вас.
Я сглотнул и осмотрел Хезер.
Оно – она – как мне подумалось, – в прошлом была чёрной медведицей. На ней была истрёпанная розовая клоунская шляпа и плиссированный клоунский воротник. И то и другое, казалось, намертво вросло в её тело. Как и у лемуров, на морде не было кожи.
Ужасы этим не исчерпывались. Обе передние лапы трансформировались в белых червей, и на их концах вместо когтей торчали… швабры. Эти черви отличались от вчерашних, в львиной гриве. Даже несмотря на сон Хезер, они шевелились и выгибались.
От этого зрелища у меня что-то поднялось к горлу.
Но самым немыслимым были две медвежьи задние лапы с роликовыми коньками. Ещё имелась розовая балетная пачка.
Эльфийка отступила на шаг.
– Хорошо, Карл. Она проснётся, и я использую созывающее заклинание. И тогда вы её убьёте.
Примечание админа. Битвы боссов, возникающие одновременно с вторичными постановками или как части квеста, могут быть совершенно разными. Но вы в любом случае получите вознаграждение, соразмерное с рангом босса. Если, конечно, выживете.
– Вот же маму вашу, – сказал я.
Глава 9
Не последовало обычной музыки и громогласного объявления по громкоговорителю. Система отнеслась к происходящему как к заурядной стычке с мобом. Хотя это точно было не так.
Медведица Хезер! Босс местности! Уровень 19
Медведица Хезер-Роллер выступала с младенческих дней и была одним из самых долголетних аттракционов в Странствующем цирке Гримальди. Ушла она лишь несколько недель назад, когда случился катаклизм. Тогда уставшая старая медведица преобразилась в монструозность, в которой едва ли можно узнать прежнюю личность. Она проживает свои дни в охоте ради цирка, выслеживает сочных мобов и ничего не подозревающих обходчиков, находит их и парализует своей неодолимой быстротой и силой. А потом тянет свои жертвы в цирк, чтобы кормить ими клоунов.
Где-то внутри, глубоко, в тёмных глубинах жива искорка старой Хезер: у любимой медведицы бывают светлые мгновения, когда она тащит перепуганную добычу. И в эти краткие мгновения она думает: «Вот и хорошо. Всё равно я всегда ненавидела вас, твари».
Эта битва, в отличие от многих других, не ограничивала меня замкнутым пространством комнат босса. Но я же не мог убежать, верно? И потому затравленно озирался. За спиной – большой перекрёсток. Двухэтажные дома на каждом из углов. Было уже слишком темно, не рассмотреть, что творилось внутри них.
Карл. «Мордекай. Битва боссов. Чёрная медведица девятнадцатого уровня с червями вместо когтей и роликовыми коньками вместо подошв. Подскажешь?»
Мордекай: «Роликовые? Это такие маленькие ботиночки с колесиками? Ты серьёзно?»
Карл: «Да уж куда серьёзней!»
Мордекай: «Он или она?»
Карл: «Она».
Мордекай: «Дерьмово. Ладно. Как твоя Защитная оболочка? Она перезагрузилась?»
Карл: «Да. Я перезагрузил её минут пятнадцать назад».
Мордекай: «Чёрные медведи – самые маленькие из медведей, но они подвижней и сильнее, чем кажутся с виду. Женские особи намного сообразительнее мужских. Не позволяй ей тебя поймать. Используй оболочку».
Хезер взревела и выпрямилась во весь рост, балансируя на задних лапах. Передние она вытянула перед собой.
– Чтоб меня… – выговорил я, отшатнувшись.
Я не раз видел чёрных медведей, но они никогда не были такими громадными. Как правило, с здоровенную псину. Хезер была исключением. Она была огромна. На роликах в ней было под два с половиной метра. Розовая клоунская шляпа косо сидела на черепе. Я видел, в каком месте основание конуса впаяно в кость. Она была как… да чтоб меня… Медведерог на хрен.
Червивые когти ожили: дюжины маленьких извивающихся и изгибающихся придатков. И они удлинялись, удлинялись… Белые, словно кости, черви блестели в уходящем свете, свисая с лап медведицы до самой земли. А когда дёргающиеся червяки упали, я увидел отблески настоящих медвежьих когтей.
Фу-у-ух. Значит, вот что такое ужас.
А в какой ад провалилась Повелительница печатей? Я поискал элитку глазами. Взгляд уловил некое движение, и я разглядел эльфийку через дыру в стене здания на другом углу перекрёстка. На втором этаже. Она стояла с поднятыми, как накануне, руками. И странные татуировки кружились на теле, как и раньше.
Я почувствовал движение Хезер раньше, чем увидел его. Всего на секунду оглянулся через плечо, а медведица уже уполовинила расстояние между нами. Она летела прямо на меня. Её хорошо смазанные ролики издавали «виск-виск-виск» на деревянных досках.
Она взмахнула правой лапой. Я увернулся, достал пару дымовых бомб из своего инвентаря и бросил себе под ноги. Потом понёсся прочь, доставая ещё две. Вчерашний урок я запомнил: не использовать эти штуки по одной.
Слишком медленно. Хезер замахнулась. Она была почти в пяти метрах, но черви хлестнули по мне, как плети. Дюжины червей обвились вокруг меня трижды, словно в фантасмагорическом тетерболе[42]. Мокрые, холодные концы червяков ударились о мои открытые бёдра. Я чувствовал, как они проникали внутрь моего тела. Мне нужны штаны. Мать-мать-мать-вашу-вашу, до чего же мне нужны штаны.
Как будто ножи входили под кожу.
Да, да, это моя новая плоть. Первородная плоть. Вкусная плоть… Как он силён. Мы его пробуем? Он хорошо насытит наших клоунов. Голод клоунов, первородный. Они прожорливы. И теперь они знают, как ты пахнешь.
Я выпустил Защитную оболочку, а из дымовых бомб как раз потянулся дымок. Оболочка разрезала червей, отделившихся от медведицы, и убила их. Их передние половины, проникшие в меня через кожу, отвалились. Медведица, которая уже почти нависла надо мной, дёрнулась назад, ударилась о землю и откатилась. Мой удар отбросил её не меньше чем на пятнадцать метров.
Что за адское представление?
Проникшие в меня куски червей немедленно заговорили в моём мозгу. Слова приходили все сразу, громоздились одно на другое. Я не смог бы сказать, произносил их один голос или тысяча. Мужской голос или женский. Ощущение было такое, будто некто погрузил грязные пальцы прямо в ткань моего
