еще раз. Он, блядь, пустая трата места.
Развернувшись на пятках, я направляюсь обратно во внутренний дворик, нуждаясь в глотке свежего воздуха, чтобы прочистить голову. Я опускаюсь в одно из адирондакских кресел у камина и откручиваю крышку с одной из пивных бутылок, а другую ставлю на широкий деревянный подлокотник кресла. Бросив пробку на тротуар, я подношу бутылку к губам и опрокидываю ее, делая несколько глотков, пока мои пальцы в волнении барабанят по подлокотнику.
Если бы Бен был здесь, он бы знал, что сказать, чтобы помочь мне собраться с мыслями. Он всегда мог меня уговорить. Никто не понимает меня так, как понимал Бен, даже мой собственный отец.
Я слышу, как позади меня открывается дверь во внутренний дворик, и поднимаю взгляд, когда Мэтти подходит к очагу и занимает стул рядом со мной. Он бросает на меня сочувственный взгляд, сжимая губы в тонкую линию.
— Грифф сам напросился, — бормочет он, перемещая свой вес на стуле, чтобы устроиться поудобнее.
Я ворчу в знак согласия, хватаю нераспечатанное пиво с подлокотника и, наклоняясь вперед, протягиваю его ему в знак предложения.
Он качает головой.
— Выпей это, если хочешь остаться, — ворчу я, и он протягивает руку, чтобы забрать его у меня, откупоривает крышку и делает глоток.
Несколько минут мы вдвоем сидим в дружеской тишине, потягивая пиво и глядя на густой лес за хижиной. Это не то же самое, что присутствие Бена здесь, но я ценю тихую демонстрацию поддержки Мэтти. Он хороший парень; жаль, что ему пришлось связываться с Гильдией. Годы службы в конце концов лишат его этого света в глазах, точно так же, как это случилось со мной.
— Не было бы у тебя интереса взять на себя еще какие-нибудь повседневные обязанности? — спрашиваю я, наконец нарушая тишину. — Помогать мне с составлением расписания, управлением командой и тому подобными вещами.
Он отнимает бутылку пива ото рта, медленно кивая.
— То, что делал Бен.
Я вздрагиваю, услышав его имя, произнесенное вслух, делаю еще один глоток своего пива и жадно глотаю.
— Да.
Мэтти снова кивает, покусывая нижнюю губу.
— Я знаю, что не могу заменить его, но я определенно готов взять на себя более важную роль здесь. Я просто хочу внести свой вклад, быть ценной частью команды.
— Ты напоминаешь мне меня самого, когда я был в твоем возрасте, — говорю я с кривой усмешкой. — Ну, за исключением того, что ты на самом деле хочешь быть здесь.
— Конечно, — отвечает он с ноткой сарказма в голосе.
Я вопросительно прищуриваюсь, глядя на него, и он тяжело вздыхает, ставит свое пиво на подлокотник и вытирает рот предплечьем.
— Я бы никогда не услышал об этом от своего дяди, если бы не поступил на службу. Он был довольно непреклонен в том, что это правильный путь для моей карьеры.
— Да, Мэтьюз — несгибаемый член Гильдии, — соглашаюсь я, ковыряя ногтем этикетку на своей бутылке и размышляя над тем, о чем он умалчивает. Поднимая на него взгляд, я с любопытством выгибаю бровь. — Так ты на самом деле не веришь в эту чушь?
— Ну, очевидно, теперь я верю в сверхъестественное, — отвечает он с тихим смехом.
— Не это, — ворчу я. — Остальное. Страх перед чем-либо бесчеловечным и необходимость искоренить это из существования.
Мэтти бросает на меня нерешительный взгляд.
— Честно?
— Не вешай мне лапшу на уши, парень.
Он снова вздыхает, проводя рукой по лицу.
— Не так, как другие. Но это не значит, что я не приложу все усилия в этой области. Я все равно буду скалить зубы и заслужу свое место.
— Я могу уважать это, — бормочу я, кивая.
Потому что я чувствую то же самое, черт возьми. Несмотря на идеологическую обработку моего отца, я всегда боролся с тем, чтобы полностью посвятить себя этому делу.
— Не волнуйся, я сохраню твой секрет, — говорю я, подмигивая, и губы Мэтти растягиваются в ответной улыбке.
По крайней мере, мне не нужно притворяться с ним. Может быть, мы вдвоем сможем разобраться со своими сомнениями вместе; найти что-то, во что стоит верить, кроме мести.
— Давай, у меня есть пара вещей, которыми ты можешь заняться прямо сейчас, — говорю я, допивая остатки пива и поднимаясь на ноги.
Я машу ему, чтобы он следовал за мной внутрь, и он с готовностью подчиняется, выглядя нетерпеливым начать.
14
У надзирателя определенно проблемы с алкоголем. Уже поздно, когда он крадется вниз по лестнице, от него разит выпивкой, в руках у него упаковка из шести бутылок пива. Он не включает свет, и по тому, как он пытается тихонько подтащить складной стул поближе к решетке — пытается — ключевое слово здесь, поскольку у него грация пьяного слона, — я понимаю, что он, должно быть, думает, что я сплю. Он пытается не разбудить меня. Что заставляет меня задуматься, зачем он вообще сюда спустился, но я далека от того, чтобы подвергать сомнению мотивы этого человека. У него явно не все в порядке с головой.
Он шипит проклятие себе под нос, когда металлическая ножка складного стула с шумом ударяется о прутья, и я, наконец, перестаю притворяться, что дремлю, вытягиваюсь в талии, чтобы сесть на койке.
— Что ты делаешь? — спрашиваю я, слишком любопытная, чтобы услышать, какого черта он решил выставить пост возле моей камеры посреди ночи.
Кэм опускается на стул, неловко ставит упаковку из шести банок на пол у своих ног.
— Я тебя разбудил? — спрашивает он, бросая на меня взгляд.
— Не-а, я мало сплю в эти дни, — комментирую я, приглаживая пальцами свои растрепанные волосы. — С тех пор, как меня держат в плену против моей воли, и все такое.
У него из горла вырывается насмешливый звук, когда он тянется за пивом, откручивает крышку и со звоном бросает ее на пол. Однако он по-прежнему не отвечает на мой вопрос, что он здесь делает. Он просто подносит бутылку к губам, делает большой глоток, прежде чем опустить ее и вытереть рот испачканной чернилами рукой. Затем, к моему удивлению, он наклоняется, чтобы взять вторую банку пива, откручивает крышку и наклоняется вперед, чтобы протянуть ее через решетку.
Его взгляд темных глаз впивается в мой, тени ложатся на резкие черты его красивого лица. Не уверена, что это какой-то трюк, но, черт возьми, я так давно не пила пива. Слишком заманчиво, чтобы устоять. Извернувшись, чтобы поставить ноги на пол, я поднимаюсь с койки, подбираюсь к прутьям и
