Ната замолчала. А я думала о том, что с ней произошло. И меня начинало тошнить, стоило представить ужасающие картинки. Как он мог? А мог ли? Не слишком ли быстро я сдалась?
Или мне просто давно был нужен повод, чтобы подтвердить свои догадки о жестокости Абрама?
Выбора нет. Я больше не могла здесь находиться. Мне хотелось сбежать. Подальше от этого человека. Мне хотелось спрятаться так, чтобы никогда не нашел. А если бы и нашел… То точно бы не смог забрать с собой.
Я резко повернулась к Нате и схватила ее за руку. Сжала запястье и тихо прошептала, словно боялась, что Абрам может услышать. И пусть он находился за сотню километров от меня. Страх намертво поселился в душе, а слова Наты тяжелым камнем придавили его.
— Помоги мне… Помоги мне сбежать. Умоляю тебя, — я чуть ли не плакала. Я готова была умолять ее, встать на колени, лишь бы помогла, лишь бы спасла. — Все, что хочешь сделаю. Прошу, помоги, Ната. Кроме тебя мне не к кому обратиться.
Несколько секунд девушка смотрела мне в глаза. А потом кивнула.
— Хорошо, я помогу тебе… Но, — Ната подняла вверх указательный палец, — но ты должна слушаться меня во всем. Иначе у нас ничего не получится. И получим обе. Поняла?
Я кивнула. Слабый луч надежды затрепетал на горизонте моего будущего. Боже, неужели у меня еще есть шанс? По глупости своей я даже не задумывалась о том, что будет дальше. Как и где я буду жить. Я была просто ослеплена своей идеей фикс.
— Поняла, — я кивнула и еще раз сжала ладонь Наты, — спасибо…
— Еще рано благодарить. Если действительно хочешь спасти свой зад, то нужно бежать прямо сейчас. Иначе… Возможно, именно сегодня идеальный шанс. Вдруг Абрам больше не будет так надолго уезжать? Надо бежать. Сейчас. Ты готова?
— Готова, — тихо сказала я, а слово прозвучало словно выстрел в голове.
А дальше словно в тумане. Ната вела меня какими-то окольными путями, постоянно оглядывалась и поторапливала меня. Мы пробрались в огромный гараж, где стояло около сотни разным марок машин.
Одну из них Ната и решила одолжить. Как она сказала. Именно тогда начались странности, на которые я должна была обратить внимание. Я была просто ОБЯЗАНА обратить на это внимание. Но не сделала этого.
Просто идиотка. Таких свет еще точно не видывал. Я сама себя загнала в капкан. Сама виновата в том, что произошло дальше.
— Садить на заднее сиденье, — приказала мне Ната, открывая замки. — Так будет проще тебя вывезти отсюда.
Это мне показалось логичным. Хотя все окна были затонированы, так что особой разницы, где сидеть, я не видела, но спорить не стала. Я ведь обещала слушать.
Я послушно села на заднее сиденье. Но тут же замерла, когда почувствовала чье-то присутствие. Рядом кто-то сидел.
Я обернулась и увидела незнакомого мужчину, который тут же набросился на меня, прижимая какую-то тряпку к моему лицу. Я попыталась закричать, но мужская ладонь сильно давила на рот, расплющивая губы. Больно. И страшно.
А потом я почувствовала давление на шее: кто-то еще был здесь. И этот кто-то еще воспользовался моей беспомощностью и накинул на шею веревку.
На меня давили со всех сторон. А я думала о Нате: где она? Все ли с ней в порядке?
И что это за люди? Их лица мне были незнакомы. Но ответа я не получу.
Мне было тяжело дышать, казалось, что я вот-вот лопну. Слезы, не переставая, катились из глаз. Было просто невыносимо больно.
А я даже не сопротивлялась. Слабачка. Какая же я слабая…
Постепенно тьма забирала меня к себе, а перед тем, как потерять сознание, я услышала тихий шепот Наты:
— Прости…
42
Я не знала, когда именно все пошло не так. Возможно, в моей судьбе наступил переломный момент, когда в моей жизни появился он. Завоеватель и диктатор. Для него я была просто чужая, пыль под подошвой его военных сапог. Потом стала женой. Но изменилась ли моя роль? По сути нет.
В нашем мире женщина — это всего лишь ресурс. Источник детей и удовольствия.
Я никогда не была довольна порядком, который царил в моей стране. Вечно воюющей стране. Здесь процветает самый ад. Люди потеряли свои человеческие обличия. Власть — вот главный источник зла. Людей воруют, продают в рабство, коррупция, убийства, насилие… Страшно выйти на улицу. И тебе повезло, если у тебя появится защитник…
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
У меня он был.
Но была ли я в безопасности с ним?
Раньше я сомневалась… Но теперь я пожалела, что сбежала от мужа.
Теперь даже он не спасет меня.
Меня всю трясло: и я не знала, от ледяной воды, которой меня облили, чтобы я вымылась, или от страха, который сковывал мое полуобнаженное тело.
Я знала, что меня ждет впереди. Знала, но не смогла смириться. И ничего не могла сделать.
Меня подставили. Жестоко подставили. И так, от которой я этого совсем не ожидала. Я ей доверилась. А она? Я думала, что помогаю ей, а она вонзила нож мне в сердце. Ната. Как же ты могла? Как? И самое главное… За что? Я же была добра к ней. Я же хотела, как лучше… Но больше всего меня интересовало, по чьему приказу действовала Ната?
Оставалось только догадываться. Но сейчас мне было немного не до этого.
Я очнулась от резкого толчка. Застонала и свернулась в клубок. Было темно. Где я? Этого я не понимала. А потом я прислушалась: сначала я услышала гул мотора. Меня куда-то везли… А потом я поняла, что была в кузове совершенно не одна. Тихие стоны и всхлипы доносились отовсюду. И от этого становилось еще хуже: надежда, что это глупый и жестокий розыгрыш, таяла с каждой секундой. Надо бы попытаться поговорить с другими девушками, но я понимала, что ничего не смогу добиться от них. Сомневаюсь, что они знали больше, чем я. Да и не уверена, что у меня хватило бы сил заговорить. Слишком я была слаба.
Каждая яма, которую не объезжал автомобиль болью отзывалась в теле. А у меня болело все: горло (после того, как меня души), болел рот и голова. А тело казалось тяжелым, словно до этого меня несколько часов хорошо попинали.
Не знаю, сколько нас везли, но в кой-то веки автомобиль остановился. Я замерла и перестала плакать. Я загнала страх поглубже. Главное сейчас сосредоточиться на другом. Мне нужно было как-то защитить себя.
Нас грубо вытащили из кабины, а потом потащили в сторону трехэтажного серого здания, построенного в глуши. Нас чуть ли не пинками гнали в сторону нашей будущей могилы (по-другому и не скажешь). Бедные девушки (кто-то даже был практически обнажен) плакали, но послушно шагали вперед.
Внутри воняло сыростью. И этот запах напомнил мне мою прошлую жизнь. Хоть умирать будет не так страшно…
Нас разделили на группы по четыре человека, и потом по очереди заводили в кабинет.
Я не была в первой группе, и от этого я была готова рвать на себе волосы. Нет, не от нетерпения. А от неизвестности. Меня всю трясло, и я была готова вот-вот потерять сознание.
И именно в этот момент в моей голове произошел щелчок: произошла гениальная подстава. И не только моя, но и Абрама. А я идиотка. Сама виновата. Развесила уши, поверила в первые попавшиеся слова. Но об этом рано жалеть. Никто не спасет. И ничто исправить уже нельзя. Я просто хотела найти очередное доказательство, какой Абрам плохой. Но он успел сделать для меня и много хорошего. Но почему тогда я поверила Нате?
Я, можно сказать, предатель.
В том кабинете было несколько мужчин, двое из них сидели за столом, переговаривались и нас практически не обращали внимание. Один осматривал девушек. Он трогал грудь и бедра девушек, рассматривал их лица и рот. А потом одобрительно кивал.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
Дошла очередь и до меня. Мужчина грубо схватил меня за челюсть, повертел голову в разные стороны. И скривился. Да, красавицей я точно не была. Затем грубые руки схватили меня за грудь, бедра и больно сжали. Я скривилась. Больно. И унизительно.
Затем нас повели в душевую, где заставили раздеться. Нас облили ледяной водой, заставляя мыть свою грудь и промежность. Многие девушки плакали. Но я держалась из последних сил. Если заплачу, то окончательно сломаюсь. И тогда не выживу.
