этого момента между двумя группами наладится «гораздо более интенсивное и продуктивное сотрудничество»[348].
В следующем году из голливудских фильмов было исключено большинство упоминаний о евреях. Адольф Цукор, глава Paramount, пообещал, что в фильме Сесила Б. Демилля «Крестовые походы» (The Crusades) «евреи не будут упоминаться ни в какой форме»[349]. RKO согласилась превратить безжалостного еврейского бизнесмена в фильме «Успех любой ценой» (Success at Any Price) в нееврея[350]. Twentieth Century удалила еврейских персонажей из своей картины «Рожденный быть плохим» (Born to Be Bad)[351]. А Луис Б. Майер отменил «Венецианского купца» (The Merchant of Venice) и картину о распятии Христа под названием «Два вора» (Two Thieves). «Мы не должны опасаться за результат, – писал Льюис, – поскольку M.G.M. всегда демонстрировала настрой на сотрудничество»[352].
Тем не менее Гутштадт не был полностью удовлетворен. После болезненной ситуации с фильмом «Дом Ротшильдов» он хотел избавиться от всех возможных упоминаний о евреях. «Избегать явно проеврейской пропаганды в кино так же необходимо, как и устранять недостатки антисемитских фильмов», – писал он[353]. В течение года его письма становились все более радикальными. Он писал Льюису об иностранных кинолентах, короткометражках и мультфильмах, а затем начал писать о фильмах, не имеющих никакого отношения к евреям, потому что, как он выразился, «нельзя предугадать, что может появиться в Голливуде»[354].
Вскоре усилия Антидиффамационной лиги привели к более значительным последствиям. На сцену и на радио стали все реже приглашать комиков с характерным акцентом. В Голливуде актеры, играющие роли евреев, остались практически без работы[355].
И вот евреи, некогда столь заметные в американской культуре, внезапно пропали. Один из исследователей отмечал: «Величайшим еврейским феноменом в нашей стране за последние двадцать лет стало почти полное исчезновение евреев из американской художественной литературы, театра, радио и кино»[356]. Все это произошло во многом из-за «Дома Ротшильдов». Фильм привел к большим переменам, но вскоре он нанес еще один удар.
Когда «Дом Ротшильдов» вышел на мировые киноэкраны, он сразу привлек особое внимание нацистов. Еще в мае 1934 года, в разгар проката этого фильма, немецкий посол в Лондоне и немецкий консул в Сиэтле с интересом посмотрели его. Оба отметили, что евреи в фильме изображены двояко. Посол в Лондоне указал на то, что картина проводит нежелательные параллели с ситуацией в Германии и в то же время показывает «низменную страсть евреев к наживе». Он продолжал: «В фильме подчеркивается, что они используют свою финансовую власть для достижения свободы, но выглядит это неубедительно»[357]. Консул в Сиэтле сделал аналогичное замечание и заключил, что фильм запретят в Германии. Он был не совсем прав[358].
28 ноября 1940 года в кинотеатрах Третьего рейха состоялась премьера нашумевшей пропагандистской киноленты «Вечный жид» (Der ewige Jude). Этот документальный фильм о «проблеме мирового еврейства» был выпущен одновременно с первыми депортациями евреев в Восточную Европу. Он начинался с противопоставления арийской предрасположенности к труду и присущей евреям склонности жить за счет чужой работы. Внешне последние часто выглядели как все остальные. Но, согласно фильму, их внутренняя природа заставляла их давать взаймы, совершать бартер и торговать, и во времена правления Александра Македонского они, как крысы, распространились по всей Европе. Они стремились занять самые прибыльные места, становясь все богаче и богаче, и в начале XIX века несколько евреев приобрели международную власть[359].
В этот момент – через двадцать минут после начала фильма – диктор «Вечного жида» сделал объявление. «Здесь мы показываем сцену из фильма о семье Ротшильдов. Он был снят американскими евреями, очевидно, в знак уважения к одному из величайших имен в еврейской истории. Они чествуют своего героя в типично еврейской манере. Их восхищает то, как старый Майер Амшель Ротшильд обманывает принимающее его государство, притворяясь бедным, чтобы не платить налоги».
И вот она: оригинальная сцена из «Дома Ротшильдов» с точными немецкими субтитрами. Нацисты сняли собственный художественный фильм о семье Ротшильдов всего несколькими месяцами ранее, но не стали использовать его здесь[360]. Американская версия показалась им гораздо более эффективной и зрелищной. В приукрашивании не было необходимости: они просто показали зрителям этот отрывок. Когда в кадре появился Майер на смертном одре, диктор единственный раз вмешался: «Передача денег с помощью чеков не была еврейским изобретением, и они не совершенствовали ее на благо человечества. Они пользовались ею лишь для того, чтобы заполучить международное влияние на те страны, чьи гостеприимные нации приняли у себя евреев».
Следующая сцена не требовала пояснений. Старый Майер Амшель взял с сыновей обещание, что они будут поддерживать друг друга, и рассказал им о власти, которую они вскоре обретут. Сцена была оборвана так, чтобы в конце не прозвучала фраза о еврейском достоинстве. На протяжении многих лет «Вечный жид» осуждался как один из самых отвратительных примеров нацистской пропаганды. Но картина была немыслима без «Дома Ротшильдов». Кадры с Майером Амшелем придали структуру тому, что в противном случае было бы нагромождением обычного нацистского антисемитизма. Первые двадцать минут документального фильма показывали «природную» ловкость еврея в обращении с деньгами. Затем следовал образ Майера Амшеля, воплощавший «реальную» угрозу: самые богатые евреи захватывают мир. Диктор объяснил эту мнимую связь. «История семьи Ротшильдов – далеко не единственный пример. Евреи используют эту тактику, чтобы захватить рабочего человека в свою сеть финансового влияния… К началу двадцатого века они захватили все перекрестки мирового финансового рынка. Евреи являются международной силой. Хотя они составляют всего один процент населения Земли, их капитал позволяет им терроризировать весь мир: биржи, общественное мнение и политику».
Выход был только один. В кадре появился верховный авторитет по еврейскому вопросу, Адольф Гитлер, и прозвучал отрывок из его речи перед рейхстагом 30 января 1939 года. «Если международная клика евреев-финансистов внутри и вне Европы втянет людей в новую мировую войну, – сказал он, – то результатом будет не победа еврейства, а уничтожение еврейской расы в Европе».
5 декабря 1930 года, в день, когда нацисты сорвали берлинский показ фильма «На Западном фронте без перемен», родилось одно из самых необычных дипломатических соглашений двадцатого века. В результате беспорядков немецкое правительство заявило голливудским студиям, что они могут вести бизнес в Германии только в том случае, если ни одним из своих фильмов не нанесут ущерба немецкому престижу. На первых порах это означало, что студиям следует отказаться от съемок картин, искажающих немецкий опыт мировой войны. Затем, когда к власти пришел Гитлер, это означало, что они не могут снимать
