Мы только что узнали о существовании друг друга, незачем бросаться в омут с головой.
- Здравствуйте, Жанна, я ваш лечащий врач, Инесса Леонидовна, - заходит ко мне другая женщина в белом халате. – Вчера мы не успели познакомиться, вернее, вы были без сознания.
- Ага, ясно, - натягиваю на лицо подобие улыбки.
- Анализы ваши будут готовы только завтра, зато узи мы можем обсудить уже сегодня.
- Что-то не так, чтобы его обсуждать? – тут же нервничаю я.
- Эм, пока не уверена, но мне не понравилась ваша щитовидная железа. Завтра еще сдадите на гормоны, но узи прям не очень, честно вам скажу, - она подходит ко мне вплотную и начинает щупать горло.
Я затихаю, даже дышу через раз. Страшно становится почему-то. Словно она сейчас обязательно что-то найдет, и это что-то будет явно нехорошим.
- Не нравится мне, узелок чувствуется вот здесь. Возможно, стоит провести пункционную биопсию.
И тут я чувствую, что организм снова стремится потерять сознание…
- Только не говорите, что вы подозреваете, - начинаю я и сама не могу вслух произнести собственные мысли.
- Вы про, - тут же реагирует врач.
- Нет! Не надо! – резко прерываю ее. – Молчите, прошу вас, не надо, не договаривайте.
- Что вы так переживаете сразу? Во-первых, диагноза еще нет, а во-вторых, все лечится, особенно хорошо на ранних стадиях.
Да, да, все мы знаем эти истории про ранние стадии.
- Я вас поняла. Давайте оставим все на завтра, а сейчас я устала, извините, хочу отдыхать, - снова прерываю я врача.
- Да, конечно, приду к вам на обходе часов в десять, до встречи, - прощается со мной женщина и выходит из палаты, и я остаюсь одна.
Сон долго не идет ко мне, но, все же, мозг выключается в итоге, и я проваливаюсь в долгожданное царство Морфея. Но знала бы я заранее, что за бред посетит там мою больную голову, предпочла бы бодрствовать до самого утра.
- Жанна, милая, а мы уже забыли, как ты выглядишь, - говорит мне Борис из сна, держа на руках нашу дочь Арину.
- К-как, почему она такая большая? – недоумеваю я.
Он держит не младенца, а двухлетнюю девочку, как минимум! Я ведь всего лишь неделю отсутствовала, как такое могло произойти?
- Да, дети быстро растут, ты права, - протягивает он, смотря с любовью на Арину. – Наша, например, уже слово «мама» давно произносит, Свете, моей коллеге, говорит, она приходит, помогает мне регулярно. «Бабушка» тоже произносит, ведь моя мать к нам зачастила, не нарадуется на внучку.
- Т-ты что! Какая Света! Ты там совсем обалдел?! – возмущаюсь я. – Невеста в больнице, а ты сразу профурсеток с работы водишь к себе домой?!
- Милая, Светлана не профурсетка, зачем ты так, - качает головой Боря. – Тебя просто слишком долго не было, нам пришлось научиться справляться самим, но ты не думай, мы тебя ждем и понимаем, что здоровье – это самое главное.
- Да меня неделю всего лишь не было! – истерично кричу.
- Нет, тебя не было гораздо дольше, - качает Борис головой.
- Не важно, не хочу с тобой спорить, дай мне мою девочку, ну же, скорее, - протягиваю дрожащие руки к Арине.
- Держи, конечно. Ариша, пойдешь к маме?
Но дочь вырывается почему-то, начинает истошно рыдать, паниковать.
Я ее все-таки выхватываю из рук Бори и прижимаю к себе.
- Я здесь, моя хорошая, я рядом, мамочка с тобой, - произношу утешающе.
- Неть! Ты не мама! Не мама! Отпусти! – Арина кричит еще громче и колотит меня маленькими кулачками в грудь.
Я стою в шоке и, наверное, от недоумения и непонимания, что делать в такой ситуации, мои руки сами собой разжимаются, и ребенок летит на пол.
- Нет! – кричу истошно в ужасе и просыпаюсь. – Фух, сон, это был сон.
Произношу вслух, тяжело дыша, и лихорадочно хватаю телефон, чтобы проверить, какая сегодня дата, сколько я лежу в этой чертовой больнице.
Пятница, пять утра, мы с Борисом переписывались накануне, вчера, мой ребенок был все еще младенцем, все хорошо.
И абсолютно не думая, что разбужу сейчас всех, набираю Борю.
- Алло, - он отвечает сонный на пятый гудок.
Удача! Я-то думала, что он звук на ночь отключает, вибрация далеко не каждого разбудит.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
- У меня нашли какой-то непонятный узел в щитовидке, им не нравятся показатели гормонов и крови! Правда, еще не все взяли! Но мне страшно! И мне приснился жуткий сон, что я провела два года в больнице, и Арина совершенно меня не помнит! А ты водишь к себе Свету! – выдаю все это и начинаю истошно рыдать.
Как же хорошо, что у меня отдельная палата, свидетелей моей некрасивой нелогичной истерики практически нет, один только Борис.
- Что? – его голос вмиг становится проснувшимся. – Жанночка, милая, не плачь, все будет хорошо, врачи часто перестраховываются! Никто тебя не забыл, как такое вообще может быть?! У меня просто завал на работе, а маме трудно с Аришей, она устает, хоть и не признается, но она позабыла уже, каково это с младенцем, потому я тебя и не закидывал отчетами о нашей жизни, банально не успевал! Ты не думай, что не хотел! Давай я к тебе с утра приду, хорошо, моя милая? С врачом поговорим вместе. Тебе наверняка показалось что-то не то, сказались нервы и усталость после родов. Я читал, что у женщин часто гормоны шалят в этот период.
Его речь действует на меня странно успокаивающе, хотя я практически ничего не улавливаю из нее, слушаю фоном.
- Хорошо, спасибо, я засыпаю, Борь, пока, - прерываю я его, отпускаю из рук телефонную трубку и мгновенно вырубаюсь.
Наверное, у меня и впрямь проблемы с нервами – такой перепад эмоций, а я уже дрыхну без задних ног.
38
С утра я проснулась практически спокойной. А потом и вовсе настроение поднялось. Конечно, хвала всезнающему интернету, успокоил меня, как мог.
- Жанночка, девочка моя, как ты? – внезапно в палату, как ураган, влетел Борис.
- О, а ты какими судьбами? Сегодня же еще рабочий день, - спрашиваю его, отрываясь от созерцания очередной ерунды в телефоне. – И Аришеньку принес, моя ж ты прелесть!
Тут же подрываюсь на ноги и подскакиваю к двум самым дорогим человечкам.
- Ты меня так напугала своим звонком ранним утром, как мне примчаться после этого! – сразу взвился Боря. – Я, между прочим, потом так и не смог уснуть!
- Прости, - строю жалостливое лицо, - правда, прости. Просто мне очень страшно стало, обидно, сон еще дурацкий приснился. Но сейчас очень приятно, что ты пришел, это много значит для меня.
Обнимаю их обоих и целую.
- Так все хорошо? Тебе показалось? Или я до сих пор не понимаю ничего.
- Нет, не показалось, но интернет меня немного успокоил, но врача еще не было, не дошла она до моей палаты пока что. Присаживайся и давай мне Арину, спина хоть немного отдохнет, - подвожу Бориса к креслу.
- Странно, что интернет тебя успокоил, меня он, наоборот, эмоционально накрутил, - задумчиво произносит Боря, но все-таки присаживается и отдает мне нашу дочь.
- Видимо, мы разные ресурсы читали, - отвечаю беззаботно. – Да, моя хорошая, не забыла мамочку?
Воркую с ребеночком.
- Да с чего ей тебя забыть! И сны твои, кстати, оскорбительны, Жанна! Буду я со Светланой шашни водить, когда только-только сделал предложение любимой женщине перед всем офисом! – оскорбленно насупившись, произносит Борис.
- Ну прости! – винюсь я еще раз. – Что только в воспаленном мозгу не возникнет! Я знаю, что ты у нас с Ариной самый лучший, и предложение твое было просто идеальным! Я даже рада, что вечером не срослось, при всем честном народе гораздо романтичнее!
- Ага, чтобы все сразу увидели, что я сильно занят, - ворчит Боря.
- И это тоже, - весело ухмыляясь, говорю я, - куда ж без того, чтобы территорию не пометить! Не только мужчинам так поступать.
- Да, еще кошкам и собакам, но да ладно, не обращай внимание. Я немного взвинчен из-за переживаний о тебе.
- Ничего, прорвемся. Как там Нинель Ивановна? Хорошо помогает, да? – перевожу я тему.
