– И это ваши пророки, – возвысил голос Шахид, – пребывая в девстве, создали культ «старых дев» – маринад из похоти, который квасится в собственном уксусе, вместо того чтобы давать лозу. И отходили в мир иной не удовлетворенными, без пажити и без личной любви к ближнему (женщине). А наши учителя, имея многих жен, умирали насыщенными жизнью и тем почтили Бога живых, а не мертвых. И это при вашем стремлении взять в жены красивенькую и приятненькую на вид девицу, остаются те, кто не удался лицом и телом. И это вами на них возложены тяжкие и неудобоносные брачные бремена, а многоженство благословенно еще и тем, что возможно брать некрасивых и космических сирот.
– Может, ты в чем-то и прав, – возразил Сухов, – но истинная любовь присутствует только между двумя людьми, она не терпит базарных отношений.
Она – самое трудное, менее всего осваиваемое занятие нашего бытия, постоянно терпящее крушение, – и, положив руку на Книгу, сказал, что здесь написано об истинной любви, которая направлена к избранной госпоже, а не ко многим особам женского рода.
– Мне знакомо это послание, как и Книга, которая принадлежит мне. И если она тебя насыщает, то считай это моим подарком тебе.
Сухов растерянно сказал, что он впервые встречает мусульманина, который называет эту Книгу своей. Абдулла в свою очередь пояснил, что в их зеленой Книге сказано, что правда и истина находится в желтой и красных Книгах. Поэтому для истинного шахида, ищущего истину, она становится своей.
– А по поводу «госпожи» моей души и любви к ней, – пояснил Абдулла, – то имея «Сад», не означает, что я не ищу свою единственную возлюбленную, но как об этом написано в той же Книге, где царь Соломон оставляет свой сад «сторожам морали» и отправляется искать свою единственную.
И, придавая голосу более мирный характер, Абдулла сказал, что их спор о культуре любви и достижения счастья человеком не может иметь общего знаменателя. Свою мысль он пояснил притчей.
У одной женщины по имени Жизнь было две дочери. Старшую звали – Полигамия, а младшую – Моногамия. Старшая искала свое счастье среди многих мужчин. Одни отвечали ей нежностью и взаимностью, другие – нет. Среди них попадались верные, которые могли долгие годы быть нежными и внимательными к ней. Но время брало свое и гасило в них жар любви. Другие, которым имя «легион», были холодными и расчетливыми в любви. Имея многих, она уже не ощущала себя одинокой и верила, что где-то есть тот единственный мужчина, который однажды призовет ее. Другая, младшая сестра Моногамия, видя страдание сестры, пришла к выводу, что лучше приручить одного мужчину и поставить его под «закон», повелевающий не прикасаться к соперницам. В медовый период жизни это правило срабатывало, но с годами часто получался сбой. Таким образом, она познакомилась с пренебрежением и агрессивностью законного мужа. И в этой холодной бойне страстей она утратила надежду на будущность, которая присутствовала у старшей сестры.
– Но ты сказал о женщинах, а как быть мужчинам, чтобы соблюсти от природы данный ему статус?
А по этому случаю в Пардесе говорят: «Четыре человека вошло в «Сад». Вошел праведник, взглянул на ложе, завопил и умер. О нем написали в Книге, что нашел он свое место на небесах, но только под престолом Господним, откуда до сих пор вопит, требуя наказания для «грешников» из парадиза. Вошел священник, который всегда ищет и никогда не находит истину. Взглянул он на зеркала, пудреницы, щипчики и потерял рассудок. Ему сказали – ты нашел мед, ешь, сколько тебе потребно, но чтобы не пресытился и не изблевал. Изблевал, и о нем написали, что его любимым занятием стало городить правило на правило, здесь немного и там немного, урезая от простого бытия. Вошел пророк, который все время падает на колени и не может устоять на своих ногах, посмотрел на Древо жизни, приносящее плод на каждый месяц и вырубил насаждение. О нем написали что он, полюбив древо, стал ненавидеть его плод, а полюбив плод, стал ненавидеть древо. И вот! Вошел Сын плотника, который отказался от «молочной пищи», вошел и вышел и пажить нашел. О нем написали, что до него многие уходили, но откуда они ушли, туда они больше не могли войти. И куда они пришли, оттуда они больше не могли уйти. Но пришел Он, и те, кто вошел, – Он дал им уйти, а те, кто ушел, – Он дал им войти.
– Написали, написали, а где написали? – иронически отозвался Сухов. – Но как говоришь ты серьезно, то твои утверждения должны опираться на какие-то авторитетные источники слова. А иначе это всего лишь частное мнение Улема арапешей.
– Этот источник у тебя в руках, но он не всегда является прозрачным для людей поверхностных, ибо многие расположились вокруг источника, но очень мало вошло в него.
– Возможно, я не силен в знании, как ты, но то малое количество раз, когда я бывал в церкви, всегда слышал от священников, что грех иметь много женщин, – возразил Сухов и, положив одну руку на оружие, а другую на Книгу, предложил собеседнику сыграть в русскую рулетку. При этом он лукаво усмехнулся и добавил, что сделает это по правилам Книги, в которой накануне прочитал фразу, как Бог предложил человеку – жизнь и смерть, чтобы он постарался выбрать первое: – А теперь сделаем так. Ты подтверждаешь свои фантазии по этой Книге, а если нет – я вставляю один патрон в обойму револьвера и, раскрутив барабан, направляю оружие в твою сторону и нажимаю курок. И делаю так, после каждой твоей крамольной мысли, не подтвержденной Писанием. Пока не сдашься, – добавил он, тупо устремив взгляд в пол.
– А я думал, ты хочешь отыскать правду, – растерянно сказал Абдулла и легко согласился, чем удивил Сухова.
Не оттягивая времени, Ариф предложил ему открыть Книгу на страницах Песни Песней Соломона, пояснив, что она по определению Святого перевешивает весь мир и все, что в нем написано за все века. Все слова, написанные до этой книги Сулеймана, ведут к ней, а те что после нее, заставляют оборачиваться и вглядываться в слова этой Песни, чтобы обрести полноту жизни. Ибо мы пришли в этот мир для нее.
Сухов читал о том, как некая девушка Суламита, которая успела стать на коротких страницах – сестрой, невестой и блудницей, долго искала возлюбленного своего. Искала его на ложе, во сне и в городе. Ее избивала стража, она находила возлюбленного своего и теряла его. Параллельно ее исканиям осуществлял поиск своей возлюбленной царь Соломон, который имел свой сад. После прочитанных мест Сухов, движимый любопытством, спросил о страже, почему она избивала девушку. Абдулла ответил, что стража символизирует несовершенную человеческую и религиозную мораль, к которой обращается царь, чтобы они не беспокоили его возлюбленную, пока она не найдет своего избранника.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
