жрать хотелось неимоверно.
Мы уселись за стол, и нам тут же накрыли. Кто-то даже помнил объёмы требуемой пищи, и потому порций было реально много. Вскоре к нам присоединились Джон и его противная коллега.
– Что же, отрицательный результат – тоже результат, – высказался бородач, пододвигая к себе порцию сухпая. – Нам осталось проверить ещё три спуска. Главное, что всё закончилось хорошо! Да, древние знали толк в строительстве. Вторые врата уже тоже вскрыты, через полчаса вылетаем туда.
Побросав в брюхо довольно невкусную, но максимально питательную еду, идём к вертолётам.
Один уже ворчит двигателем, вхолостую крутя винтами. До второго места раскопок мы домчали за каких-то десять минут. Внешне ворота в подземный бункер разительно отличались. В этот раз – огромный холм с вертикальными створами, которые закончили срезать при нас. Площадка лифта была точно такой же, но имелось одно заметное различие. Шахта оказалась не вертикальной, она спускалась в глубину под углом градусов в сорок. При желании и со страховкой по её дну можно было даже пройти пешком.
Я стоял и заворожённо наблюдал за работой техников. Один разматывал какие-то шланги и провода, другой запускал генераторы, третий колдовал с приборными щитками, пятый что-то измерял непонятными приборами, десятый проверял пульт. Это было настоящее броуновское движение, на первый взгляд. Но на второй, явно прослеживалась слаженная работа профессионалов. Через десять минут после вскрытия верхней гермодвери пульт светился знакомыми огоньками, всё было готово к спуску.
Научников в этот раз нам выделили других. Те, которые были с нами при первой неудачной попытке, сейчас находились в лазарете с переутомлением. Впрочем, солдаты тоже сменились. Но Сандра опять собралась с нами. Я с уважением посмотрел на эту стройную, почти хрупкую девушку и в очередной раз напомнил себе, что она не системщик.
Мы взошли на платформу, и я почувствовал ногами знакомый гул. На меня накатило ощущение дежавю. Техник ударил по кнопке спуска рукой, и лифт, вздрогнув, начал медленное движение, постепенно ускоряясь. Гермодвери послушно открывались перед нами и закрывались над нашими головами, скорость росла. Я не сразу понял, что произошло. Сначала лифт на полном ходу шваркнулся обо что-то, видимо, какой-то шлюз не открылся. Нас бросило на пол, один из солдат ударился головой о стойку управления и явно раскроил её себе. Всё это я наблюдал, расплющенный силой инерции по полу.
Скрежет, моргание освещения, и площадка начала менять угол, переворачиваясь. При этом она совсем медленно поехала дальше вниз. Вскоре платформа легла горизонтально полу, то есть под углом в сорок градусов к центру притяжения Земли. И мы все с ужасом увидели, что метров через пятьдесят тоннель кончается, а дальше нас ждёт долгий полёт в неизвестность. Впереди была огромная и совершенно тёмная пещера, прожекторы лифта не добивали никуда в бездонном провале, похоже, Ковчега. И мы были в районе его неба. У нас оставались жалкие десятки секунд, прежде чем площадка наконец провалится сквозь обломки последнего шлюза и рухнет с огромной высоты!
– Серёж, мне страшно! – да, если честно, такого признания от Эльзы я никак не ожидал услышать. – Сделай что-нибудь!
А что тут можно сделать? Мы даже соскочить на стену не успеем, рухнем раньше. Да и шансов удержаться на поверхности тоннеля у нас минимум, просто скатимся, слишком крутой наклон.
– Внук, ты идиот! Учись уже принимать быстрые решения в критических ситуациях! Короче, дай порулю!
На этот раз Сергеевна отобрала контроль полноценно, я опять наблюдал за происходящим как будто сквозь сон. Бабуля остановила время, и начались четыре с половиной минуты на спасение всех нас.
Сначала моё тело достало из пространственного кармана все альпинистские верёвки, что были в наличии. Потом я невообразимым прыжком запрыгнул на пологую стену, пробежал по ней метров пятнадцать до выступающего железного керна, которые периодически попадались в механизме спуска. И привязал к нему сразу четыре верёвки. Проверив прочность узлов, как альпинист при спуске, сбежал по верёвке обратно. После чего начал обматывать всех подряд, делая длинные «бусы» из людей. К концу действия способности незакреплённым остался только контуженый или погибший от удара головой боец. Завязав узел последней верёвки у себя подмышками, прыгаю к нему.
В этот самый момент время пошло. Со скрежетом платформа таки рухнула в темноту. В последний момент я успел схватить солдатика за пояс, и мы с ним повисли над пропастью. Обхватив его ногами, без всякого сексуального подтекста, что бы вы там не думали, обвязал его. Теперь самое сложное – поднять по верёвке двойной вес. Но бабуля и тут не сплоховала! Она достала жумар, о котором я напрочь забыл, и с его помощью довольно бодро затащила нас на край бетонной стены шахты. Все находились в перманентном шоке, держась за верёвки и смотря в провал. Звука падения лифта до сих пор не было!
Почти через минуту напряжённой тишины, за которую я вытащил раненого или мёртвого солдата, раздался глухой удар. Похоже, лифт таки приземлился.
– Ну, Серёга, ты молодец! – прохрипел Джон. – Не знаю, как ты это устроил, но спасибо тебе от всех нас. Только вот как… – он не договорил, явно читая системное сообщение.
И тут ангел прислал мне:
«Вы трое (ты, Эльза и Джон) находитесь в закрытой для системщиков зоне средне-суммарно более двадцати четырёх местных часов. У вас есть тридцать минут, чтобы покинуть запретную территорию. Иначе вы будете принудительно отправлены на арену. Шанс на выживание в вашем случае – восемнадцать процентов. При удачном прохождении арены вам даются дополнительные сорок восемь часов пребывания в запретной зоне. Отсчёт включён».
Мы все трое удивлённо переглянулись. Так вот почему пропали системщики из верхнего мира! А перед глазами тикали часики, отсчитывающие наши последние минуты на Земле.
Глава 13
Сергей
Мы переводили взгляды друг на друга, не решаясь заговорить. Сандра, видя, что происходит что-то странное, всё-таки спросила:
– Джон, Эльза, что случилось? Мы же живые, Сергей спас нас! Как-нибудь выберемся.
– Понимаешь, милая Санька, – ого! У Эльзы Сандра уже «милая Санька». – Пришёл привет от Системы. И мы все трое скоро исчезнем, насколько я понимаю. Выбираться вам придётся без нас. Сейчас нам нужно перевязаться так, чтобы, если и когда вернёмся, мы были всё равно привязаны. Желательно каждый на своей верёвке.
– Милый, – повернулась она ко мне. Ого её вштырило! Даже я милый! – У тебя есть ещё верёвки? Да и прочее оборудование не помешало бы
