Западные районы Советского Союза самой природой созданы для того, чтобы вести тут партизанскую борьбу на коммуникациях агрессора, который пойдет на восток. Создал ли Сталин легкие подвижные отряды, оставил ли их в лесах? Да, Сталин создал такие отряды. Они были созданы еще в 20-х годах. В одной только Белоруссии в мирное время существовало шесть партизанских отрядов численностью по 300–500 человек каждый. Небольшая численность не должна смущать. Отряды комплектовались только командирами, организаторами и специалистами. Каждый партизанский отряд мирного времени — своего рода ядро, вокруг которого в самом начале войны создается мощное формирование численностью в несколько тысяч человек.
Для партизанских формирований в мирное время в непроходимых лесах и на островках среди бескрайних болот были созданы тайные базы. В мирное время были построены подземные убежища, госпитали, склады, подземные мастерские для производства боеприпасов и вооружения. В одной только Белоруссии для возможной партизанской войны в подземные тайники было заложено вооружения, боеприпасов и снаряжения для 50 000 партизан.
Для подготовки партизанских лидеров, организаторов и инструкторов были созданы тайные школы. Секретные научно-исследовательские центры разрабатывали специальные средства партизанской войны, особое снаряжение, вооружение, средства связи. Партизаны регулярно проходили сборы, причем в качестве противника обычно выступали дивизии Осназ НКВД.
Помимо партизанских формирований готовились небольшие подпольные группы, которые в случае агрессии не уходили в леса, но оставались в городах и селах, с задачей «входить в доверие к противнику» и «оказывать ему содействие», а войдя в доверие…
Такая же работа проводилась не только в Белоруссии, но и на Украине, в Крыму, в Ленинградской области и в других районах. Помимо деятельности тайной полиции точно такую же работу параллельно, но совершенно независимо от НКВД, вела советская военная разведка: оборудовались тайные базы, убежища, секретные квартиры и явки, готовились линии конспиративной связи и делалось многое, многое другое. Советская военная разведка имела свои собственные тайные школы, своих организаторов и инструкторов.
Помимо НКВД и военной разведки коммунистическая партия готовила некоторых своих лидеров в западных районах страны к переходу на нелегальное положение в случае захвата территорий противником. Традиции подпольной деятельности в 20-х и 30-х годах были сохранены, и партийные организации в случае необходимости могли вновь превратиться в глубоко законспирированные центры тайной борьбы.
Не забудем, что партизанские отряды создавались в т. н. «зоне смерти» — в советской полосе обеспечения, где при отходе советских войск все мосты должны быть взорваны, тоннели завалены, железнодорожные узлы приведены в полную негодность, стрелочные переходы и даже рельсы и телефонный кабель — эвакуированы. Партизанам оставалось только не допустить восстановления уже разрушенных объектов. Партизаны были почти неуязвимы, ибо партизанские лидеры знали проходы в гигантских минных полях, а противник этого не знал; партизанам не составляло труда в случае необходимости уйти от любого преследования в минированные леса и болота, куда противнику не было ходу.
Предвижу, что кое-кто тут же потребует от меня документального подтверждения всего вышесказанного. А вот не стану я ничего подтверждать, потому как вся предыдущая главка составлена из пространных цитат из 8-й и 11-й глав «Ледокола». С целью небольшой мистификации я просто не поставил кавычки.
Как видите, сам Владимир Богданович достаточно подробно описывает масштабные оборонительные мероприятия в СССР, проводимые на протяжении многих лет. Однако из всего этого он делает только один вывод — раз с осени 1939 года всю эту систему обороны начали ломать, значит, Сталин больше не собирался обороняться. Только ведь напрашивается и другой вывод — раз до осени 1939 года эта система создавалась и совершенствовалась, значит, Сталин в это время собирался именно обороняться. Впрочем, Владимир Богданович в той же главе пишет об этом открытым текстом: «Линия Сталина», полоса обеспечения перед нею и партизанские отряды, готовые с первой минуты действовать в зоне разрушений, — они составляли великолепную систему самозащиты Советского Союза».
Теперь задаем вопрос: от кого же собирался защищаться Сталин? Понятно, что не от Гитлера, потому как все вышеописанные мероприятия начали проводиться задолго до его прихода к власти. Да и вообще, если бы Сталин опасался каких-то каверз со стороны Германии, проще было бы оставить ее такой, какой она была в начале 20-х. То есть не создавать «Ледокол Революции». Так против кого же должна была действовать эта «великолепная система самозащиты»?
Пока оставим этот вопрос без ответа. Но попробуем сопоставить то, что написал В. Суворов в «Ледоколе», с тем, что он же написал в «Дне М»:
«Теперь представим себя в гулких коридорах штаба РККА где-нибудь в 1925 году. Перед стратегами стоит задача подготовки новой мировой войны с целью, как выражался товарищ Фрунзе, «завершения задач мировой революции». Задача стратегам поставлена непростая: учесть ошибки всех армий в начальном периоде Первой мировой войны и подготовить новую войну так, чтобы государство не разорить, противника не вспугнуть и чтобы армию развернуть такую, удар которой будет и внезапным, и сокрушительным. И был разработан принципиально новый план вступления в войну». («День М». Гл. 9.)
Все пять пунктов этого принципиально нового плана я привел выше. Легко убедиться, что строительство «Линии Сталина», создание полосы обеспечения, подготовка партизанской войны никак не могут быть его частями. Более того, они просто противоречат ему, потому что, как нам поведал В. Суворов, непосредственно перед началом «освободительного похода» пришлось все это разрушать и уничтожать.
Напрашивается вывод, что «план подготовки новой войны» сам по себе, а оборонительные мероприятия 20–30-х годов сами по себе. Но тогда придется признать, что в СССР было два Генштаба, один из которых составлял планы завоевания всего мира, другой же занимался планами обороны от неведомого противника. Причем друг с другом эти два Генштаба никак не пересекались.
Ну ладно, про два Генштаба я пошутил, но, надеюсь, понятно, что с предвоенным планированием в СССР не все обстояло так однозначно, как нам рисует Владимир Богданович. Был какой-то вариант, при котором СССР пришлось бы обороняться. Точнее говоря, наше руководство полагало, что такой вариант существовал.
Попробуем соединить вместе все, что мы выяснили на данный момент: в 20-е годы в СССР проводились такие чисто оборонительные мероприятия, как подготовка партизанской войны. Ни о каких мероприятиях, направленных на агрессию, в это время Владимир Богданович нам не сообщает. То есть в 20-е годы СССР явно собирался обороняться.
В начале 30-х появились первые признаки подготовки агрессии (разработка и принятие на вооружение танков БТ), однако оборонительные мероприятия не прекращались (строительство «Линии Сталина» и полосы обеспечения перед ней). Получается, что Сталин еще не был уверен, удастся ли ему ударить первым или все же придется обороняться.
Наконец в конце 39-го начинается слом всей прекрасно подготовленной «системы самозащиты», но в это же самое время начинается и разрушение прекрасно подготовленного «механизма агрессии».
Согласитесь, что картина достаточно странная, и в рамках теории В. Суворова объяснения ей не находится. Но если к тому, что написал Владимир Богданович в своих трудах, добавить то, о чем он умолчал, все становится предельно ясным.
Таким расширенным толкованием трудов В. Суворова мы займемся позже, а сейчас займемся четвертым пунктом великого сталинского плана мировой революции.
Глава 15
ПОЧЕМУ ГИТЛЕР НЕ ВЕРИЛ СТАЛИНУ
Гитлер… вдруг понял, что терять ему нечего, все равно у Германии не один фронт, а два, и начал воевать на двух фронтах.
В. Суворов. «Ледокол»1
Выше мы вчерне рассмотрели два пункта великого сталинского плана мировой революции и установили, что поскольку пятый пункт выполнен не был (Гитлер летом 41-го отнюдь не увяз в войне с Западом), выполнить решающий шестой пункт (ударить Гитлеру в спину) было невозможно. Однако пятый пункт оказался не выполненным прежде всего потому, что не выполнен был четвертый пункт — всячески усыпить любые подозрения Гитлера относительно намерений СССР. Сталину не только не удалось усыпить подозрения Гитлера, но Гитлер сумел разгадать сталинский план и нанести упреждающий удар.
И опять у нас не сходятся концы с концами. Сталин настолько хорошо замаскировал свои намерения, что их никто не мог понять не только в те годы, но и на протяжении следующего полувека. Понадобился гений Владимира Богдановича, чтобы вскрыть страшные планы порабощения всего мира. А тут какой-то недотыка Гитлер (В. Суворов убедительно доказал в «Самоубийстве», что Гитлер был полным ничтожеством, совершенно не разбиравшимся ни в чем) проникает в тайные планы гениального Сталина.
