она ходила из угла в угол, ожидая событий. Он объяснил ей план, не скрыв предупреждения Григория об опасности. Маргарита согласилась без колебаний. Если это способ спасти всех, не стоит от него отказываться. Она вышла в холл, где брат и сестра стояли так же, как их оставил Артём. Им нечего было сказать друг другу. Ни один из них не предпринял ничего, чтобы хоть как-то помочь другому. Артём тем временем поднялся на второй этаж.
Все слуги столпились у двери. Они слышали голос своей хозяйки, и только прочная дверь мешала им тотчас прийти на её зов. Артём вошёл в ближайшую комнату, для чего ему снова пришлось спуститься вниз, взял стул и поставил его так, чтобы он мешал двери открыться широко. Не глядя просунул руку в щель и выдернул одного из слуг в коридор. А потом, удерживая старика за руку, снова запер дверь. Несмотря на меры предосторожности, ему пришлось нелегко. Слуги, одержимые единственным желанием выполнять волю своей госпожи, колотили по двери, просовывали в щель руки и всячески мешали закрыть дверь. Тот старик, которого он выпустил, перестал оказывать сопротивление, как только понял, что его ведут туда, где Лиза. Григорий тем временем наложил на неё заклинание молчания, чтобы не усложнять ситуацию ещё больше.
Снять чары нужно было на глазах толпы. Только это могло убедить собравшихся в том, что это не подстроено. И тут произошла небольшая заминка. Маргарита хотела идти одна: чтобы снять чары присутствие остальных не требовалось, зато появление колдуна могло подхлестнуть толпу. Мужчины были категорически против. Толпа может начать кидать камни или как-то ещё повредить ей.
– Если они начнут кидать камни, вы всё равно не сможете ничем помочь, – возражала она.
– Вообще-то я знаю, как оградить тебя от камней, – сказал Григорий. – Я только не уверен, что это можно сделать. Снятие чар – это тоже магия, а магия, наложенная на магию, даёт порой непредсказуемый результат.
– В таком случае, не будем рисковать. Не думаю, что они непременно попадут в цель, даже если и начнут кидать камни. А может, ещё и не начнут. Да и Лизу не стоит оставлять без присмотра. А выводить её наружу опасно.
Аргументы Маргариты несколько успокоили остальных. Она вышла на крыльцо в сопровождении одного Иосифа. Григорий остался в доме караулить Лизу, а Артём стоял у двери, готовый распахнуть её или запереть на засов в зависимости от обстоятельств. Толпа, рассчитывавшая на сражение с колдуном, при появлении девушки на мгновение притихла.
– Люди! – громко произнесла Маргарита. – Вас много и вы пришли сюда не с пустыми руками.
– Да, это так, – ответил ей голос из-за изгороди. Тот же самый, что начал переговоры.
– Дом окружён, не так ли?
– Разумеется.
– Я прошу вас проявить немного терпения. Это ведь ничего не изменит.
– Мы и так терпели долго. Где колдун? Хватит ему прятаться за юбкой!
– Он выйдет, – успокаивающе произнесла она. – И сестра его тоже. И ещё кое-кто. Вам это не понравится, но прошу вас, не спешите на нас нападать. Клянусь, никто из нас не сделает ничего, что повредит кому-либо из присутствующих, если вы дадите нам возможность кое-что вам показать.
– Почему мы должны вам верить?
– Можете не верить. Можете прислать сюда кого-нибудь, кто будет следить за происходящим, если вы боитесь мошенничества.
– Ладно. Начинайте.
Дверь открылась, и на крыльцо вышел Артём, ведя за руку старого слугу. Григорий пока что остался внутри, удерживая Лизу и не давая ей что-либо предпринять. Входная дверь осталась распахнутой настежь.
– Вы видите этого старика? Не его ли мы, по вашему мнению, здесь заперли? – обратилась Маргарита к невидимому собеседнику.
– Да. Это один из них, – чуть погодя подтвердил голос.
– В таком случае пусть один из вас зайдёт и попробует увести его. Только помните про заклинание, наложенное на этот дом: любая попытка повредить нам – это ваша смерть.
Некоторое время царила тишина. Очевидно, проводились поиски добровольца, который решился бы проникнуть на территорию, защищённую заклятием. Потом над изгородью показалась чья-то голова. Плотный крепкий мужчина средних лет спрыгнул на землю. Несколько неуверенно подошёл к крыльцу. Старик не обратил на него никакого внимания. Для него существовала только Лиза. Мужчина, оглядываясь на Маргариту, поднялся по ступеням и подошёл к старику.
– Пойдём, отец. Тебе нечего больше бояться.
Тот не двигался с места и, казалось, даже не слышал.
– Отец, ты свободен! Пойдём! – продолжал настаивать доброволец.
– Он не пойдёт. Можешь попробовать даже унести его, если хочешь.
Мужчина и сам уже это понял, но всё же взвалил старика на плечо и попробовал унести. Старик, как только осознал, что его пытаются отдалить от его обожаемой госпожи, закричал и начал отбиваться. Однако стоило ему снова оказаться на земле он тут же затих.
– Вы видите, он не хочет идти. Но я не это хотела вам показать.
Маргарита подошла к старику, ласково заглянула ему в глаза, прикоснулась руками к его рукам.
– Ты слышишь меня?
Старик кивнул.
– Ты любишь её, я знаю. Но это ты однажды помог одному юноше. Значит, ты хочешь освободиться от её чар.
Старик снова молча кивнул.
– Сейчас ты можешь это сделать. Я помогу тебе. Ты веришь мне? – Кивок. – Тогда расслабься, закрой глаза. Ты уснёшь. И проснёшься уже здоровым. Спи.
В то же мгновение старик упал. Иосиф подхватил его и осторожно уложил.
Сначала ничего не происходило. Только непоколебимое спокойствие стоящих на крыльце людей удерживало толпу на месте. Но вот в напряжённой тишине послышался чей-то шёпот:
– Смотрите, смотрите.
Все взгляды устремились на крыльцо. А то, что
там происходило, пока что можно было легко принять за игру теней. Лицо спящего старика неуловимо изменялось. Исчезали следы старческих недугов, уменьшались морщины.
Внимание толпы было приковано к этому зрелищу, и никто не заметил смертельной бледности, разлившейся по лицу Маргариты. Только Артём заботливой рукой обхватил её за талию. Он помнил, что в прошлый раз она потеряла сознание, проделав такое, и понимал, что сейчас она остаётся на ногах лишь усилием воли. Если бы она позволила себе упасть до того, как что-то начало происходить, им бы, скорее всего, не поверили и игра, возможно, уже была бы проиграна.
И снова кто-то громко крикнул:
– Смотрите! Смотрите!
Привлечённый развернувшимся на крыльце действием, Григорий, а вместе с ним и Лиза, подошли к самой двери. Все взоры обратились к Лизе. И недаром. В то время как человек, лежащий на досках крыльца, утрачивал старческие черты, Лиза наоборот их приобретала. Она не стала старухой, просто выглядела теперь лет на сорок,
