— Зачем женились тогда?
— Спьяну. Я в такие периоды добрый очень, а ей замуж хотелось. Потом мне один хороший заказ достался. Пока его делал — долго не пил. Только тогда понял, что сотворил. А она ни в какую уходить не хотела. Да ей и некуда было. Тут ветром и моими мольбами этого парня надуло, он — тоже свободный художник, моя жена от него, на мою радость, забеременела. Он оказался порядочным человеком. Я его теперь за лучшего друга считаю, хотя мы и не общаемся.
— Ну и ну! — удивилась Люба. — Так вы — убежденный холостяк?
— Конечно! Я не переношу, когда лезут в мое личное пространство. Как только женщина начинает меня ревновать, выяснять отношения — я с ней сразу расстаюсь. Поэтому подолгу ни с кем не встречаюсь. Мне нравится все новое. А обычно через месяц все уже известно и предсказуемо.
— Кошмар! — вынесла резюме Люба.
В дверь позвонили. Это была Инна.
— Скорей, — сказала она, — дядя Сережа уже уходит.
Пулей троица выскочила на лестничную площадку, преградив таким образом путь Сергею, который уже собирался незаметно раствориться на улице. Неожиданно появившаяся компания совершенно сбила его с толку. Под осуждающими взглядами целой толпы он сник и побледнел.
— Хорош! — прервала общее молчание Люба. — Значит, все оказалось правдой?
— Варя, — шагнул к жене Сергей, — я тебе все объясню.
— Не надо, — гордо отвергла мужа Варя, — с сегодняшнего дня мне не о чем с тобой разговаривать. Объясняйся теперь со своей любовницей.
Последнее слово произносить было крайне неприятно. Словно в рот попала какая-то грязь, которую хочется выплюнуть, а потом налить чистой воды и выполоскать остатки.
— У меня нет никакой любовницы, — набычился Сергей.
— Да? — ехидно спросила Варя. — А в Жениной квартирке ты с фантомом встречался?
— Ни с кем я не встречался, — продолжал нудно гнуть свое Сергей.
Это начинало раздражать.
— Вот что, — сказала Варя, — иди домой, собирай вещи и проваливай куда хочешь: хоть к Ирке, хоть куда… Чтобы ноги твоей не было, когда я вернусь. Иначе, — Варя задумалась, — я за себя не отвечаю.
— Это и мой дом, — заупрямился Сергей.
— У Иры достаточно большая квартира, — вспомнила Варя. — Хватит вам, чтобы свить любовное гнездышко. У тебя денег много, в крайнем случае новое жилье купишь. Кстати, Жене надо бы за аренду заплатить. Нехорошо бесплатно ее жилищем пользоваться. Скиньтесь с Иркой…
— А ты только и мечтала о том, чтобы со мной развестись, — прорвало Сергея. — Нашла повод! Это твой любовник? — показал он на Валентина.
— Попрошу, — оскорбился художник. — Будьте мужчиной! Держите себя в руках!
— Ты угадал! — вздернула подбородок Варя. — Пока вы кувыркались наверху, мы тут, под вами, тоже не скучали!
— Ах ты…
Сергей вдруг прыгнул в сторону невинного Валентина и неизвестно, что сделал бы, если бы не хорошая реакция остальных. Женщины, возглавляемые Веней, бросились со спины на Сергея, схватили его за руки и оттащили от художника.
— Прекратите это безобразие! — донеслось откуда-то сверху. — Устроили настоящий притон!
Все подняли головы, но никого не увидели. Неизвестная женщина, решительно выступившая за порядок в родном подъезде, хорошо маскировалась.
— Детей страшно из дома выпускать! — выкрикнула она из недр своего этажа. — Но ничего: мы разгоним вашу «малину», найдем управу! Сейчас дежурный наряд приедет!
Связываться с милицией не хотелось никому. Сергей стряхнул с себя ослабшие женские руки и быстро покинул подъезд. Веня с Инной по стеночке, чтобы не сильно светиться перед строгой блюстительницей порядка, отправились прятаться в Женькиной квартире. Люба, Варя и Валентин скрылись в мастерской.
— Ну вот, — недовольно сказал художник, — теперь я же во всем виноват окажусь. Такое местечко хорошее. Вдруг лишат аренды? И муж ваш… Нервный какой-то. Он же мог мне руки повредить. Как бы я работать стал? Зачем вы на меня наговариваете?
— Я думала, что для вас комплимент — считаться моим любовником, — нагло парировала Варя. — Вы разве не понимаете? — ей сразу стало стыдно. — Обстоятельства вынудили. Так получилось. Спонтанно.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
— Ладно, — Валентин оказался отходчивым, — продолжим трапезу, что ли? Все равно вам рано еще домой возвращаться. Пока ваш муж вещи соберет…
От этих слов, произнесенных вслух, Варе сделалось так горько, будто внутри сорвалась главная пружина, державшая ее уже несколько часов. Она успела подумать, что страх неизвестности, с которым приходилось жить последние месяцы, разрушает человека больше, чем знание. Теперь наконец все встало на свои места. Она зажмурилась, но слезы, прорвав границу, хлынули из глаз, полились по щекам, закапали на светлую кофточку. Носовой платок как назло нигде не нащупывался.
— Держи, — сунул Варе в руку стакан и кусок своей отвратительной рыбы Валентин. — Помогает…
— Такой стресс, — помотала головой Люба, — чего нам, женщинам, только не приходится переживать.
Глава шестнадцатая
С Новорязанского шоссе Сергей свернул направо и уперся в шлагбаум. Добродушная пожилая женщина спросила:
— Вы в какой клуб?
— Еще не решил, — ответил Сергей и протянул ей сторублевую купюру.
Шлагбаум открылся.
На огромной территории бывшего ДОСААФа вдоль бетонной полосы разместились павильончики, сделанные из модульных сборных конструкций. В них и находились администрации многочисленных авиационных клубов. На открытых стоянках отдыхали самолеты и вертолеты. Даже непрофессионал по внешнему виду техники мог сразу определить, какой из клубов дороже, а какой дешевле.
Сергей залюбовался маленькими, просто игрушечными машинами явно импортного производства — то ли итальянскими, то ли швейцарскими. Бело-голубые, чистенькие, двухместные, они напоминали стрекоз, и было непонятно, как им удается держаться в воздухе. В аккуратный французский вертолет садились два человека — инструктор и начинающий пилот. Сергей определил это по решительности первого и неуверенности второго.
Он зашел в павильон. За стойкой стояла девушка, которая могла бы блистать на подиуме, с мобильным телефоном последней модели в руке. В обтягивающих джинсах и майке, с открытым животом, огромным количеством бижутерии и яркой косметикой на лице, она хорошо понимала, какое впечатление производит на незнакомых мужчин.
— Хотите полетать? — обратила она свой взор на Сергея.
— Я в первый раз, — сказал он.
В окно Сергей увидел, как у павильона затормозил кабриолет-«порше» с двумя джипами сопровождения. Да, народ тут собирался непростой. Через секунду люди из кабриолета уже стояли около стойки, и девушка-модель радостно их приветствовала.
— Посмотрите пока каталог, — вспомнила она о Сергее и сунула ему в руки буклет.
В приемной стояли мягкие кожаные диванчики, какие можно увидеть в любой преуспевающей фирме. Дорогие глянцевые журналы, каталоги от дилеров самых крутых иностранных автомобильных марок предназначались для развлечения тех, кто ожидал полета. Сергей подумал, что рынок самолетов только зарождается, но вполне вероятно, что скоро это станет таким же привычным делом, как машины на дорогах.
Он решил заглянуть в другие клубы, сравнить цены.
У соседей все было дешевле и проще. Один из пилотов-инструкторов предложил ему кофе, печенье и подробно рассказал о преимуществах советских самолетов пятидесятилетней давности, которые входили в парк их клуба. Сергей слушал и думал про себя, что летает этот металлолом наверняка на одном крыле, на честном слове. Но парень был симпатичным, влюбленным в малую авиацию, обижать его не хотелось. Сергей пообещал завтра обязательно опробовать так расписываемый им ЯК-18Т и честно признался, что сегодня хочет начать все-таки с новенького импортного самолетика. Если парень и обиделся, то виду не подал.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
Девушка-модель болтала по своему навороченному мобильнику.
— Вернулись? — узнала она Сергея. — И правильно. Лучше наших самолетов здесь нет.
