маленькие отверстия в шатре пробивался яркий утренний солнечный свет. Я лежала в шатре Саксона, на кровати, одна, и, боже, обнаженная.
Последнее, что я помню, это как вошла в ванну, а потом… что? Что!
Неужели я потеряла сознание? Неужели Саксон отнес меня в постель и позволил спать всю ночь в его кровати? Голой? Упоминала ли я о том, что на мне была только шкура и паника?
Я протерла глаза, прогоняя сон. Ладно. Забудем о Саксоне и наготе. На время. Я оденусь, вернусь во дворец и займусь исследованием фантомов. Если мой сон был реальным, если Леонора действительно была фантомом, укравшим у меня мгновения жизни, то я… Я не знаю.
Я просто… хотела ошибаться. Хотела другого объяснения.
Когда собирала разные истории, я также искала рассказ о том дне, когда Леонора и Крейвен встретились. Возможно, ее родители… которые на самом деле носили имена Титус и Гексель… или солдат записали несколько записей об этой встрече в родовом дневнике.
Что отец Майло написал о Леоноре в своем дневнике? Несомненно, этот дневник был у Майло. По крайней мере, у него мог быть набросок об отношениях Крейвена и Леоноры в «Сказаниях Энчантии». А может быть, мне удастся убедить Саксона наконец-то все рассказать.
Что бы мне ни пришлось делать, я буду сравнивать реальность со сном. Однако мне придется быть осторожной. Неизвестно, как Саксон отреагирует на возможную одержимость фантомом.
Нет, это было неправдой. Он сначала убьет, а потом задаст вопросы.
Тот факт, что первая Леонора могла быть частью пророчества «Маленькой Золушки», ну, эта часть чуть не сломала мне мозг.
Действительно ли сказки становились хуже по мере их повторения?
Так много вопросов, и так мало ответов.
Когда раздались очередные аплодисменты, пришло понимание. Турнир! Желая проверить оружие, я вскочила на нетвердые ноги, намереваясь надеть любую одежду.
К счастью, искать не пришлось. Я заметила платье, аккуратно сложенное рядом с подушкой, а также корзинку, в которой лежали два куска хлеба, два куска сыра, графин с водой, туалетные принадлежности, ленты для волос и записка.
Хоть в животе у меня и заурчало от волнения… неужели я действительно хотела узнать, что сказал Саксон?.. я положила сыр на кусочек хлеба, откусила и прочитала записку.
«Оденься. Как и обещал, я предоставил чистую одежду. Вместо участия в турнире ты займешься домашними хлопотами. Приберись в шатре и приготовь к моему возвращению обед из трех блюд. Ингредиенты для первого блюда я предоставил. На рынок без сопровождения не ходи. Ты должна покупать еду и только еду. Ты знаешь, что будет, если ослушаешься.
Твой король, С.»
Значит, я не должна была есть хлеб и сыр, а использовать их в дополнение к тем ингредиентам, которые надо купить на рынке на деньги, которые он мне не оставил, чтобы приготовить ему лучшую еду? Ему. Не мне.
Чувствуя себя бунтаркой, я проглотила остаток бутерброда и ни о чем не пожалела. Мой желудок запел от восторга, а все остальное во мне ожило, наливаясь энергией.
Саксон хотел, чтобы я занималась домашними хлопотами? Прекрасно. Но как только закончу, я пойду на этот турнир.
Почистив зубы, я облачилась в предложенное платье, ожидая увидеть очередную мешковину, но вместо нее обнаружила тонко сшитую одежду. Мягкий материал… Я мечтательно вздохнула. Но зачем Саксон подарил мне такую красивую одежду? Если только он не знал, что в этом есть что-то, что мне не понравится?
Ах. Вот оно. Немного маловато в груди, пуговицы на спине, которые я не могла застегнуть, не разорвав его пополам.
На всякий случай я поискала в шатре рубашку и кожаные штаны, которые он предлагал вчера. Увы. Хитрый принц оставил только платье.
Что ж, я покажу ему. Я оторвала пуговицы, затем откопала один из золотых гвоздей, которые спрятала ранее, и проделала им дырки в материале, где были пуговицы.
Затем я продела ленту для волос через нижнее отверстие с одной стороны и вторую ленту через нижнее отверстие с другой стороны, связав их вместе в конце. По мере того как я продевала эти ленты вверх, вверх, вверх, я их скрещивала. Этому приему я научилась, когда швы моей мешковины разошлись в Храме.
Несмотря на то, что пришлось приложить немало усилий, мне удалось втиснуться в платье, держась за каждую из лент. Затем я затянула их и завязала концы, закрывая и закрепляя заднюю часть платья. Как только я закончила, по позвоночнику пробежало тепло, и я рассмеялась. Это было ощущение победы?
Я сделала это! Эшли: 2. Саксон: 0.
Я расчесала волосы и закрепила их по бокам оставшейся лентой. Хорошо. Пора приводить себя в порядок.
Сегодня утром я не настолько заботилась о внешнем виде, чтобы нацеплять беззаботную улыбку. Я ворчала себе под нос, заправляя постель, затем собрала оставленные Саксоном вещи: тряпки, чтобы начистить доспехи, набор точилок для меча. Укладывая каждую вещь, я искала свои яйца и чертежи — на случай, если он спрятал их где-то поблизости.
Но их нигде не было.
Для блюда «Саксон» я положила оставшийся сыр на оставшийся хлеб и намазала все зубной пастой. Потому что в ней были травы.
Три блюда… три ингредиента… в принципе, одно и то же.
Готово. Я сделала все, что он просил. У него не было причин жаловаться.
Снова раздались аплодисменты.
Если бы Саксон действительно хотел, чтобы я осталась здесь, он бы приковал меня цепями. А не сделав это, он доказал, что действительно хочет, чтобы я присутствовала на турнире и наблюдала за его битвой. Если я останусь в шатре, он, наверное, разозлится.
Уверена, логика заключалась в этом.
Решив разобраться со стражей, я вышла на улицу. Солнечный свет и тепло окутали меня, вчерашняя прохлада уже ушла. Может быть, если бы я сегодня буду выглядеть так же уверенно, как вчера, солдаты даже не попытаются меня остановить.
Вокруг суетились слуги. Одни несли бревна или ведра с водой. Другие — оружие и еду. Аромат жарящегося мяса витал в воздухе, заставив мой желудок заурчать, словно я не ела уже много лет. Эй. Где моя…
— Доброе утро, принцесса.
Я замерла и перевела взгляд на говорившего. Трио, мой трехлетний мучитель, приземлился метрах в десяти от меня, вместе с птицоидом, которую я никогда не встречала. Стройная женщина со светлыми волосами, белоснежной кожей, усеянной веснушками, и серебристыми глазами. Прекрасные крылья цвета слоновой кости, испещренные черными полосками, красовались за ее плечами.
На ней была одежда и оружие воина: черный кожаный топ с металлической сеткой, расположенной
