уже несколько старшекурсников научила этому?
— Это замечательно! Напишите мне список, мы включим их в опытную группу. Приступим? Юрий Андреевич, позвольте бумагу и писчие принадлежности, сам хочу написать.
Описание и уточнение нюансов заняло ещё полчаса.
Заведующий кафедрой перечитал ещё раз написанное и, что-то пробубнив, удалился.
— Может, ещё кофе? — предложил граф, я видела, что он хочет ещё о чём-то поговорить.
— Нет, спасибо, ужин скоро, — посмотрела на часы, оставалось минут двадцать.
— Я вас надолго не задержу, — хозяин кабинета провёл рукой под столом, активируя артефакт. — Я навёл справки. Вы правы, при использовании чёрной крови проявляется кратковременное нистагматическое зрение. Его считали просто особенностью дара или нервными проявлениями, ведь понимаете, что подопытные не совсем обычные.
В повисшей тишине явно слышался скрип моих зубов.
— Я хочу изменить это, — само вырвалось, но не жалею, что сказала это.
Рокотов был серьёзен, но я видела, как он глубоко вздохнул, а в глазах промелькнула тоска.
У него есть связь с этим проклятым даром, возможно, он кого-то потерял… Спрашивать не стала, не место и не время, что-то выяснять. Для начала я должна сама понять, как изменить отношение к чёрной крови или самих носителей проклятого дара.
Наделить всех ключом? Во-первых, это невозможно, будут рождаться новые. Во-вторых, о чём я раньше не подумала, дар нереально мощный и носители его, обретя полноценную силу, легко подомнут весь мир под себя. И будут правы. Этот мир ненавидит их и держит в узниках, да ещё и пользуется ими как ресурсом.
— Этого многие хотят, — наконец-то промолвил Рокотов. — Поэтому мы стараемся глубоко изучить природу этого дара, чтобы найти способ его обуздать.
— Надо искать связи с чёрными путами, они взаимосвязаны.
— Знаю, в этом направлении тоже ведутся работы.
— Когда я смогу с ними ознакомится? — решила взять быка за рога.
— Пока не имею возможности вам их предоставить, гриф секретности. Но в каком-то смысле это и хорошо, вы имеете возможность посмотреть на проблему изнутри…
У меня моментально похолодели пальцы, и сердце бешено застучало. Неужели он догадывается? Но граф даже не смотрел на меня.
— Ваши воспоминания… находясь в спокойной обстановке, могут подсказать нюансы, которых мы не сможем добиться от носителей этого дара. Хотя признаюсь, есть те, которые всё понимает и сотрудничает добровольно. Их могло быть и больше, но единицы проходят психологическую проверку на лояльность.
— Я уже говорила, если что вспомню, то обязательно скажу.
— Спасибо, — Рокотов встал, давая понять, что я могу идти.
Повернувшись у двери, я подарила ему кривую улыбку:
— До встречи, господин ректор.
Выйдя из здания, уселась на скамейку и задумалась.
Что я имею на данный момент?
Мой статус опять вырос. И это отлично!
Неожиданно, и для Рокотова, меня возьмут в исследовательскую группу. Ни это ли мечта первокурсника? Нет, не моя точно, но это даёт возможность включить меня в другую группу, по исследованию времени. Думаю, ректор мог бы попросить Алексея Тимофеевича просто включить мне в список, но без должного повода, это ничего не дало. А так он сделал это добровольно, я внесла вклад, будет методичка по «моей» технике. Было бы странно, если бы опыты проходили без моего участия. Так что ждём приглашения.
Ещё одна новость, у нас с графом как-то совпадают пути. Он тоже заинтересован в прекращении издевательств над носителями чёрной крови. Причина в данный момент меня не особо интересует, одно ясно, там присутствует боль, а она лучший движитель.
Уже через несколько дней меня ждёт неинтересная учёба, куча конспектов и злые сокурсницы. Они явно меня не полюбят, в их глазах я буду выглядеть выскочкой и любимицей некоторых преподавателей. И вряд ли они заметят, что добрая их половина будет меня ненавидеть.
Ладно, как-нибудь переживу.
А сейчас пора на ужин, и так задерживаюсь.
Когда вернулась с девчонками после ужина и прогулки, меня у ключницы опять ждал конверт. Такого неподдельного интереса в её глазах я никогда не видела. Ну да, только что поступившей девчонке уже третье послание от администрации.
— А что там? — любопытная Анна кивнула на конверт.
— Видишь, написано «лично»… — не стала вскрывать при подружках, хотя подозревала, что там приглашение в исследовательскую группу.
— Ну и ладно… секретики у неё, — в голосе обида.
— Это по поступлению бумаги, скорей всего… — пыталась зачем-то оправдаться, но не показала содержимое.
Зашла себе в комнату и открыла кореспонденцию.
Там было пригласительное письмо и карточка-пропуск с хитрой печатью. В письме было написано, что для активации надо приложить к ней палец, так и сделала. Ничего не произошло, видно, она считывает магический спектр, а он у меня нулевой. Пустила энергию в палец и приложила заново, печать мигнула и стала едва заметно светиться.
Вот где секретики… всё так серьёзно. Даже интересно стало, чем там занимаются. А вот завтра и узнаем, приглашали явиться к указанному зданию к девяти часам утра, мне как несведущей даже карту приложили с пометкой.
* * *
В отличие от прошлого, это утро было замечательным.
Вчера до ночи возилась со структурами, процесс двигался медленно по причине не обычного способа постройки, но я уже начала привыкать. Задача была не добиться идеальной, чистой формы структур, а создать, проверить действие и повторить для закрепления результата.
На первом этаже гостиницы было небольшое столпотворение. Не стала проходить мимо, ведь здесь не может быть обычных сборищ. Так и оказалось. Выдавали бланки для получения формы, мерки на которую у нас снимали пару дней назад, а сейчас привезли. В дальнейшем можно будет пошить на заказ, но сейчас будем брать, что подойдёт с минимальной подгонкой по фигуре.
Получить можно будет в любое удобное время, так что со спокойной душой пошла на завтрак, а потом в исследовательский центр.
На выходе увидела ожидавшую Александру. Поздоровались и пошли в столовую.
— Аня где? — Александра должна была знать, они ближе общаются, чем со мной.
— Живот болит.
— А меня позвать нельзя было?
— Её почему-то задело, что ты имеешь секреты, — Саша хмыкнула.
— У всех есть секреты. И у меня, несмотря на юный возраст, их полно. Я не намерена болтать обо всём, — меня немного взбесила эта детская обида.
— Я ей тоже сказала. Местами она меня выбешивает. Не удивлюсь, если мы скоро разбежимся, — Александра, как всегда, была прямолинейная.
— Предсказуемо. Мы
