таком положении. Какая она маленькая, какая беззащитная… Особенно без сознания.
Я приблизился к клетке Монго и открыл её. Динозавр выпрыгнул прямо на кресло и недоумённо ткнулся башкой в кошку. Та не проснулась, и Монго тревожно взвизгнул.
Эльфийка стояла рядом, сложив ладони на груди и переплетя пальцы. Её маленькие неприкрытые груди привлекали взгляд, несмотря на отвратительное лицо. Можно было подумать, что татуировки на её теле объединились: их головы синхронно поворачивались в мою сторону, где бы я ни находился, и все они чрезвычайно внимательно меня рассматривали.
Я оглядел комнату и решительно заявил:
– Мы не можем оставить Пончика здесь.
Помещение было практически открыто со всех сторон. Любой проходящий моб без труда найдёт Пончика. Особенно беспокоил меня моб-санитар, кем бы он ни был.
– Она останется, – сказала эльфийка.
– Нет. И пошли вы…
Как только я потянулся к кошке и поднял её, появился показатель здоровья. И стал быстро падать.
– Карл. Верни её на место. Нельзя переносить того, кто находится под воздействием Кувшинки. Иначе он погибнет.
Я поспешно опустил расслабленное кошачье тело на кресло. Индикатор на шкале здоровья перестал падать и тут же начал подниматься.
– Идёмте, Карл. Вот-вот настанет время созывать мою команду. Нам надо многое подготовить, прежде чем идти на штурм.
– Минутку, – сказал я. – Монго, будь внимателен.
Достав из инвентаря оставшиеся обломки редута – деревяшки, металлические детали – я соорудил вокруг кошки уродливый, неаккуратный и грязный каркас. А может быть, пирамиду. Спешил, как только мог.
– Карл, – поторопила Повелительница. – Пора.
– Иисусе, да вы ещё хуже, чем Беа.
Я приладил на место последний кусок редута. Он не остановит моба с серьёзными намерениями, но даже так – лучше, чем ничего. Монго подпрыгнул, заглянул в дырку в дурацкой конструкции, потом обернулся на меня.
Я положил ладонь сбоку на головку динозавра. Он всё ещё был маленьким, но уже заработал шестой уровень. Да и размерами превзошёл Пончика.
– Не знаю, понимаешь ли ты меня, но тебе нужно остаться здесь и защищать Пончика. Это самое важное дело, которое тебе до сих пор поручали. Я должен уйти, но я вернусь. Ты понимаешь?
Монго взвизгнул, поглядел на кошку через дырку в мусорной куче и взвизгнул опять.
Я повернулся и последовал за эльфийкой к выходу, попутно давая Мордекаю экспресс-пояснения к происходящему. У меня был план. Очень шаткий план, изобретённый прямо на ходу. Но одному мне было не справиться. Я спросил Мордекая, что он думает, и инкуб ответил, что мозгов у меня меньше, чем у кучи кошачьего говна. Я счёл такое мнение добрым знаком.
Карл: «Зев, вы на связи?»
Зев: «Приветствую, Карл. Я слежу. Следит вся Вселенная. Мы все болеем за вас».
Карл: «Надеюсь, что так и есть. Мне нужна ваша помощь».
Зев: «Вы знаете, что я не могу вмешиваться».
Карл: «Не в этом смысле».
Я объяснил, какой помощи жду, и Зев ответила, что это невозможно. Я попросил её попробовать.
– Карл, мне жаль, что до этого дошло, – заговорила на ходу эльфийка. – Вчера вы удивили меня тем, что выжили. И сегодня я не повторю своей ошибки.
– Но ради чего вы это делаете? Для чего ежедневно штурмуете цирк?
– Из всей команды я одна прошла через нападение Сколопендры, и меня не изменило ядовитое облако. А худшее досталось Гримальди.
– Гримальди? Это владелец цирка? Вчера вечером вы сказали, что любили его.
– Я и люблю. Он – любовь моей жизни. Он спас меня, когда я была ребёнком. Принял меня, когда остальные отказались. Защитил от высших эльфов, забрал из Охотничьих Хозяйств, дал мне жизнь. А главное – он дал мне семью. Потом я повзрослела настолько, чтобы полюбить его больше, чем просто отца. Мы собирались разделить наши жизни.
– И что же случилось?
– Вы должны понимать, как это было ужасно, этот катаклизм. Ядовитое облако Сколопендры было ударом Девяти степеней. Оно атаковало нас с девяти разных сторон. Кому-то повезло – они просто умерли. Другие преобразовались – каждый по-своему.
Во второй раз я услышал это название – Сколопендра. Для меня оно звучало так, как будто речь шла о чудовище, живущем в недрах вулкана. Я запомнил эту информацию.
А Повелительница продолжила:
– Гримальди был больше чем владельцем цирка, он был вожаком лидером. Когда случился катаклизм, мы почти закончили представление. Он стоял в центре арены, а артисты ушли кланяться зрителям. – Эльфийка глубоко вздохнула. – Гримальди преобразился в лозу, а остальные, как бы они ни трансформировались, вскоре заразились паразитами, покрытыми плесенью и оказались под контролем Гримальди. Лемуры, клоуны – почти все. Они поступают так, как он им велит. А если они умирают, споры возвращаются к лозе, и умершие возрождаются на следующий день.
– И из-за этого вы каждый день продолжаете сражаться? Но почему вы выжили, а все остальные – нет?
– Вчера вечером я активировала заклинание, надеясь, что вы погибнете. Сегодня же отдаю вам свою веру. Вам придётся стать тем единственным, кто победит выбранную мной жертву. Я ловила Хезер много раз, и мне всё ещё нужна её кровь, чтобы созвать свою команду. Сегодня я доверяю убийство Хезер вам. Пусть её кровь не такая мощная, как ваша, но она действеннее всего, что я использовала.
Мы свернули за угол и остановились. Посреди дороги в глубоком сне лежало… что-то. Оно было без сознания и явно воздействием того же заклинания «Кувшинка», что и Пончик.
Я почувствовал себя дурно и выдавил:
– Это Хезер?
– Да.
– И вы хотите, чтобы я её убил и дал вам возможность использовать её кровь, чтобы созвать ваших людей?
– Опять – да.
Я сделал шаг вперёд.
– Хорошо. Активируйте своё заклинание созыва команды, пока Хезер спит. Сейчас я её убью.
– Так не получится, Карл. Я не могу влиять на битву, иначе заклинание созыва не подействует.
– Самая большая глупость, какую мне доводилось слышать.
– Будь всё иначе, вчера я просто убила бы
