— Я хочу, чтобы ты потренировалась принимать и отдавать искры, — продолжила Кьелли.
— Что? — Эйми была в ужасе. Она услышала какой-то скребущий звук сверху и поняла, что Джесс неловко ворочается на крыше.
— Браслет — это инструмент, и ты должна научиться уверенно им пользоваться.
Взгляд Кьелли метнулся к Пелатине и Дайренне. Сердце Эйми словно превратилось в камень и ушло в пятки, когда до неё дошло.
— Поэтому они здесь, чтобы помочь? Вы хотите, чтобы я украла их искры?
— И отдала их обратно.
— Нет, — Эйми покачала головой.
Затем она почувствовала, как пальцы Пелатины скользнули в её руку.
— Это поможет?
Она задала вопрос Кьелли, и пожилая женщина кивнула. Палатина подвинулась на стуле, чтобы смотреть прямо на Эйми. Удивительно, но она улыбалась.
— Я доверяю тебе, — эти слова чуть не разбили сердце Эйми.
— Но я не доверяю себе, — ответила она.
— Малышка? — тихий голос Дайренны заставил Эйми оторвать взгляд от лица Пелатины. — Сначала попробуй с моей искрой.
Эйми продолжала качать головой.
— Нет, я должна тебе две чашки чая, а ты должна мне свою историю. И если я убью тебя, никто из нас не сможет расплатиться с долгом.
Дайренна посмотрела на свои руки, покрытые бугристыми шрамами, затем снова на Эйми.
— Позволь мне помочь. Позволь мне… искупить вину.
— За что? И ты все время помогаешь, — настаивала Эйми. — Ты шьёшь и чинишь все наши сёдла, и ты поддерживаешь Яру, когда она в отчаянии, и ты была первым человеком, который был добр ко мне и увидел меня, а не только моё странное лицо.
— Красивое лицо, — прошептала Пелатина рядом с ней.
Все снова уставились на Эйми, и она поняла, что они правы — ей нужно научиться использовать эту силу, даже если от этого её тошнит. Смирившись, она встала и села рядом с Дайренной, оседлав скамейку. Пряди тёмных волос выбились из косы старшей Всадницы и обрамляли её круглое лицо. Маленькие морщинки у глаз и рта делали её ещё более привлекательной. Глядя на неё, Эйми была поражена её внутренней силой, с которой она так спокойно сидела, размышляя о том, что должно было произойти.
— Уверена? — Эйми спросила ещё раз.
— Я доверяю тебе, малышка.
— Я хочу, чтобы ты оценила её энергию и взяла только половину, — приказала Кьелли с другого конца стола.
Итак, Эйми переключила диск на браслете в положение Юра и обхватила пальцами запястье Дайренны. Она сразу же почувствовала силу браслета, жадно впитывая искру Дайренны. Она посмотрела вниз, и в её груди появилась вторая искра, маленькая, но растущая по мере того, как энергия изливалась от Дайренны к ней. Дайренна ахнула, когда Эйми впервые прикоснулась к ней, и теперь она вцепилась в край стола так, что побелели костяшки пальцев. Эйми чувствовала себя ужасно из-за того, что причинила ей боль.
Сила браслета обрушилась на её мозг, как прилив в штормовой день, но Эйми мысленно отгородилась от неё стеной. Вместо этого она сосредоточилась на искре Дайренны и той, что росла в её собственной груди, постоянно переводя взгляд с одну на другую. Чувство неправильности охватило её, и она почувствовала привкус желчи в горле.
Когда она поняла, что забрала у Дайренны половину энергии, она мысленно представила, как захлопывает дверь, и отдёрнула руку от старшей Всадницы. Дайренну трясло, но она не умирала. Хотя, если бы Эйми сохранила свою энергию, она прожила бы вдвое меньше, чем ей было суждено.
— Хорошо, теперь верни ей искру, — приказала Кьелли.
Эйми переключила регулятор и снова схватила Дайренну за запястье, с нетерпением ожидая продолжения. Браслет тоже ждал, но Эйми снова мысленно проигнорировала его давление. Она наблюдала, как вторая искра в её груди тускнеет, а та, что в груди Дайренны, разгорается снова, когда она возвращает Дайренне её жизнь. Ей пришлось тщательно сконцентрироваться на том моменте, когда вся энергия Дайренны покинула её тело, и резко оборвать связь, прежде чем браслет начал всасывать её собственную искру и посылать её Дайренне.
На этот раз она с такой силой отдёрнула руку от запястья Дайренны, что та заскользила по скамейке и чуть не упала. Дайренна протянула руку, чтобы поддержать её, но Эйми уклонилась от её прикосновения.
— Подожди, — она переключила браслет в нейтральное положение. — С тобой всё в порядке?
Дайренна кивнула.
— Но это было неприятно.
— Теперь ты должна проделать то же самое с Пелатиной, — приказала Кьелли. — В её искре будет другое количество энергии, чем в искре Дайренны, но я хочу, чтобы ты сделала то же самое и взяла только половину, а затем вернула её обратно.
Когда Эйми встала, на неё накатила волна головокружения, отчего всё поплыло перед глазами. Дайренна схватила её за руку, чтобы поддержать.
— Я в порядке, — солгала Эйми.
Ей казалось, что на её мозг что-то давит, и она знала, что это сила браслета пытается проникнуть внутрь, установить с ней связь. Эйми не позволила этого. Вместо этого она крепко ухватилась за свою связь с Джесс и услышала, как её дракон рычит на крыше.
— Ты уже три дня без остановки в пути, почти не спишь и не ешь как следует, — заметила Пелатина, обходя стол и кладя обе руки на плечи Эйми. — Может быть, тебе стоит отдохнуть?
Эйми покачала головой в тот самый момент, когда Кьелли сказала: «Нет».
Затем, прежде чем Пелатина успела возразить, Эйми перевела браслет в положение Юра и нежно взяла её за обе руки. Девушки были одного роста, и Эйми поймала себя на том, что смотрит в тёмные глаза Пелатины. Она почувствовала, как браслет настойчиво тянет её за собой, но снова проигнорировала это. Болезненное ощущение вернулось, когда жизненная сила Пелатины влилась в её грудь.
На этот раз браслет высасывал быстрее, и Эйми подумала, не потому ли это, что она держала Пелатину за обе руки, больше соприкасаясь с её кожей. Давление в мозгу росло, пока ей не показалось, что пальцы сдавливают череп, а лицо Пелатины стало расплываться перед глазами. Она чуть не упустила момент, когда украла половину жизни Пелатины. Эйми попыталась закрыть дверь в своём сознании, пытаясь вырваться из рук Пелатины, но они не отпускали её. Закрывать дверь, лишённую силы браслета, было всё равно что толкать каменную плиту.
Когда ей наконец удалось высвободить руки Пелатины, мир поплыл у неё перед глазами.
Затем Эйми упала в обморок.
Всё исчезло, когда пустая чернота поглотила её разум, затягивая её в свои глубины. Она погрузилась в это, чувствуя, как её связи с миром разворачиваются у неё за спиной.
Всё исчезло, остались только она и пустота. Она парила там, потерянная и безразличная.
Затем она увидела что-то далеко над собой в темноте — крошечный огонёк, мерцающий, готовый вот-вот погаснуть. Она знала это. Это было её пламя решимости, то самое, которое никогда не позволяло ей сдаваться. И хотя темнота тянула её вниз с силой, превосходящей земное притяжение, Эйми поплыла к пламени.
Она проснулась с криком, застрявшим в горле, и обхватила себя руками. Она отпрянула от них, боясь прикоснуться к кому-нибудь. Пелатина и Дайренна присели на корточки рядом с ней, на их лицах было написано глубокое беспокойство. Кьелли сидела на полу, скрестив ноги и прислонившись спиной к ножке стола.
— Как долго я была без сознания? — спросила Эйми. Ей показалось, что она проспала несколько часов.
— Около пяти минут. Мы не могли тебя разбудить, — Пелатина придвинулась ближе, и Эйми отшатнулась. — Что случилось? С тобой всё в порядке?
— Не знаю, — она посмотрела на браслет на своём запястье. — Мне показалось… — её слова оборвались, когда она вскинула голову. — Где ваши искры?
На неё обернулись три растерянных лица. Паника нахлынула на Эйми, как прилив. Она посмотрела на свою грудь. Она не увидела своей искры, только мятую чёрную рубашку, которую действительно нужно было постирать. Она посмотрела на остальных. Ничего. Она не видела ни у кого искр, в груди у них было пусто. Она схватила браслет на запястье и крутанула его. Ледяная боль пронзила её руку, и она ахнула. Он всё ещё был включён, шип внутри неё всё ещё вытягивал её энергию.
