тратит на него своё время! Ничего бы этого не было. Внимательно выслушав Лизу, он подробнейшим образом рассказал ей, что надо делать. Лиза не долго размышляла над его словами. Жертва? Подумаешь! Она столько раз приносила парней в жертву своей красоте и долголетию. Что стоило теперь пожертвовать ещё одним для достижения другой, не менее привлекательной цели!
Лиза не слишком заботилась об осторожности. Все они, эти трое, так заняты собой, что даже ни разу не спросили, как у неё дела и чем она занимается целыми днями. Конечно, она ничего бы им не сказала, но такое невнимание добавляло ещё одну каплю в чашу её обиды. А они и не подозревали об этом. Григорий попросил остальных оставить сестру в покое, полагая, что ей хочется сполна испытать всю новизну ощущений. Если бы она захотела поговорить, поделится чем-то, её обязательно бы выслушали, но она, возвращаясь домой, сразу проходила в свою комнату и запиралась изнутри. К тому же у каждого из них также хватало впечатлений, и они предпочитали свободное время проводить в одиночестве, чтобы на свободе осмыслить их и пережить. Поэтому и с ней никто не заговаривал. Вообще в эти дни в доме установилась тихая спокойная атмосфера, удовлетворявшая, казалось, абсолютно всех.
У каждого из них дни были посвящены делам, а вечера удовольствиям. Можно было прогуляться по парку или по полям, окружавшим дом с трёх сторон и простиравшихся до самого горизонта. Там, вдалеке, поля окаймляла тёмная полоска леса, а если пройти достаточно далеко, то оказывалось, что есть ещё и река, в которой приятно было купаться. Или ловить рыбу, если возникало такое желание. Можно было пройти в библиотеку – множество полок, заполненных книгами на любой вкус, или просто посидеть у камина с бокалом хорошего красного вина.
Каждый вечер после занятий Маргарита выходила в сад. Ей нравилось смотреть на закат, любоваться живыми растениями, наблюдать за птицами, резвящимися в ветвях. Однажды вечером (она в тот раз очень устала после занятий) прогулка доставила особенное удовольствие. Она гуляла в одиночестве, навремя забыв о неприятностях и полностью погрузившись в мир мечтаний. Тогда она и набрела на никем непосещаемый участок сада. Тайный уголок, надёжно скрытый от глаз густыми зарослями. Там было даже нечто похожее на скамейку, созданную самой природой. Уголок этот как нельзя более подходил для того, чтобы отдохнуть, поразмыслить о чём-то своём или просто помечтать на досуге.
Прошло уже больше недели с той памятной ночи. Тишина и одиночество вечеров почему-то перестали её радовать. Да и поразмыслить было о чём. И она решила посидеть в своём тайном уголке. Но отдохнуть ей было не суждено. Едва только она достигла места, как чья-то сильная рука закрыла ей рот, а вторая обхватила поперёк живота, не давая двигаться.
– Тихо. Не надо кричать. Я не сделаю ничего плохого, – прошептали ей прямо в ухо.
Она кивнула, и её тут же отпустили. Девушка отскочила и поспешила повернуться лицом к неизвестному. Несмотря на то, что уже почти стемнело, она сразу узнала бродягу, который навёл их на след.
– Это вы? Чего вы хотите?
Незнакомец не выглядел враждебным, скорее встревоженным.
– Не пугайтесь. Я пришёл предупредить вас. Но никто не должен знать о том, что я был здесь, иначе я ничем больше не смогу вам помочь.
– Хорошо-хорошо, я никому не скажу о вас.
Маргарита пригласила его сесть, жестом указав на каменную скамью. Но он не сел, только покачал головой.
– Вы знаете, что Лиза часто бывает в городе?
– Разумеется.
– Но вы никогда не расспрашивали её, что она там делает?
– Нет.
– А зря. Она там потихоньку народ против вас настраивает. Мужчин в основном. Если она преуспеет, может получиться очень плохо. Я живу рядом с ними и слышу, о чём они говорят между собой. Возможно, она и не хочет ничего такого, но мужчинам сильно не нравится то, что она про вас рассказывает.
– Спасибо за предупреждение. Но ты-то как здесь оказался?
– Я приехал сюда специально, чтоб увидеть её. Хотел проверить, действительно ли проклятье больше не действует. А она даже не узнала меня. Тогда я решил порасспросить немного о ней. И то, что я услышал, мне не понравилось. Не мог я поверить, что вы способны сделать всё то, в чём она вас обвиняет. Слишком хорошо я помню этот ваш взгляд, и голос, и руки, которые помогли мне выбраться из той ямы, в которую я попал по её милости. Но я никому ничего не могу доказать. Люди верят каждому её слову.
Маргарита ненадолго задумалась, но ничего такого, что могло бы помочь им, в голову не приходило. Впрочем, никто и не ожидал, что она спасёт всех. Наоборот и Артём, и Григорий лучше неё способны защитить и себя, и этот дом, и всех, кто ещё есть в этом доме.
– Ну что ж, – пожала она плечами. – Придётся подготовиться к неприятностям.
– Не думаю, что у вас это получится. Я служил в этом доме. В нём хорошо жить, но крепость из него не выйдет. Да, кстати, меня зовут Иосиф. Сейчас я уйду обратно в город, но если что – вернусь. Надеюсь, всё пройдёт благополучно.
Иосиф исчез в зарослях. Маргарита не стала выяснять, как именно он проник за изгородь. Важнее было другое – предупредить друзей. Она как-то сразу поверила незнакомцу. Артёма она нашла в его комнате, Григорий, по своему обыкновению, занимал библиотеку. Она рассказала им обо всём, и они тут же устроили военный совет. Григорий рассказал, что этот дом достался ему от его учителя. Когда-то, закончив обучение, он уехал отсюда и скитался по свету, набираясь опыта. Но однажды кто-то случайно рассказал ему, что старый маг болен. Григорий вернулся так быстро, как только мог. Старый учитель умер у него на руках. Семьи у него не было, и дом с библиотекой и разными магическими предметами достался бывшему ученику. В те времена магов было намного больше, и относились к ним намного лучше, чем теперь. Да и вообще преступники встречались намного реже. Люди часто даже не запирали дверь на ночь. Прошли годы. Кое-что изменилось. Изгородь стала немного выше, ворота немного крепче. Магов начали сторониться. Защитная магия применялась теперь чаще, хотя до сих пор ни разу не случалось ещё, чтобы применение её покалечило бы того, против кого она была направлена. И всё-таки нельзя сказать, что изменения эти как-то подготовили их к тому, что ожидалось на этот раз. Но вот настал момент, когда
