не было, а в темноте этим не займешься. К счастью, девушка собрала с упавших бельевых веревок возле реки белье, а я, после того как позаботился о телах, взял несколько уцелевших шерстяных одеял. Осталось собрать палки и будет лежак.
— Не могли — должны были, — ответила Ами, помешивая воду в небольшом котелке. — И я не знаю, почему они этого не сделали. Пусть я закрылась, но ты-то не мог. Пусть ты и обычный человек, без меридиан. Пусть адские гончие не захотели соваться в огонь. Но они должны были почувствовать жизнь… Да что там… если бы воин вместо того, чтобы метать техники, просто использовал свою энергию, ауру подавления, нас бы убило. Может я бы ещё пережила давление, но ты — точно нет!
— Ты права, нам повезло, — кивнул я, не став уточнять, что вполне возможно я всё же там умер. И про обычного человека она совсем не права, по крайней мере за три дня сломанные ребра не срастаются, да и дышал я гарью куда меньше, чем Ами. — Повезло, что нас не восприняли как угрозу. Повезло, что противники были заняты защитой девчонки, и обратили на нас внимание только после того, как самодовольный толстяк умер. Что при первом ударе здоровяка с меня слетела шкура, и её подобрали селяне, отвлекая, что мы нашли укрытие которого было не видно с улицы. Много в чем повезло. Но если бы мы бросились бежать сразу — нас догнали и прикончили. Мы сделали всё, чтобы выжить. Всё, что могли.
— Но этого оказалось мало, — мрачно проговорила Ами, прижав ладонь к горлу и несколько раз глубоко вздохнув.
— Да, мало, — я снова не стал спорить с очевидным. — В эти дни я на собственной шкуре прочувствовал, что единственный шанс выжить — это стать сильнее. Стать даосом.
— До побоища я бы сказала, что это невозможно, — слабо улыбнулась Ами. — Но теперь я вижу, что твое тело переполняет энергия. Вот только оно слишком слабо. Ты не сможешь начать возвышение в таком состоянии.
— Ты можешь видеть так же как демоны-воины? — удивленно спросил я, и девушка немного замялась.
— Я… на самом деле я уже говорила, но ты просто не понял, — слабо улыбнулась Ами. — Таких как я называют «абсолют разума». Мы можем видеть потоки энергии, с легкостью запоминаем книги целиком, копируем движения… и всё это могут повторить даосы, добравшиеся до высоких ступеней. Воины могут раскрыть в себе абсолютную память. Мастера охватывают духовным зрением многие километры. Но для того, чтобы это освоить уходят годы, а у некоторых и за всю жизнь не получается продвинуться даже выше серебряного кандидата и сформировать в своем теле единственный узел.
— Прости, но сейчас ты говоришь для меня абсолютную тарабарщину, — покачал я головой. — Что за узлы? Как я могу их увидеть или создать?
— Тебе нет нужды никуда торопиться, — с улыбкой ответила Ами, погладив мешок с монетами, который прятала под подолом. — Когда мы доберемся до столицы, я обращусь к представителю дома Феникса, и нам помогут. Тебя обязательно устроят в школу нулевого пояса, возможно даже приставят наставника. Моя семья никогда не откажется помочь тому, кто спас мне жизнь.
— Ты так и не выяснила, кто тебя предал и продал, — возразил я.
— Никто из семьи не мог! — яростно сказала девушка, но под тяжелым взглядом нахмурилась и потупилась. — Не должны были. Пусть я и не чистый абсолют, но мои родители бы никогда не отправили меня на смерть просто так. Меня похитили из дворца в третьем и бросили в эту жуткую тюрьму…
— Именно. Нас бросили в тюрьму, это был приговор, — кивнул я. — Приговор, который вынес судья, а значит, либо ты что-то мне недоговариваешь, либо его подкупили.
— Это могли сделать только Тигры! — с гневом проговорила Ами. — Они стараются ослабить наш клан всеми способами, во всех поясах. Только они могли пойти на такую подлость и достаточно могущественны, чтобы подобное осуществить.
— Ты уж прости, но уверена ли ты, что твои родители на столько важны, чтобы твое похищение хоть как-то сказалось на деятельности целого клана? — осторожно спросил я, готовя спальное место. — Они бросят всё: свои обязанности, других детей, или просто пошлют кого-то тебя искать? Или это часть подковёрных игр между даосами?
— Нет, не может быть, — отчаянно замотала головой Ами. — Они бы так никогда не поступили. Пусть абсолюты разума и не такие ценные, как истинные абсолюты, и моя сестра может куда больше, но я всё же абсолют. Когда я подниму ранг до мастерского, я буду столетиями хранить секреты клана…
— А если этого не произойдет? — перебил я её. — Что для клана изменится, если у него не будет абсолюта разума в третьем поясе? Ты же говорила, что воины тоже могут освоить технику полного запоминания.
— Но то не просто техника, это… нет, — Ами вновь помотала головой, но уже куда менее уверенно. — Я вернусь в клан, и меня встретят там с радостью!
— Хорошо, я же не отговариваю тебя, — покачал я головой. — Наоборот, всячески желаю тебе вернуться домой, к родителям. Просто предупреждаю что всё может быть чуть сложнее, чем тебе представляется.
— Ты всё видишь в мрачном свете, — несмело улыбнулась девушка. — Хотя после всего, что происходило в последние дни, это не удивительно, а ты ещё и не помнишь ничего из того, что с тобой было до этого. Наверное, у тебя об этом мире сложилась совсем жуткая картина. Но не всё так плохо.
— Буду только рад ошибаться. Особенно в свете знакомства с демонами,
