ногами. Мне тоже досталось ногой в грудь, и я слетел с подножки на землю. Я уже был готов рвануться в атаку, как вдруг этот работяга, распластав перед собой руки, в позе хорошего ныряльщика вылетел из прохода и грохнулся на землю. В дверях стоял Налитов, который вышиб хама пинком под зад.
— Вот это консул из нашего посольства в Тегеране! — крикнул он в толпу, указывая на меня. — И если сейчас же бардак не прекратится, то ни один из вас границу не пересечет!
Таких прав у меня, естественно, не было, но в тот момент это подействовало, охладило головы, и нам удалось закончить посадку относительно спокойно. У меня было отдельное двухместное купе, очень маленькое, с двумя полками по одной стороне. Сразу после отправления оно было завалено вещами, и мне понадобился еще час, чтобы все разместить.
Наверное, можно сказать, что весь год подготовки Володи к работе в резидентуре я тоже готовилась, но по-своему.
Например, побывала в знаменитом здании на площади Дзержинского и познакомилась со всеми сотрудниками комнаты 601. Позже мы все были знакомы семьями, я знала и жену Коли Снеткова, и жену Вити Ганыкина, а не только жен тех, кто непосредственно работал на Лубянке. Это, как я думаю, была заслуга Исмаила, он сплачивал коллектив, у всех были дружеские отношения с ним, с его семьей, друг с другом. А это дорогого стоит в ситуации, когда есть определенная конкуренция, иногда довольно серьезная.
Была на «смотринах» — это мероприятие КГБ из тех, которые я назвала раньше формальными и глуповатыми. Володя привез меня на Комсомольский проспект к дому, в котором или рядом с которым находился известный в то время магазин «Дары природы». Он сказал, что со мной хотят побеседовать. Назвал мне номер квартиры и остался ждать меня в машине.
На звонок дверь мне открыла немолодая скромно одетая женщина. О чем говорили? По-моему, вообще не говорили, кроме «здравствуйте» и «до свидания». Наверное, она была сотрудником КГБ на пенсии и ей так давали не скучать и, возможно, что-то заработать. Ее задачей было выяснить, буду ли я ржать как лошадь, громко икать за столом, сморкаться в салфетки и скатерть и расхаживать везде в засаленном на пузе и грудях халате. Я проверку выдержала, не совсем дура, при ней ничего подобного не делала (с трудом сдержалась!), а одета была со вкусом и по тем временам и дорого.
Потом в Тегеране вспоминала эту женщину, встречаясь с экземплярами в мужских носках и пластиковых тапочках и в бигуди с полиэтиленовым пакетом на голове в центре города. Куда же смотрели все «проверяющие»? Или эти дамы, так же как и я, усыпили бдительность контролеров? За державу было обидно.
После возвращения из Ирана мы купили машину. Нет, не «Мерседес», как учил Димитров, а «Жигули ВАЗ-2111». И не на накопленную за год ценой полуголодного существования валюту. Просто моей тете предложили на работе машину, на их НИИ пришла разнарядка аж на две(!) машины, а денег ни у кого не оказалось. Она предложила нам купить машину, и мы согласились, тем более что с деньгами помогла Володина мама.
Как только появилась машина, мы начали путешествовать. Сначала потихоньку объездили то, что теперь называется «Золотое Кольцо». Конечно, даже дорог не было, от Суздаля доехать куда-либо было проблематично, но нас это не пугало. А в один день решили поехать навестить Юру и Раю Венедиктовых в Ленинград, а оттуда поехать в Прибалтику. Первый прибалтийский город для нас был Нарва. Мы заночевали в гостинице в центре. Утром подошли к машине, открыли дверь и увидели картину, которая нас потрясла. В машине все было на месте, и даже предметы фирменной одежды, которая тогда очень ценилась. Но все в салоне было измазано кефиром, из пакета, купленного нами на завтрак и оставленного в машине. Это было просто желание напакостить. Надо ли говорить, что единственной машиной с московскими номерами на стоянке была наша.
Для меня Прибалтика не была совсем пустым звуком. До 6 лет я жила в Новой Вильне, папа преподавал там в военной школе, и, пусть отрывочные, воспоминания у меня остались очень яркие. Мы жили в ДОСах, без охраны, но я помню, как все переживали, когда на Замковой горе нашли двух убитых солдат. Это было. И еще костел на возвышенности, он доминировал над всей местностью, потрясая своим величием. А что говорить о магазине «Детский мир» в центре Вильнюса, недалеко от башни Гедимина, в то время почти разрушенной. И, конечно, мы заехали в Вильнюс. Но этого было мало. На экраны вышел «Мертвый сезон» с Банионисом в главной роли, а он из Паневежиса, и мне захотелось посмотреть, что это за городок и как выглядит городской театр. Заехали, посмотрели. Здесь же, в центре, видимо, центральный ресторан, модная в то время «стекляшка». Заходим, садимся за столик. Все очень чисто, аккуратно. Мы просидели около 45 минут, и к нам никто не подошел. Володя первый сообразил, что происходит:
— Идем, они нас кормить не хотят.
Рига. Сняли дом прямо на берегу, город рядом. И то, что каждый раз, когда мы проходили мимо сидящего на скамейке отца хозяина дома, он говорил нам с ненавистью: «Оккупанты!» — нас не расстраивало. Сноха деда просила нас не обращать внимания, вот мы и не обращали. Мне кажется, что мы не воспринимали все эти моменты серьезно, страна была единая и все люди одинаковые, русские. Так и хочется сказать: «Дураки!» А те, кто знал и был информирован обо всем, они тоже не обращали внимания и жили как курортники? Сейчас все видят результаты.
Но ничто не могло испортить наши впечатления от красоты старой Риги, от вкуса молочных продуктов с рынка и радости от путешествия.
Вернулись домой мы через Белоруссию, навестив еще одних наших друзей в Минске.
В один из дней я стала просить Володю отвезти меня куда-то, а он вместо ответа протянул мне ключи от машины.
— Зачем мне ключи, я же не умею водить машину? — спросила я.
— Иди учись, получай права! — совершенно спокойно сказал он.
Мне самой это даже в голову не приходило, в 1976 году женщина за рулем в Москве была явлением исключительным, особенно если ты не звезда советского экрана или не прима Большого театра. Володя не заставлял меня, но умело направил в нужное русло. Жена разведчика должна водить машину, мало ли что, вдруг пригодится.
Водительские курсы существовали только при ДОСААФ, и попасть на них
