голос?
Я точно знаю и, черт возьми, не хочу в это верить. Просматривая стену мониторов с камер видеонаблюдения, я отмечаю каждого человека в клубе, ища единственного, кто не был в списке в моей голове.
Лена Бэлл.
Я не могу в это поверить… она агент ФБР. Черт возьми, она же начальник целого подразделения. Отдела по борьбе с организованной преступностью.
Блять. Это абсурдно, но что может быть надежнее для прикрытия криминального авторитета, чем занимать самую высокую ступень в криминальном отделе? У нее есть доступ ко всему: она знает, как и когда ускользнуть не только от правоохранительных органов, но и от проклятого ФБР. Она — само воплощение организованной преступности. Иисусе.
Я потираю лоб, будто могу сложить все кусочки головоломки в уме. Прямо сейчас у меня только те же самые фрагменты. Мне нужно больше.
— Мне нужна копия отфильтрованной записи, — обращаюсь я к Ларкину. — И мне нужен сравнительный тест. Рид, мне необходимо, чтобы ты остался здесь и отвлек федералов. У них не должно быть доступа к записям.
Требуется больше времени, чтобы разобраться в этом сплетении взаимосвязей и выяснить роль Бэлл. Какую именно роль она играет. Мне нужны веские доказательства, которые я мог бы предъявить Векслеру. Одних записей недостаточно.
Неуверенно я перевожу взгляд с экрана на Рида.
— Никто не должен иметь дел с агентом Бэлл. Ни при каких обстоятельствах. Особенно в одиночку.
Смысл того, что я говорю, постепенно доходит до них.
Рид пристально смотрит на меня.
— Сэди и Эйвери должны знать.
— Я разберусь с этим, — заверяю его я. — Но никто не должен передавать информацию по телефону. Слишком рискованно. — Затем одна деталь встает на место. Я поворачиваюсь, чтобы уйти. — А пока веди себя так, будто мы ничего не знаем.
Что не должно составить труда. Что, черт возьми, мы на самом деле знаем? Что агент Лена Бэлл устроила незаконный аукцион, заявив, что она Альфа? Делает ли это ее сообщницей, козлом отпущения, как МакГрегора, или лидером группы?
Я уже спускаюсь вниз по лестнице, когда подношу телефон к уху. Сэди отвечает.
— Где Эйвери? — спрашиваю я.
— В лаборатории. А что?
Мое сердце колотится в груди.
— Ладно. Хорошо. Привези ее в клуб. — Эйвери была права. Сейчас самое безопасное место, где она может быть, это рядом со мной.
— А что насчет преступников? — спрашивает Сэди, и я слышу неуверенность в ее голосе.
— Новая информация в приоритете. Уходи сейчас же, — я заканчиваю разговор, чувствуя, в кои-то веки, что мы двигаемся в нужном направлении. На этот раз мы не противодействуем, а реагируем. И можем перейти в наступление.
Я щелкаю брелоком и открываю свою машину, затем, сев на пассажирское сиденье, достаю телефон из бардачка. Тот, что Бэлл дала мне для более чем прямого контакта с ней, это была ее связь со мной.
Я пробиваю ее зашифрованный канал. Она следила за мной, так что пришло время выяснить, где она сейчас. Проследить за ней. Возможно, для Векслера будет достаточно сравнения голосов. Нам нужно связаться с кем-то за пределами подразделения Бэлл. Пусть другой федерал прочесывает ее записи, дела, связи…
Гудки идут, моя грудь сжимается с каждым вдохом. Звонок переключается на голосовую почту, и я чертыхаюсь. Я кладу трубку, когда звонит мой личный телефон.
Голос Сэди вызывает тревогу еще до того, как она успевает закончить фразу.
— Эйвери здесь нет.
— Что? Ты сказала…
— Я вышла всего на минуту… Дерьмо. Она использовала Даркнет, чтобы отправить сообщение Альфе. Я не могу поверить, что она солгала... и что я ей поверила. Подожди. Что-то не так с Карсоном, — говорит она, заставляя мое сердце биться чаще. Раздается приглушенный шум, а затем она возвращается. — Куинн, просто проезжай сюда.
Ее звонок прерывается тремя длинными гудками. Я с яростью ударяю по приборной панели. Я бил с такой силой, что у меня затрещали костяшки пальцев. Пока боль не просочилась сквозь гнев и страх, поглощающие меня.
Мою грудь все сильнее сдавливается болезненным спазмом, я смотрю вперед. Вид сквозь ветровое стекло словно издевка надо мной. Городские огни рассыпаются, как паутина, по прозрачному стеклу.
Если я снова ее подведу…
Нет. Я не могу. Я бросаю телефоны на сиденье и хватаюсь за руль. До криминалистической лаборатории всего несколько минут езды, но, черт возьми, этого недостаточно, чтобы я был готов столкнуться с правдой.
Глава 17
Заряженный
Эйвери
Боль с головокружением пробуждают меня от бессознательного состояния. К горлу подступает тошнота, рот наполняется слюной. Давление в голове пульсирует ударной волной, распространяясь вниз по позвоночнику и вспыхивая в такт огонькам, мигающим под моими закрытыми веками.
Произошедшее в мгновение промелькнуло прямо перед моими глазами, как перемотка назад. Я схватилась за руль, и машина перевернулась. Я открываю глаза и тут же закрываю их, чтобы не потерять ориентацию в пространстве.
Мир перевернулся с ног на голову.
Кашель заставляет меня собраться с мыслями, и я бросаю взгляд на агента Бэлл — Альфу. Слишком большой поток информации обрушивается на мой мозг подобно урагану. Я вытаскиваю руку из щели между дверью и сиденьем, стиснув зубы от боли, и морщусь, когда наручник впивается в запястье. Я глубоко дышу, стараясь ослабить давление в груди.
Ключ.
Запах бензина наполняет машину. Аварийные огни вспыхивают сквозь разбитое лобовое стекло. Сначала я пытаюсь пнуть дверь, чтобы сломать ручку, но каждое движение вызывает мучительную боль в конечностях.
Я придвигаюсь ближе к Лене и лезу к ней в карман. Мои пальцы цепляются за кольцо с ключами. От охватившего меня облегчения, мои движения становятся более быстрыми и резкими. Она не шевелится, пока я перебираю каждый ключ в поисках того, который освободит меня. С третьей попытки манжета расстегивается, и моя рука оказывается на свободе.
Пошевелив онемевшей кистью, мою кожу словно пронзает тысяча иголок.
Секунды тянутся, пока я обдумываю свой следующий шаг. Необходимость бежать противоречит всякой логике, но я не могу думать как жертва. Телефон. Пистолет. Я снова смотрю на Лену, принимая решение.
Чтобы это закончилось, ее нужно уничтожить. Она никогда не остановится. Лена — психопатка самой пугающей разновидности. Она построила империю на своем безумии, и до сих пор вела процветающий бизнес. Это делает ее еще более опасной.
Есть и другие жертвы.
Я протягиваю дрожащую руку к ее куртке и ищу телефон. Кровь спутывает ее волосы и стекает по лбу. У нее рассечена переносица. Я мгновенно диагностирую ее раны: сотрясение мозга. Возможно внутреннее кровоизлияние. Если она не проснется... возможно,
