вернуться, иначе сдохну. В вашем мире же нет саранчи, которая спасает при отсутствии напарника? И потому это полный пизд… полная жопа. Или нюхать твою неудовлетворённость, или сдохнуть. Так себе выбор, б*я буду, то есть чесслово!
Улыбка на моём лице расползалась всё шире, уж очень забавно получалось у Графа пытаться не материться.
Тем временем ко мне подошла Сандра.
– Пойдём, я покажу тебе место, где ты будешь спать.
Мы зашли в соседнее огороженное пространство, которое я для себя обозвал казармой. Эльза уже валялась в подобии кровати, весь её системный шмот лежал в изголовье. Оказывается, мне полагалось место рядом с ней. Наши два коврика со спальниками были впритык друг к другу. Поблагодарив Сандру взглядом, раздеваюсь и залазаю в свой спальник.
Спустя минуту Шпион оказывается у меня под боком, тесно прижавшись. Хорошо, что между нами аж два спальника, я бы точно не сдержался и, наплевав на окружение, начал её домогаться. Так, выдыхаем, засыпаем. Но сон не шёл. Эльза ёрзала, тёрлась об меня шикарной попкой, мешая уйти в царство Морфея.
– Слышь, кожаный! Ты так и будешь об неё яйцами тереться? Может, уже впердолишь как следует?
Фраза Графа приземлила меня. Обняв девчонку, постарался максимально остыть и тихо проваливаюсь в сон. Ведь завтра я попаду в Ковчег не через портал, а через древнейший механизм, физически связывающий мою родину с Землёй.
Глава 12
Эльза
Просыпаться категорически не хотелось, мне было тепло и уютно. Чья-то рука крепко прижимала к себе, слегка сжимая правую грудь. Стоп, что? Я вскочила, сбрасывая остатки сна. Рука, от которой я млела несколько секунд назад, отлетела, и я увидела, что она принадлежит Серёже. Вот же негодяй! Хотя не скажу, что мне не понравилось. Да и он же во сне – попробовала я отмазать его. Оправдание мне самой понравилось, и я успокоилась.
Мягко потормошив парня, заставила его проснуться. Как только он открыл глаза, ласково чмокнула его в щёку и пошла приводить себя в порядок, смакуя ощущение руки на своей груди.
Сергей
«Я так люблю и ненавижу тебя» – слова из какой-то крутой древней песни как нельзя лучше описывали моё отношение к утреннему стояку, который сегодня проявил себя во всей красе. Сука! Ещё и этот безухий кролик вчера весь день подливал масла в огонь. Как итог, сегодня болят яйца, всерьёз так.
– А я тебе говорил впердолить, помнишь? – детский голосок Графа реально помог, от утреннего стояка моментально не осталось и следа. – И я точно не кролик! Ладно котёнком меня обзывать, хоть это и не так, но кроликом? Тебе что, одеяло спалить?
– Не ворчи, Граф. Я любя.
– Любя он… Лучше бы подругу свою отлюбил, не мучался бы сейчас. Впрочем, нас ждут великие дела. Вставай, тварь бесхребетная! Боже, я обожаю ваш язык, он прекрасен и многогранен. Как в нём можно играть словами! Любя – отлюби. Невероятно просто! Жрать дай! – внезапно закончил он.
Я тут же достал две котлеты из своих запасов и положил их рядом с собой. Они исчезли с интервалом в секунду.
– Годится, братан! Можешь же, когда захочешь, мляха-муха! – судя по голосу, он всё ещё доедал вторую порцию. – Мляха-муха – это же не ругательство? Я подсмотрел, так выражаться можно, и не спорь со мной!
– Конечно, ругательство, просто завуалированное, – не согласился я с малышом. – Но ты делаешь огромные успехи.
– Эй, придурок, ты кого малышом сейчас обозвал? Мне по вашему летоисчислению девятьсот тридцать два года. У меня внуков почти триста штук, а количество дальних потомков я даже примерно не знаю. Правда, и смертность у нас на планетке дикая… Да и пару для слияния в наше время найти почти нереально, все погибли, мать их, этих богомолов. А без симбиоза мы чахнем жёстко. Если бы я тебя не встретил, и не состоялся бы твой удар ногой, думаю, года через два я бы кончился. Остальных жалко, – почти по-человечески вздохнул котёнок. – Не выживут.
От дальнейшего разговора меня отвлекла Сандра, которая пригласила на завтрак-брифинг. За столом пока сидели только Джон и трое военных в форме и с оружием. Я тоже уселся, а Сандра упорхнула, похоже, за Эльзой. Еды было много, правда, какой-то недоделанной, кажется, просто сублиматы. Впрочем, логично, мы не на пикник выехали. Пока я набивал пузо невкусной едой, к столу подтянулись Эльза с Сандрой и противная тётка.
– Ближайший спуск подготовлен, зачищен и очищен, – взял слово Джон. – Через полчаса выдвигаемся туда. Надеюсь, инженеры как раз разберутся с механизмами открытия гермодверей. Вы как, морально готовы? – обернулся он ко мне с Эльзой.
– Конечно! – моя спутница захлопала глазками. – Не терпится убедиться, что мы с вашим народом находимся в одном и том же мире.
– Солидарен! – поддержал я спутницу.
– Тогда наедайтесь, и в путь, – закончил этот мини-брифинг Джон.
Совсем рядом с бараком, в котором мы находились, уже раскручивала винты так ненавистная мне машина под названием вертолёт. Хотя спасибо богам, летели мы недолго, меньше десяти минут.
После приземления наша команда в сопровождении четырёх бойцов охраны оказались на огромном кургане с какими-то раскопками в самой верхней точке.
По дороге вверх я осматривал местность. Куча битого бетона и кирпича, практически полное отсутствие растительности, редкие мелкие кустики не в счёт, и море ползающих насекомых — от едва заметных, до огромных паукообразных размером с две моих ладони.
Наверху холма шли настоящие раскопки, уже была вырыта шахта метров семь глубиной, на дне которой располагались огромные, метров пятнадцать в диаметре, круглые горизонтальные ворота.
– Верхние ворота шлюза, – просветила меня бабуля. – Под ними будет лифт и ещё куча подобных врат.
В этот момент крыша дёрнулась, что-то заскрежетало, и преграда начала расходиться, как лепестки объектива древнейшего фотоаппарата, видел такой в музее. Со стен вниз, наверно, от вибрации посыпались тонкие струйки песка.
Перед нами действительно предстала круглая площадка огромного лифта. Подошедшие научники, сыпля мудрёными терминами, сказали, что есть шансы запустить это древнее оборудование. Им только нужно подключить генераторы и ещё сделать тысячи неведомых манипуляций. На что Джон с рябой отправили их эти самые манипуляции исполнять.
Мы спустились на площадку лифта. Сандре пришлось помогать, а рябая даже пытаться не стала, сказала, что спустится, когда всё будет готово для погружения. Джон же на удивление ловко спрыгнул с
