Полина, наблюдала за его реакцией. Она вцепилась одной рукой за его плечо, другой — за простыню и шумно задышала. Полина сглотнула и облизнула губы, когда он дотронулся до ее шрама на боку, которой остался после небольшой операции.
— Ты прекрасна, — прошептал он, когда дотронулся до бюстгальтера и сдвинул чашечку вниз, оголив одну грудь.
Она с трепетом ждала его дальнейших действий. Он большим пальцем дотронулся до напрягшего розового соска и чуть сжал его. Тимур услышал вырвавшийся из нее глухой стон. Его дыхание участилось, и он потерся об ее ключицу губами, щекой, отросшей щетиной, слегка царапая кожу. Тимур последовал вниз и поцеловал оголенную грудь, втянул губами сосок и почувствовал, как она со стоном заерзала под ним и выгнула спину. Не отрываясь от груди, он опустил вторую чашечку бюстгальтера и пятерней обхватил то, что под пим скрывалось. С трудом оторвавшись от нее, он последовал вниз и влажными губами касался живота. Тимур рукой провел по ее внутренней стороне бедра и осторожно дотронулся до влажной ткани трусиков.
— Остановись, пожалуйста.
Тимур услышал ее мучительное хныканье и снова навис над ней.
— Тебе же нравится. Зачем останавливаться? — хрипло спросил он, вновь упираясь выступающим бугром в ее бедра.
— Просто рано, — прошептала она.
Он уткнулся лбом об ее голову и старался выровнять дыхание. Не получилось.
— Пять лет назад я бросил курить и сейчас об этом сильно жалею. Я бы выкурил целую пачку, — быстро проговорил Тимур и снова, опустив руку вниз, коснулся ее влажной плоти поверх белья.
Полина вздрогнула, обхватила его бока коленями и впилась ногтями в его плечи.
— Даже в постели ты упираешься, — усмехнулся он, отодвинул пальцем край белья и дотронулся до ее промежности.
Она приподнялась и резко втянула в себя воздух, когда он стал кружить вокруг чувствительной точки пальцем. Тимур следил за ее лицом, на котором отражалось все, что она чувствовала сейчас. Продолжая двигать пальцами, он накрыл ее губы поцелуем и погрузился языком в рот. Он толкался в нее языком, имитируя половой акт. Полина увернулась от поцелуя в тот момент, когда ее с головой накрыл оргазм. Он, уткнувшись носом в ее шею, слушал слабые всхлипы, которые затем стихли и перешли в учащенное дыхание.
Тимур нехотя убрал руку и поправил белье. Он ладонью последовал к левой груди и обхватил его. Под рукой ощущалось ритмичное биение сердца.
Полина открыла глаза и уставилась в потолок. Осознание того, что только что произошло, накрыло ее и опять оставило после себя чувство смущения. Ей нужно было все свое мужество, чтобы повернуть голову и посмотреть на него. Она ощущала на себе его прожигающий взгляд. Тимур дотронулся до пряди ее волос, стал пропускать его между пальцами и щекотать ей ухо. Собравшись с духом, она повернула голову и встретилась с его смеющимися глазами.
— А ты упиралась и не хотела, — произнес он.
— Прекрати! — сказала она чужим голосом.
— Ладно, стесняшка, — ответил он, улыбаясь.
Тимур поднялся с кровати, засунул ноги в кроссовки и вышел из спальни. Она заметила, как он выругался, когда наступил на осколок.
— Ты порезался?
— Нет, я же в обуви.
— Жаль, — ответила она и тут же пожалела, что так сказала и на самом деле не желала ему зла.
Полина услышала, как он опять засмеялся, и следом захлопнулась дверь ванной. Она поправила полы халата и туго завязала пояс. Пятерней поправив волосы, пролежала несколько минут, пока не вернулся Тимур, снял обувь и лег рядом с ней. Он по-хозяйски притянул ее к себе и снова зарылся носом в волосы. Полина понимала, что после того, что было десять минут назад, не имело смысла отталкивать его в сторону. Да и он бы не убрал от нее руки.
— Опять укуталась в свой халат. Ты можешь завтра отпроситься с работы? — спросил он, переплетаясь с ней пальцами, и пощупал маленькое колечко на ее среднем пальце.
— Тимур, мне деньги с неба не падают. И машина в кредите…
— Я тебе дам денег…
— Нет!
— Хорошо, — улыбнулся он. — Мне впервые попадаются такие женщины: упрямые, колючие и красивые одновременно.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
Ей стало любопытно, с какими женщинами он встречался до нее, и думала, как тактично задать ему этот вопрос.
— Они были со свободными взглядами на жизнь, — произнес он. — У меня много сил и времени уходило на работу, поэтому на серьезные отношения я махнул рукой. Да и какая девушка смириться с тем, что ее мужчина постоянно проводит время где угодно, только не с ней?
— Ты мысли читаешь? — прошептала она.
— Предугадываю, — улыбнулся он. — Полина, тебе нужен отдых. Я могу позвонить Егору, и он сможет дать тебе больничный.
— Нет, — твердо произнесла она.
— Чувствую, нелегко с тобой будет, — прошептал он. — Но ты того стоишь.
Полина думала над его словами и не заметила, как он расслабился и заснул, уткнувшись лицом в ее макушку. Она позволила себе улыбнуться и закусить нижнюю губу, когда вспомнила, каким образом он касался ее. Она зашевелилась, чтобы принять удобное положение. Тимур во сне прижал ее к себе и поцеловал в голову. Полина смирилась со своим заключением в кольце его рук и закрыла глаза.
Будильник вырвал ее из сна. Она по старой привычке захотела вскочить, но не смогла, потому что Тимур удерживал ее в объятиях. Полина открыла глаза и попыталась убрать его руки, чтобы дотянуться до будильника. Он прижал ее к себе и, прищурившись, сам выключил источник раздражающего шума.
— Тебе нравится тяжелый рок? — пробормотал он.
— Нет, это чтобы на работу не опоздать. Тимур, я опоздаю.
— Знаю, — пробормотал он снова. — Позвони на работу и скажи, что у тебя месячные. Или что вы, женщины, там придумываете, чтобы на работу не ходить? — улыбнулся он.
— Если бы все женщины мира не ходили на работу из-за месячных, то экономика стран рухнула бы. Начались бы воины и голод, — пошутила она.
Он расхохотался, когда услышал это. Полина ущипнула его за бок и вскочила с постели. Она увидела его в одних боксерках и отметила про себя, что сложен он был великолепно. В темноте она не разглядела курчавых волос на груди, которые полоской тянулись вниз за резинку белья. Она случайно хихикнула, когда увидела его волосатые ноги.
— Смотри, не стесняйся, — пробормотал он, сел в постели, потянулся до брюк и вытащил телефон.
Тимур удивился большому количеству пропущенных звонков от Егора и дал ему вызов.
— Звук телефона был отключен. Доброе утро. Что случилось, Егор?
— Ни черта не доброе! — выплюнул Егор. — Ты когда вскочил, как ужаленный и поехал к ней, то через час твою дверь пытались вскрыть. — Попрощайся с дочкой своего врага и дуй домой.
Глава 8
— Мою дверь пытались вскрыть? Ты о чем говоришь? — удивился Тимур и стал одной рукой натягивать штаны.
— Этой ночью я решил остаться у тебя и лег на диване. Услышал, как кто-то ковыряется в замочной скважине, и вызвал полицейских, — сказал он и замолчал на секунду. — На самом деле хотелось выйти к ним и кубарем спустить вниз по лестнице!
— Надеюсь, ты не заверещал, как девчонка? — не сдержался Тимур, заранее зная реакцию брата.
— Тимур! Ты развлекаешься там?
Полина уставилась на него с немым вопросом. Он покачал головой и спросил:
— А что дальше было?
— Полиция приехала за семь минут и скрутила их прямо под твоей дверью. Никогда бы не подумал, что полицейские так быстро приезжают.
— Их?
— Да, двоих. Один из них здоровый, как буйвол, другой худой, как щепка.
— У этого буйвола лицо было разбито? — спросил Тимур, рассматривая раненные костяшки пальцев.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
— Да. Твоя работа?
— Моя. Его зовут Матвей, а худого, если это тот, о котором я думаю, Леша. Интересно, что они хотели у меня дома?
— Откуда я знаю! — нервно ответил Егор. — Полицейским, когда я открыл дверь, они сказали, что ошиблись дверью и подъездом. Представляешь?
— Ты сам сейчас где? — спросил Тимур, надел футболку, и снова поднес телефон к уху.
