В кадре тем временем пересчитывают какие-то папки-скоросшиватели, руки неизвестного следователя показывают нам бумагу с надписью «простой вексель».
Вот справедливость, смотрите, она торжествует! Акции, векселя, земельные участки с загородными домами, гаражами и бассейнами, учредительная документация, долговые обязательства – все это возвращается государству по мировому соглашению, утвержденному арбитражным судом Московской области, комментатор не скрывает радости.
В кадре на мгновение мелькнул тот самый розовый дом с пихтами на лужайке – очень похожий на тот, где еще пару лет назад беззаботно прогуливалась Жанна Буллок, не скрывая своего баснословного состояния. Вот еще бассейн, винный погреб. «Различные фирмы сами признали незаконность владения этим имуществом», – говорит голос за кадром.
Но к чему же тогда цирк с разбиванием сейфа кувалдой? Телевизионщики вместе со следователями, должно быть, и правда считают зрителей глупыми людьми, неспособными самостоятельно сопоставить слова «мировое соглашение» с тем, что увидели на экране.
Но чего не сделаешь ради красивой картинки, призванной проиллюстрировать полную и безоговорочную победу оперативников ДЭБа над сбежавшими за границу Кузнецовым и Буллок.
Но хеппи-энд какой-то неоднозначный. Дело в том, что бравые милиционеры не имели никакого отношения к возврату «украденных активов». МОИТК получила активы «РИГрупп» в тишине зала арбитражного суда.
Но надо же правоохранительным органам показать, что они стоят на страже интересов бюджета. Ведь они довольно давно расследовали уголовные дела по подозрению мошенничестве в отношении Буллок, Кузнецова и Носова, а также их подчиненных. При этом кроме посаженного в СИЗО бывшего замминистра финансов Подмосковья, им, в общем-то, нечем похвастаться. А тут такой повод.
Оставалась одна загадка: откуда взялась цифра в 25 млрд рублей? Во столько департамент экономической безопасности МВД оценил те активы, которые достались обанкротившейся МОИТК от компании «Росвеб-Телеком». Именно на ее балансе находились остатки активов «РИГрупп». С помощью этой сделки «Росвеб» должен был компенсировать полуторамиллиардный долг подмосковной «дочке». Но после перехода активов к подмосковной компании оперативники внезапно обнаружили, что они стоят в 20 раз дороже, чем ранее предполагали управляющие из ОРСИ.
По странному стечению обстоятельств, именно в такую сумму Следственный комитет при Прокуратуре оценивал ущерб бюджету, нанесенный деятельностью Кузнецова, Носова и иже с ними. В ДЭБ говорили, что проводили оперативные мероприятия по просьбе СКП. Возможно, и сумму ущерба они взяли прямо из уголовного дела, не сопоставляя реально переданные активы с тем, что написано на бумаге.
Даже у беглого министра финансов Кузнецова куда более скромные оценки состояния его жены. В интервью он говорил, что до прихода ОРСИ активы «РИГрупп» в России стоили примерно 10 млрд рублей. При этом у компании остались также долги нескольким банкам в размере около 5 млрд рублей. И банки все еще надеялись вернуть их через суд.
Как же получилось так высоко оценить руины компании Буллок? Чтобы понять это, надо заглянуть в мировое соглашение с «Росвебом».
По нему компания возвращала МОИТК 2,7 млрд рублей деньгами, а остальные 1,5 млрд – активами. Далее следует список богатств, оставшихся от «РИГрупп», на 20 страницах. Он может поразить воображение человека, не знающего, что произошло с компанией.
Основу передаваемого имущества составляют разного рода облигации, векселя и права требования на взыскание долгов с «дочек» «РИГрупп», которые не подают признаков жизни.
Посмотрев на этот длинный перечень долгов, я, кажется, поняла, каким образом можно насчитать 25 млрд возмещенного ущерба, чтобы у следователей сошелся дебет с кредитом. Надо просто оценить все долги мертвых компаний по номинальной стоимости, как будто это идеальные заемщики, аккуратно возвращающие все кредиты. Притянуто за уши?
Но это очень характерная модель поведения для наших правоохранительных органов. Однажды я писала материал про добычу изумрудов на единственном в стране месторождении в Свердловской области. Помимо легальной добычи там с советских времен процветала нелегальная: в отвалах горной породы люди искали и находили неплохие зеленые камушки.
Но из-за того что самовольная добыча драгоценных камней незаконна, их часто ловили милиционеры. Сотрудники правопорядка также не давали спокойной жизни местным любителям самоцветов. Люди в погонах регулярно приходили в музеи камня, чтобы улучшить статистику раскрытия преступлений, связанных с незаконным оборотом драгоценных камней.
Помимо статистики им нужен был масштаб – чтобы в газетах про них написали. Эффект достигался просто. Изымали они, допустим, у коллекционера изумруд. Сам камушек был маленький, но находился в куске горной породы. Чтобы оценить нанесенный государству ущерб, милиционеры клали на весы этот булыжник с изумрудиком, потом умножали его общий вес на рыночную стоимость самых дорогих ограненных камней. Вот и получался миллиардный улов.
В случае с наследством Буллок и Кузнецова ДЭБ, вероятно, действовал также. МОИТК передали 1 097 177 облигаций первой компании «Спецстрой-2», по которым компания допустила дефолт еще в 2009 году – оперативники могли оценить их по номиналу в 1000 рублей за штуку. Получилось бы немало. Но с таким же успехом можно написать на бумажке слово «миллиард», положить ее себе в карман и на этом основании считать себя миллиардером. Это действительно поднимает самооценку, вот только богаче от этого никак не стать.
МОИТК также достались доли в компаниях «РИГрупп». У них было немало земельных участков в разных районах Подмосковья, ряд инвестиционных договоров на строительство объектов, сроки которых уже истекали. На компанию «Мособлфильм» были записаны кинотеатры. На саму «РИГрупп» – несколько десятков земельных участков, промышленные помещения и права требования долгов с ее «дочек». На «Трансавто» – несколько отечественных авто и трактор, а также десять новых квартир во Фрязино. На компанию «С-Клаб» – злополучные участки в районе Яхромы. Некоторые из них относились к охраняемым территориям.
У большинства этих активов имеется существенный недостаток – наложенный арест. Их арестовали в рамках расследования уголовных дел в отношении бывших руководителей области и МОИТК. Это означало, что продать их для оплаты долгов МОИТК сейчас нельзя. Квартиры во Фрязино принадлежали компании по предварительному договору долевого строительства от 2009 года. Сейчас дом уже достроен, и жилье в нем стоит вчетверо дороже. Возможно, право на квартиры также придется доказывать в суде.
По мировому соглашению МОИТК также достались пятнадцать иномарок 2007 года, самой представительной из которых можно считать черный Infinity M35 Elite. Но весь этот автопарк все равно не тянул на миллиарды.
Главный должник России
А ведь МОИТК, равно как и области, нужны были не победные реляции силовиков, а «живые» деньги, которые она могла бы пустить на оплату долгов. В декабре 2010 года федеральный Минфин составил рейтинг финансового положения регионов России и качества управления их финансами.
Стоит ли говорить, что Московская область плелась в конце? Основная проблема региона – беспрецедентный уровень долговой нагрузки. В 2009 году на платежи по кредитам уходило 74% от доходов бюджета. Самый высокий показатель в стране. Обычно эта цифра колеблется в районе 20%. Что это значит? А то, что вместо социальных программ, поддержки малоимущих область раздавала долги.
Все, что она могла собрать в виде налогов с местных предпринимателей, построивших торговые центры вокруг МКАДа, со своих жителей, работающих преимущественно в более богатой Москве, уходило на оплату ошибок чиновников.
По данным на 1 января 2011 года государственный долг области составлял 147 млрд рублей. Впрочем, за год он сократился почти на 20 млрд рублей – область в основном гасила кредиты банкам, в том числе и иностранным, отдавала долги по облигациям и гарантиям, предоставленным регионом по чужим долговым обязательствам.
Зато объем бюджетных кредитов в 2010 году только рос. За год область привлекла еще около 22 млрд рублей из бюджетов разных уровней, увеличив общий объем до 50 млрд рублей. В основном речь шла о вливаниях из федерального бюджета.
Минфин понимал, что не стоит загонять область в долговую яму. Невыплаченные иностранным банкам кредиты могут негативно отразиться не только на репутации региона, но и страны в целом. Несмотря на то что в кризис перестала пускать на порог представителей мировых рейтинговых агентств, ситуация с долгами в ней могла повлиять на кредитные рейтинги.
Западные финансисты, некогда вкладывавшие деньги в подмосковные долговые бумаги, обладают немалым весом на мировой арене. Стоит рассказать им о том, что Центральный российский регион не платит по счетам, как планы превратить Россию в международный финансовый центр станут совсем уже трудновыполнимыми.
