В следующее мгновение горячие губы Ариана коснулись и завладели ее губами, целуя нежно, неторопливо, вызывая в ней совершенно невероятные, неведомые ранее ощущения. Юлька, не шелохнувшись, растворялась в этих ощущениях, наслаждаясь ими, мечтая, чтобы парень не останавливался.
Ариан вдруг почувствовал, как желание коснуться ее, обнять, прижать к себе вспыхивает в нем. Старовойтов был уверен, она не станет останавливать, если он продолжит урок. Мысль об этом отрезвляюще подействовала на него, прогоняя прочь наваждение.
Он не мог так поступить с ней! Юля такого не заслуживала. Такая девушка не для секса на одну ночь, а он ведь ничего, кроме дружбы, предложить ей не мог. И не хотел разрушать доверие и понимание, установившиеся между ними, невесть откуда взявшимся физическим притяжением. Он знал, что скоро уедет, поэтому не желал оставлять после себя разбитые сердца и несбывшиеся надежды. К тому же хотел возвращаться сюда с легким сердцем, и совестью, не обремененной чувством вины. А посему обязан и дальше сохранять с ней теплые, дружеские отношения.
Ариан чуть отодвинулся от нее, а Юлька так и осталась лежать, не решаясь открыть глаз.
Старовойтов кашлянул, пытаясь собраться с мыслями, чтобы разрядить обстановку, сгладить затянувшуюся паузу, но Юля опередила его.
— А дальше? — спросила она.
— В смысле? — не понял он.
— Ты и я… Мы… Я согласна! — запинаясь и благословляя темноту, обступающую их, ответила она.
— Юлька, ты чокнутая! — справившись с секундной потерей речи, засмеялся он и обнял. — А дальше у тебя будет с принцем, о котором мечтаешь и обязательно встретишь! — сказал он.
— Думаешь, такие встречаются на каждом шагу? — глухо спросила она, упиваясь его силой, ароматом и теплом.
— Уверен! В твоем случае по-другому быть не может!
Шарапова ничего не ответила, не было сил говорить. Хотелось лежать и чувствовать, как его дыхание шевелит ее волосы, лежать, согреваясь его теплом, вдыхать аромат, слышать, как бьется его сердце… Убаюканная всеми этими звуками, Юлька уже и засыпать стала, когда услышала шаги.
Это не было плодом ее воображения. Она отчетливо слышала в глубине дома крадущиеся шаги. Причем, шел не один человек… Тело девушки напряглось, но закричать, ни тем более вскочить, чтобы убежать, она не успела. Широкая ладонь Ариана зажала ей рот.
— Не бойся, — шепнул на ухо парень. — Пожалуйста, успокойся! Они, скорее всего, проникли в дом через веранду, там замки хлипкие, стекла через одно отсутствуют. Поднимайся, только осторожно! — предостерег ее парень, и убрал свою ладонь, но только за тем, чтобы взять за руку и повести за собой к большим окнам зимнего сада.
— Это убийцы? — на ходу шепнула Юля.
— Не думаю, — ответил Старовойтов.
— А кто?
Ариан дернул на себя раму и быстро выбрался наружу. Обернувшись, он стал помогать девушке. В тот же момент совсем близко послышались шаги, а из колонной галереи показались темные фигуры.
— Твою ж мать! — услышала Шарапова знакомый голос.
— Бежим! — схватив за руку, парень увлек ее к углу северного флигеля, где под сенью парка была скрыта тропинка к ротонде.
Тень, появившаяся из-за угла, разделившись, притаилась у распахнутой рамы зимнего сада и летней веранды.
Юлька и Ариан, запыхавшись, остановились у ротонды. Девушка, оглядевшись, готова была бежать дальше, но Ариан удержал ее и усадил на ступени.
— А вдруг они погоняться за нами? — шепотом спросила она, обхватывая себя руками.
— Не погоняться. Это ведь Кирилл все не угомонится?
— Да, он… Я дяде Славе завтра скажу.
— Не стоит.
— Почему?
— Потому что за нами никто не погонится. Больше Кирилл не будет к тебе приставать и докучать!
— Откуда ты знаешь?
— Юль, мне не хочется об этом говорить! Сейчас я не здесь должен сидеть, а обязан пойти и разобраться с этим парнем и его друзьями. Но, видишь ли, я знаю, что служба охраны не позволит мне это сделать. Да, мы не обсуждали это с тобой, как, впрочем, и с моим отцом об этом не говорили, но отпустить меня сюда одного он не мог. Ребята, конечно, пытаются шифроваться и не попадаться мне на глаза, но они здесь. И с этим мне приходится мириться. А сейчас они, а не я, доходчиво объясняют Кириллу, почему нельзя забираться в частные владения, что за собой влечет незаконное проникновение и сколько дают за сексуальные домогательства, — с раздражением в голосе сказал Старовойтов.
— Ариан, — Юлька, коснулась его руки. — Твоего отца можно понять, ты ведь у них единственный сын. И сколько бы ни прошло лет, они всегда будут помнить, что здесь случилось когда-то. Отголоски той истории будут еще долго звучать в Сиренево. Если б тогда нашли убийцу, может, все б и забылось, а так…
— Знаешь, моя маленькая подружка, давай-ка сменим тему! — перебил он. — У меня есть идея, раз уж нам перебили сон и уснуть в усадьбе мы вряд ли сегодня сможем, пойдем гулять, — предложил парень, легко поднимаясь и протягивая ей руку.
— Куда? — несколько растерявшись, спросила девушка.
— Не знаю, куда-нибудь за пределы Сиренево, в поля…
— Пойдем, — согласно кивнула Юля, принимая его руку.
Они прошли по тропинке чуть выше пруда, миновали грот и, обойдя хозяйственный двор, вышли через задние ворота, где сквозь березовую рощу, в которой притаилось старое кладбище, петляла проселочная дорога, уходя в луга… Ночь была светлой и лунной. С разных сторон, перебивая друг друга, или сливаясь в одну мелодию, звучали трели соловья. Испарение легкой дымкой плыло над росистыми травами. В воздухе витал аромат лесных цветов, которыми были усыпаны склоны и овраги вдоль реки.
Ариан все еще держал ее за руку и так же, как и Юля, не решался заговорить. Более того, он даже ступал тише, боясь разрушить очарование. Возможно, и у него эта весна задевала в душе потаенные, трепетные струны, а потому говорить не хотелось. А девушке очень хотелось знать, о чем его мысли. Они неторопливо брели по дороге, уходя все дальше от Сиренево.
— О чем ты думаешь? — все же не удержавшись, шепотом спросила она.
Как будто очнувшись от собственных мыслей, Ариан обернулся к ней, не сразу ответив.
— Поверишь, разное происходило в моей жизни, во многих местах приходилось бывать, но чтоб вот так, лунной ночью потеряться среди полей и брести неизвестно куда, такое со мной впервые…
— Признаться, я тоже здесь раньше не была. Как-то не случалось гулять ночь напролет по окрестностям! Но мне нравится! А тебе? — спросила она, посматривая на него и чувствуя тепло его сильной, широкой и в то же время удивительно нежной ладони. Юльке хотелось сказать, что вот так, держа его за руку, она пошла
