опоздаешь на работу, если не поторопишься. — Он глядит на Хайли. — Скажи дяде Логану, что он опоздает.
Он показывает ей знак «опоздать», и она повторяет его. Она прелестна, когда общается жестами. Они исчезают в комнате Пола, и я смотрю на Кит сверху вниз. Потом наклоняю голову и касаюсь своими губами её губ. Мне так не хочется отрываться от неё, но я должен торопиться.
— Мне нужно уходить, — говорю я.
Она поднимает брови и выглядит обеспокоенной.
— Уходить? — переспрашивает Кит.
Я киваю.
— Мне нужно работать сегодня ночью. Хочешь, пойдём со мной?
Она смотрит на свою мокрую рубашку и убирает прядь волос со лба.
— Я ещё даже душ принять не успела.
— Как быстро ты сможешь собраться? — спрашиваю я, глядя на свои часы. Через полчаса мне уже следует быть на месте.
Глава 14
Эмили
По моему телу течёт тёплая вода, но я заставляю себя поторопиться. Логан наверняка уже пританцовывает в гостиной, пока ждёт меня и опасается, что мы опоздаем. Судя по всему, по вечерам пятницы он работает охранником в каком-нибудь местном клубе. Но он захотел, чтобы я пошла с ним.
Я слышу, как дверь в ванную открывается, и застываю.
— Мэт? — зову я. Только ему можно находиться со мной в ванной, да и то, лишь когда его тошнит.
Я приоткрываю занавеску и выглядываю. Это Логан, и он смотрит на меня. Он уже переоделся, сейчас на нём джинсы, его ботинки и синяя футболка с надписью «Охрана» на груди. Она обтягивает его широкие плечи. На фоне небесно-голубой ткани его глаза становятся потрясающего синего оттенка, и они смотрят прямо на меня, когда я выглядываю из-за занавески. Мои волосы все в пене, от мыла щиплет глаза.
— Что-то случилось? — спрашиваю я.
Логан мотает головой и улыбается мне. Он ничего не говорит, а просто стоит, опёршись плечом о стену, руки скрещены на груди. Наконец он произносит:
— У меня есть вопрос.
Я снова встаю под душ, смывая мыло с лица и волос, а потом снова просовываю голову из занавески и отвечаю, сдувая воду с губ:
— Спрашивай.
— Ты была обеспокоена, когда думала, что Хайли моя, — говорит он. Выражение его лица не меняется. Он внимательно и оценивающе вглядывается в меня. Но не ухмыляется, не пытается посмотреть на моё голое тело. Логан абсолютно вежлив, как и всегда.
Да, меня обеспокоило то, что Хайли могла оказаться его дочерью. У них одинаковые тёмно-синие глаза, одинаковые волосы. И они очень непринуждённо общались. Но потом, когда она назвала Пола папочкой, внезапно всё стало хорошо. Я понимаю, Логан не может читать по губам, и снова высовываю голову из душа.
— Почему ты так говоришь? — спрашиваю я.
Он хмыкает.
— Я читаю людей каждый день, всё время, и мне приходится определять, что они чувствуют по тому, как они себя ведут, а не по изменению интонации их голоса. И что-то подсказывает мне, мысль о том, что Хайли может быть моей, не пришлась тебе по душе.
Он внимательно смотрит на меня, и я знаю, он по-прежнему пытается оценить мою реакцию.
— Либо тебе не нравятся дети, либо не нравится то, что они могут быть у меня. — Он меняет позу. — Я просто хочу, чтобы ты знала, то, что я не могу слышать, ещё не значит, что я не в состоянии позаботиться о ребёнке. Если бы это было не так, Пол никогда бы не оставил её со мной.
Он тяжело вздыхает, а потом поворачивается, чтобы выйти. Я зову его по имени, но он же не слышит. Поэтому я выпрыгиваю из душа, хватаю полотенце, но у меня нет времени, чтобы закутываться в него. Я просто прижимаю его к груди и хватаю Логана за руку. Он оборачивается, смотрит на меня, подняв одну бровь.
— Дело не в том, что я думаю, будто ты не в состоянии о ней позаботиться, — говорю я. — Всё совсем не так.
— Тогда в чём же? — спрашивает он.
Это так трудно объяснить, но если я не скажу ему причины, которая меня так взволновала, он будет продолжать думать, что я считаю, будто он не может управляться с ребёнком из-за своей глухоты, что крайне далеко от истины.
— Я думала, что она твоя, — говорю я с закрытыми глазами. Он поднимает мой подбородок своим требовательным пальцем.
— Что? — спрашивает он.
— Я думала, что она твоя, — повторяю я. В этот раз я стараюсь, чтобы он увидел мои губы; хотя мне меньше всего хочется, чтобы он видел, как я говорю ему это. — Я думала, что она твоя дочь.
Он морщится.
— Говорю ещё раз, я в состоянии позаботиться о ребёнке. Могу наблюдать за огоньками на мониторе, как и все остальные. Ну а смена подгузников вообще не нуждается в моих слуховых возможностях. — Он сердится. Точно могу сказать. — Если она заплачет, я смогу выяснить, что ей нужно.
— Дело не в этом. — Боже, я такая тупица! Я прячу своё мокрое лицо в ладонях, но Логан опускает их, глядя на мои губы. — Я ревновала, — признаюсь я. Ну вот. Сказала.
— Ревновала? — спрашивает он. — К Хайли? Ради бога, ей же всего три!
— Я знаю. — Как же ему сказать? — И мне было интересно узнать, что за глупая женщина позволила тебе уйти. — А ещё я поняла, что он был и у кого-то ещё. И, возможно, их было много. Много таких «кого-то», с кем я не сравнюсь.
Он усмехается, и напряжение в комнате уменьшается.
— И это всё? — спрашивает он скептически. На самом деле, это не всё. Я также задумалась, смогу ли я делить его с кем-то ещё. Но разве он принадлежит мне, чтобы делиться им? Вроде нет. Совсем нет.
Я киваю.
— Всё. И это не потому, что ты глухой. Я просто ревновала. — Я пожимаю плечами. — Извини. Правда, прости меня. Я не хотела тебя обидеть. — Мне хочется сказать ему, что я хочу, чтобы он был только моим. Но я несвободна говорить подобное.
— У меня нет детей, — говорит он. — Если тебе интересно.
Такая мысль никогда мне и в голову не приходила, до тех пор, пока я не увидела Хайли.
— Хорошо.
— Но я хочу, чтобы у меня когда-нибудь появились дети, — говорит он. Его голос звучит очень мягко, и он смотрит прямо мне в глаза. — А ты?
— Я не знаю. — Мне трудно представить, как я буду помогать собственному ребёнку с домашним заданием. А правописание? А школа? — Не думаю, что из меня получится хорошая мать.
Его губы прижимаются к моем лбу, он кладёт руки на мои обнажённые бёдра. Я втягиваю воздух. Его ладони полностью покрывают мои голые бёдра, и он притягивает меня к себе. Полотенце, что висело на моей груди, теперь зажато между нашими телами.
